Чтение онлайн

Правда, радикальные меры он всегда готов продемонстрировать на себе. Регулярно по осени в присутствии журналистов Геннадию Онищенко вкалывают вакцину от гриппа. Он готов пожертвовать собственным комфортом, лишь бы приблизить торжество победы над паразитами: «Давайте возьмем для себя и решим: все мы будем ходить в масках. Я первый буду ходить по улицам в маске». В определенном смысле он маски никогда не снимает. Геннадий Григорьевич не любит рассказывать журналистам о своей жизни. Кажется, что он постоянно мелькает на экранах наших телевизоров, но вы нигде не найдете ни одного его подробного рассказа о себе.

Его раздражают российские граждане, выезжающие на отдых за границу. «Ведь человек приезжает без настороженности. У него нет внутренней организации. Он приехал для того, чтобы погрузить свое неспортивное тело в крупные трусы, которые ниже колен. Ну неужели в нашей стране негде отдохнуть? Прекрасное Подмосковье, сказочный Байкал, наш прекрасный, овеянный легендами Сочи», – цитируем Онищенко по тому же интервью телеканалу «Вести». Сурово? Да, немного напоминает бескомпромиссного управдома из фильма «Бриллиантовая рука», но все ради всеобщего здоровья.

Онищенко признаётся, что с удовольствием употребил бы власть и запретил гражданам выезд за рубежи Родины, но не видит в этом никакого медицинского смысла. На всякий случай Министерство соцздравразвития выступило с успокаивающим официальным разъяснением, что Онищенко всего лишь не рекомендовал российским гражданам некоторые страны. Через пару дней главный государственный санитарный врач выдал новую сенсацию: в связи с угрозой эпидемии гриппа не исключил переноса на более поздний срок начала учебного года. На войне как на войне! Редкий политик может сравниться по цитируемости с главным санврачом.

Весной 2004 года оперативный простор для борьбы с недостатками нашей жизни чрезвычайно расширился. Геннадия Онищенко назначили главой Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека. Новой структуре передали часть функций Министерства здравоохранения, Министерства экономического развития и торговли и Министерства по антимонопольной политике. Идея принадлежала Герману Грефу. Хотели создать единый орган контроля, чтобы проводить комплексные проверки предприятий, уменьшить общее число проверяющих и лишний раз не дергать производителей и торговцев.

Идея была хорошая, реализация, как всегда в нашей стране, подвела. При слиянии численный перевес был на стороне работников санэпидемстанций, получился перекос в гигиену, а не в защиту потребителей и создание экономических механизмов для регулирования рынков.

21 500 врачей объединили с 1800 работниками Государственной торговой инспекции. Как вспоминают некоторые его бывшие сослуживцы, Онищенко не скрывал, что считает санврачей «белой костью», а инспекторов – торгашами. Инспекторы пытались судиться с новым ведомством, в котором им не находилось места, но все безрезультатно. Суды стараются не связываться с санитарными врачами, еще, не дай бог, те закроют туалеты. По крайней мере Федеральная антимонопольная служба испытала на себе, что значит враждовать с Геннадием Онищенко, человеком, у которого «под ружьем» более 100 тысяч врачей – эпидемиологов и гигиенистов.

Вспоминают, ФАС несколько раз пыталась сдержать активность Роспотребнадзора, в ответ «люди в белых халатах» искали нарушения собственно в антимонопольном ведомстве. «Люди в белых халатах атакуют ФАС» – под таким кричащим заголовком чиновники рассылали в средства массовой информации письма ужаса.

Роспотребнадзор закрывал две столовые в здании, где находится центральный аппарат ФАСа, и требовал отчитаться «по вопросам обеспечения санитарно-эпидемиологического благополучия населения». «Да, у него сложный характер. Он максималист. Онищенко – человек государственный и, пусть не покажется излишне пафосным, – патриот России до мозга костей. И я считаю, его надо принимать именно таким, каков он есть», – поясняет упертость своего бывшего подчиненного академик Татьяна Дмитриева.

Получив полномочия, главный государственный санитарный врач взялся лечить не только медицинские язвы общества. Именно Онищенко развернул бескомпромиссную борьбу с производителями пива, чтобы ужесточить контроль над изготовлением и рекламой популярного напитка. До Онищенко пиво как-то и не считалось алкоголем. Пивовары упорно сопротивлялись, требовали обуздать Онищенко и его помощников, возбуждались уголовные дела, но безрезультатно. Единственное, о чем жалеет Онищенко, что не удалось так же круто взять в оборот водочников, но всему свое время.

В 2006 году Грузия и Молдавия вошли в политический клинч с Россией по вопросам разрешения приднестровской, абхазской и южноосетинской проблем. И тут же у них появились свои проблемы – со сбытом вина и минеральной воды «Боржоми». О политической подоплеке событий тогда не было сказано ни слова, упоминали лишь о повышенном содержании в напитках железа и цинка.

Что-то похожее происходило потом с белорусским молоком и мясом. Что это: инициатива главного гигиениста России или воля высшего руководства страны? Говорят, Онищенко просто подчиняется дисциплине. Вообще, много чего говорят. На вопрос читателя во время конференции в «Коммерсанте», не обижает ли его негативное отношение окружающих, ответил: «Если для вас моя «нарицательность» проявляется в противодействии алкогольному и табачному отравлению, то я ее поддерживаю. Негативного отношения к себе я не ощущаю. Создание нарицательного отрицательного образа – это кампания за деньги тех же алкогольно-табачных дельцов или политические кампании, как с Белоруссией. Но я буду молиться за них».

Что бы там ни было, политическая активность начальника Роспотребнадзора Геннадия Онищенко – явление уникальное. Эксперты подсчитывают убытки от жестких действий ведомства Онищенко, от цифр голова идет кругом: Молдавия поставляла только вина в Россию на 250 миллионов долларов в год, Грузия – почти на 50 миллионов (не считая поставок минеральной воды и овощей с фруктами), практически 100 процентов поставок в Россию белорусского мяса и молока остановлены! Масштаб санкций впечатляет.

15 декабря 2000 года главный санитарный врач России Геннадий Онищенко издал постановление, которым обязал своих подчиненных ужесточить контроль над производством пива, предложил ряд мер по борьбе с пивным алкоголизмом и ограничений для отрасли. Пивовары расценили документ как вмешательство чиновника в вопросы, не входящие в его компетенцию.