Выбор сердца
Шрифт:
Лили решительно подняла голову:
— Хорошо, скажу. Вы обмолвились, что вернуть деньги невозможно, а я почему-то подумала о том, что, возможно, есть такой способ.
— О чем вы говорите?
— Я много лет не видела дядю, но уверена, что смогла бы его найти. Если только он не занялся чем-то таким, из-за чего ему понадобилось бы покинуть Лондон. Дядя Джек никогда не покидает свое привычное место обитания. Ему здесь спокойно.
— Боюсь, я не понял, к чему вы ведете.
— Ну, я невольно подумала, что если этот Лумис мошенничеством отобрал деньги у вашего отца, то разве мы не могли бы придумать такое мошенничество, чтобы отобрать деньги у него?
Ройал расхохотался.
— Вы это серьезно?
Лили пожала плечами:
— Может, это и смешная идея… Но по-моему, нам следует поговорить с моим дядей. Он может знать способ. Я уверена, он ни разу не брался за что-то столь внушительное, но с вашей и моей помощью мы могли бы придумать вариант.
— А почему ваш дядя должен нам помогать?
— Потому что он меня любит. И я думаю, вы согласитесь отдать ему процент от тех денег, которые вам с его помощью удастся вернуть.
Ройал молча взирал на нее. Лили почувствовала, что краснеет.
— Извините. Я пыталась объяснить вам, что я не такая, какой кажусь. Прошу прощения за то, что заговорила об этом. Конечно, вам не захочется действовать незаконно. Я вас шокировала и…
— Я хочу с ним встретиться.
— С кем?
— С вашим дядей. Я хочу с ним встретиться. Вы можете это устроить?
— Я… точно не знаю. Думаю, что да.
— Я хотел бы, чтобы Престон Лумис был наказан. Но сам я не могу придумать лучшего наказания, чем если бы он потерял хотя бы часть тех денег, которые украл у моей семьи.
Потянувшись через стол, он поймал ее руку и прижался к ней губами.
— А вы именно такая, какой кажетесь, Лили Моран. Вы нежная и добрая — и вы искренняя. Я ценю вашу дружбу и любую помощь, которую вы могли бы мне оказать.
Лили робко улыбнулась, а потом вздохнула, стараясь успокоиться.
— Я немедленно начну разыскивать дядю. Как только я его найду, я дам вам знать. Где вы остановились?
— На Беркли-сквер, в моем городском особняке.
— Тогда я отправлю записку. — Она посмотрела на часы, висевшие на стене. — Когда у вас назначена встреча?
Ройал тоже бросил взгляд на циферблат.
— Через полчаса. Наверное, мне пора отправить вас домой.
Ройал встал из-за стола и помог Лили подняться.
Расположившись в карете друг напротив друга, они некоторое время молчали.
Занавески на окнах были задвинуты, мерцающий свет каретной лампы делал обитый красным плюшем салон кареты интимным — единственными звуками были шелест дождя по крыше и перестук колес.
Лили старалась думать о Ройале как о своем будущем родственнике, муже кузины, но воспоминания о его жарком поцелуе и о том, как шелк его волос касался ее пальцев, когда она обнимала его за шею, делали это невозможным.
В карете было немного душно, и их колени то и дело соприкасались. Лили не могла оторвать взгляда от его ног, любуясь сильными мышцами, хорошо заметными под безупречно скроенными брюками. А потом ее взгляд скользнул выше, к его темно-коричневому фраку… и дальше, к его лицу. Когда Лили посмотрела на Ройала, он поймал ее взгляд — и тяжело вздохнул.
Атмосфера в карете начала меняться. Воздух словно наэлектризовался, стал густым и вязким. У Лили отчаянно забилось сердце. Она нервно облизнула губы — и все тело Ройала напряглось.
— Лили… — хрипло проговорил он, а в следующую секунду пришел в движение, потянувшись к ней.
— Я знаю, что это нехорошо, я не должен этого делать… но, видит Бог, это выше моих сил!
Он пересадил ее к себе на колени и поцеловал.
Тихо застонав, Лили ухватилась за его плечи. Все мысли об отпоре куда-то испарились, у Лили закружилась голова.
Поцелуй следовал за поцелуем — и, казалось, им не будет конца. Ройал развязал ее шляпку и отбросил на сиденье напротив, обхватил ладонями лицо Лили и снова крепко поцеловал.
Дрожа всем телом, Лили приникла к нему.
Сверху послышался шум.
— Мы почти на месте, ваша светлость! — громко объявил кучер.
Ройал замер.
— Поезжайте дальше! — приказал он. — И не останавливайтесь, пока я не скажу.
Лили приоткрыла рот, собираясь запротестовать, но Ройал заставил ее замолчать страстным, дурманящим поцелуем. Секунду она отвечала ему, вдыхая его аромат, наслаждаясь его жаркими объятиями, однако реальность начала заявлять о себе. Она больше не могла не думать — и суровый разум сбил пламя ее желания.
Тяжело дыша, с отчаянно бьющимся сердцем — словно она изо всех сил бежала, — Лили прижала ладони к груди Ройала и толкнула его.
— Ройал, нет, пожалуйста… нам… нам надо прекратить.
Он наклонился, чтобы снова ее поцеловать, но Лили отвернулась:
— Нам… нам нельзя так, Ройал!
— Лили…
— Нам надо остановиться, Ройал. Так больше нельзя.
Он содрогнулся, возвращаясь в реальность.
— Да… да. Конечно, вы правы!
Он усадил Лили обратно напротив себя. Его зубы были крепко стиснуты, лицо словно окаменело.
— Я понимаю, что мне следовало бы извиниться. Я знаю, что этого не должно было случиться. Но это случилось — и я не могу сказать, что сожалею.
Лили смотрела на него, разрываясь между чувством вины и отчаянием, стараясь сдержать слезы.
— Нам… нам больше нельзя оставаться наедине.
— Знаю. — Ройал хотел было взять ее за руку, но вовремя остановился. — Если бы все было иначе. Если бы ход моей жизни уже не был установлен…
Лили судорожно сглотнула.