Чтение онлайн

Совет был в сборе, ожидали только его прихода. Это уже интересно, для того, чтобы быстро собрать шесть Магистров – членов Совета, над было проделать довольно серьезную работу. Совет – это не просто собрание восьми мудрецов. Любой вопрос должен быть предварительно рассмотрен, обсужден, решение выверено и интересы сбалансированы. Интересно, он один остался в неведении, или обошли еще кого-то. После выхода из Совета Виктора Александровича у него не было там абсолютно преданных сторонников. В любом случае, есть претензия Магистрату спокойствия – почему не было никакой информации о чьей-либо деятельности по сбору Совета. Хотя… Информация, возможно, и была, но до Канцлера ее не довели. Ну ладно, ребята, давайте поиграем.

Канцлер опустился в кресло Председателя Совета и внимательно оглядел присутствующих.

По левую руку от него сидел нервно перебирающий скрещенными пальцами Андреас Рейн – Магистр-Ректор Академии. От него трудно ожидать неожиданностей, Магистр полностью поглощен работой, и можно быть уверенным, что даже внеочередной вызов на Совет он воспринял с неудовольствием, как отрыв от важной деятельности по превращению прыщавых оболтусов в закаленных Мастеров.

По правую руку неподвижно застыл Анжей Гроховский – Магистр Восточно-Европейского Магистрата. Надо сказать, что оперативные Магистраты с базами на земле после исчезновения коридора оказались не у дел, и их Магистры отчаянно пытались застолбить за собой поле для существования в новой реальности, открывшейся перед Орденом. Впрочем, от Гроховского тоже нельзя ожидать неприятностей, Канцлер знал его как человека, предельно щепетильного в вопросах Чести, и втянуть его в интриги было непросто.

А вот трое сидящих напротив были совсем из другого теста.

Магистр Марк де Риш – глава службы информации Магистрата Спокойствия. О степени его личного влияния и влияния его службы говорит одно то, что в Совет входит он, а не Магистр Магистрата Спокойствия. Несложный поверхностный анализ говорит о том, что именно у него были все возможности организовать внеочередное заседание Совета.

Магистр Антонио Рохос. После ухода Виктора Александровича – старейший член Совета. Один из тех Рыцарей, кто крайне враждебно отнесся к вхождению в Орден пришельцев с Земли и союзу с племенами Пустынников. Канцлер знал, что Рохос возглавляет фракцию, открыто обвиняющую его и Великого Магистра в бедах, обрушившихся на Эдем.

Эжен Лурье, Магистр – глава Магистрата Обеспечения. Главный хозяйственник Эдема, если хотите генеральный управляющий Ордена. Он знает с точностью до медяка состояние казны и с точностью до зернышка размеры запасов. Сам он не имеет личных и служебных интересов, достойных обсуждения на заседании Совета, но можно не сомневаться, что в любой схватке он поддержит сильную сторону. Не из личной трусости, иначе бы он никогда бы не был удостоин звания Магистра, а из собственных представлений о целесообразности.

И еще один из членов Совета отсутствовал. Бо Шуан – легендарный глава Лиги Лазутчиков. Сейчас он с Лазутчиками, оставшимися в живых после внезапного нападения Врага, занимался ликвидацией последствий кровавой бойни, выслеживанием агентов врага и патрулированием Пределов. Никакая сила в мире не могла оторвать его от своих ребят в такое сложное и трагическое время.

Как обычно, немного в стороне, сидел в кресле, положив ногу на ногу, Максим Волков, имеющий статус наблюдателя от Земли, а фактически представлявший некогда генерала Тихорецкого. После прекращения связи с Землей этот статус потерял смысл, но традиция осталась, в чем, разумеется, была, прежде всего, заслуга Канцлера, и наблюдатель присутствовал на всех заседаниях Совета, фактически представляя оставшихся на Эдеме землян. Немного их было – сам Канцлер с женой, Сабир, Максим, Штильман, еще двое аналитиков, и десяток спецназовцев из группы Тихорецкого, разбросанных сейчас по боевым подразделениям Ордена. И, конечно, сам Великий Магистр. Хотя кто он больше, человек Земли, или Эдема? Трудно сказать…

Канцлер еще раз обвел взглядом членов Совета.

– Итак, братья-Магистры, мы собрались здесь в соответствии с Уложениями, Уставами и представлениями о Чести. Прошу вас сообщить, есть ли у кого-нибудь из вас возражения о необходимости проведения Совета.

Ответом на традиционную фразу было пятикратно повторенное слово "нет". Канцлер удовлетворенно кивнул:

– Прекрасно. Совет объявляется открытым, – и, не делая практически никакой паузы, продолжил, – а теперь я хотел бы узнать, кто инициировал проведение Совета и какие вопросы мы собираемся обсуждать с такой срочностью.

Последнюю фразу он произнес, обращаясь непосредственно к Марку де Ришу. Уж он-то наверняка в курсе всех деталей.

Магистры явно не ожидали такого начала разговора. Переглянувшись с де Ришем, ответил Магистр Рохос.

– Да простит меня Великий Канцлер, но вопросы ставим не мы, а сама жизнь. Совет не имеет права оставить без внимания последние события.

– Безусловно, – согласился Канцлер, – но чем, скажите, объясняется такая поспешность?

Рохос упрямо наклонил голову.

– Поскольку под угрозой само существование Ордена и Эдема, то промедление недопустимо.

– Хорошо, – быстро ответил Канцлер, ожидавший подобный ответ, – в таком случае я попрошу вас, братья-Магистры, сформулировать повестку дня и огласить предлагаемые решения.

Немного сбитый с толку неожиданной покладистостью Великого Канцлера, заговорил де Риш:

– Благодарю вас. Я предлагаю обсудить следующие вопросы: новые угрозы, возникшие после разгрома бригады Лазутчиков, меры, предпринимаемые для защиты Ордена, падение морального духа бойцов Ордена и простолюдинов, и определение ответственных за то катастрофическое положение, в котором мы сейчас оказались.

Канцлер согласно кивал словам де Риша.

– Прекрасно сформулировано, брат-Магистр. Я надеюсь, что вы достаточно подготовились и можете представить нам доклад. Прошу вас, – и Канцлер сделал приглашающий жест рукой.

Де Риш с уверенным видом откинулся на высокую спинку кресла и начал свое, по-видимому, хорошо подготовленное, выступление:

– Братья-Магистры! Испытание, выпавшее на нашу долю, ставит вопрос о самом существовании Ордена. Возникшая угроза является самой серьезной со времен войны с пустынниками…

Ого! А ведь это прямой удар, направленный на Канцлера. Ведь никто иной, как он, был предводителем армии пустынников, выступившей против Ордена. Та война закончилась гибелью безумного Великого Магистра, разрушением циклопической Башни Великого Магистра и установлением мира между пустынниками, Орденом и Землей (если говорить точнее, то не с Землей, а с русскими спецлужбами)

Магистр, между тем, уверенно продолжал:

– Итак, я просто констатирую известные всем факты: мы подверглись нападению противника, превосходящего нас как по численности, так и по возможностям индивидуального бойца. Притом численное превосходство измеряется сотнями раз. Противник этот обладает возможностями, которые нам кажутся сверхъестественными, чего стоит, например их умение перевоплощаться в людей. Мы не можем предвидеть момент и место их атаки. Нам приходится признать, что мы полностью беззащитны.