Чтение онлайн

— Что-нибудь сохранилось от перестройки? — спросил писатель.

— А как же! Говорильное шоу-парламент… Впрочем, разговаривать Мадам запретила. Лига дамочек-коблов и гомиков-педерастов ввела для избранников, декретировала канопсис, язык поз и телодвижений. Такое надо смотреть! Какие мимы там заседают, какие позы принимают, как извиваются в экстазе, изображая преданность Мадам или приверженность к приватизации мужчин-любовниц, мальчиков-сосунов или девственниц-целовальниц. Потеха! Порой доходит до общего парламентского минета, тогда вообще — туши свет…

Станислав Гагарин вспомнил вдруг просмотренный недавно омерзительный фильм, в котором Анастасия Вертинская безудержно рекламировала лесбиянство.

Его едва не стошнило.

«Странно, — подумал сочинитель, — фильм я буду смотреть на Первом Всероссийском кинорынке только в мае… Но сейчас ведь еще апрель!»

Эта нестыковка во времени, некое нарушение детерминизма странным образом испугало и обрадовало его.

Шеренга приближалась к месту казни.

— Стой! — раздалось впереди. — Направо!

Теперь Станислав Гагарин, его спутник-репортер, другие товарищи по несчастью стояли спинами к Кремлевской стене.

Весеннее солнце свалилось к закатной стороне окаёма и готовилось упасть там, где находился гагаринский дом, многострадальное «Отечество», председателя которого готовились расстрелять голубые гвардейцы диктаторши-лесбиянки.

«Глупая смерть, — меланхолично, но спокойно подумал писатель. — Но разве смерть бывает разумной? Справятся ли без меня мои ребятишки… Так и не успел издать первый том «Русского детектива», его Ротанов и Пекун железно обещали сделать через месяц. Перед подписчиками неудобно. Авось, Сорокоумов и Дурандин завершат реализацию подписки».

Ему удивительным образом не пришло в голову соображение о том, что возможно его славных заместителей нет уже в числе живых. Может случиться, что он вообще последний живой их тех, кто работал с ним вместе. И нет больше на свете ни «Отечества», ни его киностудии, ни литературного отдела и бухгалтерии, которую он все-таки собрал несмотря на происки Даниловны, исчезли дамы по распространению, толково руководимые Валентиной Степановной.

О собственной смерти Станислав Гагарин перестал думать, когда увидел в руках голубых вскинутые для стрельбы в упор автоматы.

Затрещали очереди.

Писатель ждал толчка в грудь.

Он повел глазами влево и увидел, что Фалалей Рыбкин исчез.

«Попали, — подумал Станислав Гагарин, но под его ногами труп журналиста-ренегата не валялся, Фалалей-Звонарь как бы испарился бесследно.

Теперь сочинитель увидел вдруг, как из ствола автомата вылетела назначенная писателю пуля.

Автоматная пуля небольшого калибра буравила воздух, ввинчивалась в него, разогревая от огромной скорости хищный и острый наконечник, наметивший впиться, проникнуть внутрь, разодрать гагаринскую плоть.

Ни уклониться от пули, ни преградить ей путь было невозможно.

Пуля предназначалась для Станислава Гагарина и готовилась беспощадно, обреченно поразить писателя.

Время остановилось.

— Понравилось? — спросил товарищ Сталин, когда Станислав Гагарин оказался вдруг на просторной веранде дачи Президента.

Последний был тут же. Трясущимися руками глава государства пытался раскурить сигарету «Герцеговина Флор», которую протянул ему вместе со спичками вождь.

Председатель Российского творческого объединения «Отечество», только что расстрелянный — расстрелянный ли? — у Боровицких ворот Кремля, у кирпичной стены Александровского сада неопределенно повел плечами.

— Что это было? — спросил он.

— Альтернативный, понимаешь, ход истории, — ответил Иосиф Виссарионович. — Разумеется, кое-что товарищ Сталин сшаржировал, допустил элементы гиперболизации, придал случившемуся с вами оттенок метафоричности, что ли… Но в целом получилось впечатляюще. Как воздействовал на вас этот, понимаешь, спектакль, товарищ Президент?

Глава государства возмущенно хмыкнул и жадно затянулся дымом, отвернулся, принялся смотреть в сад.

— Надеюсь, на этом фокусы прекратились, — глухо произнес Президент, не поворачиваясь к собеседникам. — Второго подобного испытания психика моя не выдержит… Но что это, черт побери?!

Хозяин дачи вытянул руку и гневно посмотрел на вождя.

Из глубины неживого еще весеннего сада показалась скуластенькая супруга хозяина, которую держал под руку… Президент.

— Товарищ Сталин вас предупреждал, — невозмутимо произнес вождь и достал из кармана десантной камуфлированной куртки курительную трубку, придавил большим пальцем табак, принял от растерявшегося главы государства коробок спичек. — Это монстр, сотворенный, понимаешь, ломехузами, о которых товарищ Сталин устал уже вам рассказывать. Настоящего Президента разнесло в куски на Крылатском мосту — именно в этом убеждены агенты Конструкторов Зла. Нейтринное существо теперь заняло здесь ваше место и будет управлять государством по инструкции, полученной, понимаешь, от ломехузов.

— Необходимо что-то сделать! — вскричал Президент. — Ведь этот монстр с моей женой…

— Ничего пока не произошло, — успокоил хозяина вождь. — Он прибыл четверть часа назад и обсуждает с хозяйкой, какие розы завести в нынешнем году. Известно, что вы любите цветы вообще и розы, понимаешь, в частности.

Нас они увидеть не смогут, я прикрыл всех колпаком невидимости. Сейчас супруга пройдет в дом, а монстра товарищ Сталин сумеет, понимаешь, задержать. Об этом не беспокойтесь.

Теперь вы убедились в нашей правоте?

— Убедился, убедился! — срываясь в истерику, закричал Президент. — Сделаю все, что скажете, товарищ Сталин, только избавьте меня от кошмара! Нет, вы посмотрите! Он за плечи ее обнял… Совсем как я, черт побери! Жена никогда не заметит подмены…

— Не заметит, — спокойно пыхнул дымом, затянувшись из трубки, товарищ Сталин. — А если не заметит жена, то куда уж тут членам Политбюро, Кабинету Министров, понимаешь, депутатам и простым гражданам государства. Отойдите вместе с писателем в другой угол, товарищ Президент. Сейчас они появятся на веранде.