Выбор
Шрифт:
— Что тебе, дорогая, лучше приготовить — мясо или печенку?
— О, что-нибудь... ничего... пожалуйста, не беспокойся... Пусть будет мясо... или что-нибудь... — Если бы только ее оставили в покое!
Мать посмотрела на нее, сочувственно покачала головой, затем, не прибавив больше ни слова, тихо ушла. Лежа на кровати, Шерли думала, думала — вызывала и отгоняла прочь мысли о прекрасном прошлом, о безвыходном будущем — думала до тех пор, пока не почувствовала, что больше не может выдержать. Она встала, подошла к окну и, рассеянно глядя на свой и соседний двор, унеслась мыслями к тому, что ее ожидает.
Как ей быть? Как она поступит? Миссис Кессел в своей кухне, как всегда, готовит обед, как и ее мать готовит сейчас, а мистер Кессел сидит на парадном крыльце и читает вечернюю газету. А дальше мистер Полард косит траву на своем дворе. Вдоль всей Битьюн-стрит тянулись такие же дома, населенные такими же людьми — простыми и бесцветными: клерками, управляющими, преуспевающими ремесленниками, вроде ее отца и Бартона. Все они были хороши в своем роде, но так не походили на Артура, любимого, потерянного. И она силой обстоятельств скоро будет вынуждена стать одной из них, всегда жить, конечно, на такой же улице и... На мгновение рыдания снова подступили к горлу.
Она решила, что не станет одной из них. Нет, нет, нет. Должен быть какой-нибудь другой выход... много выходов. Ей не пришлось бы этого сделать, если бы она действительно этого не хотела... Только... Подойдя к зеркалу, она посмотрелась в него и поправила прическу.
— Но в чем дело? — через некоторое время устало и безнадежно спросила она себя. — К чему плакать? Почему не выйти за Бартона? Во всяком случае, я ничем не связана. Артур не любит меня. Я хотела его, но вынуждена выбрать кого-нибудь другого... или никого... В конце концов, не все ли равно кого? Мои мечты залетели слишком высоко, вот и все. Я хотела Артура, а он не любит меня. Я не хочу Бартона, а он ползает у моих ног. Я потерпела поражение, в этом все дело.
Потом, засучив рукава, она отправилась в кухню и, принявшись искать передник, спросила:
— Не могу ли я помочь? Где скатерть? — и найдя ее в соседней комнате в ящике с салфетками и серебром, стала накрывать на стол.