Чтение онлайн

Мне пару раз намекнули на то, что вашу общую деятельность пора было бы прекратить. и я пытался это сделать. Но…Хорошо работать у вас получалось только вместе. так или иначе Второй умудрялся выдернуть вас, Ян, с любых операций и мероприятий, а вы не отказываясь, тоже с головой уходили в предложенную им работу.

Самое страшное началось тогда, когда вы нашли Артефакты. О том, что существуют артефакты улавливающие споры прилипал – я знал. мне об этом рассказал Некрасов. Но я не знал толком ни что это такое, ни откуда они берутся.

И тут вдруг, совершенно случайно вы со Вторым находите и приносите просто в клинику предметы с помощью которых еще 20 лет назад мы пытались остановить эпидемию. Некрасов погиб, я лишился дара и наша затея провалилась. Но попытка то была.

скрыть наличие артефактов я не мог. В совете директоров поднялась легкая паника. А Сергей в добавок еще сообразил, что именно об этих окаменелостях и были сделаны записи перед последним походом в город Некрасова.

Он позвал вас Ян и рассказал все что мог на тот момент о возможностях артефактов и белых зонах. Без вас он бы их не нашел . Он же всего лишь обыкновенный человек.

– Получается что это я во всем виноват, да? – мне самому стало страшно от такого предположения. Я

не хотел думать что это из-за моих неуклюжих не согласованный действий все пошло наперекосяк.

Получалось, что если бы не я, то Второй бы не ввязался в эту авантюру с останками и старинным лекарством от 'прилипал'. Он бы трезво оценивая свои возможности просто отказался от идеи и может быть искал бы что-то другое менее опасное и для Клиники и для себя в целом.

– ты ни в чем не виноват. Так получилось. Стечение обстоятельств. Я же говорю– вместе вы слишком хорошо работали. Вы дополняли друг друга.– егор Петрович тоже уже подустал от этого разговора.

Но я так и не понял, что именно мне стоило бы передать Второму. Отказаться от идеи и плана? Второй сейчас в таком состоянии что в ближайшее время ему не до воплощения старых замыслов. Рассказать все Тарасову? В этом вообще не было смысла– потому что рассказывать было особо нечего. У Тарасова( надо хоть узнать как его зовут а то все по фамилии как доктора Зло называть надоело) были слишком надуманные представления о том что мог узнать Второй, и любую информацию сейчас он будет считать недосказанной.

– Егор Петрович, какая именно вам помощь нужна от меня? Уговорить Второго не делать глупостей и это все?

– В данных обстоятельствах– это самое лучшее. Мне надо чтобы все поверили что он действительно ничего не знает. Что больше ничего не будет. И угрозы нет. Мне они не верят. Второй молчит. Вся надежда только на тебя.

– а какой именно план был у Второго? Что он собирался сделать?

– активировать артефакты.

– в смысле?

– он пришел ко мне в тот вечер когда у тебя пропал дар. Он чувствовал себя более чем виноватым. Он думал что все произошло из-за него. Но в тоже время он получил ответ на свой вопрос. В каждой из белых зон были обнаружены останки, притягивающие к себе споры и не дающие зародышам развиться. Возле каждой из белых зон был своеобразный энергетический барьер который куклы не могли преодолеть. Чистым место от спор, вирусов и паразитов было только благодаря артефактам содержавшимся в земле.

Но все обнаруженные артефакты оказались слишком старые и слишком разряженные. Они с каждым новым экспериментом все хуже исполняли свою роль.

Я рассказал Сергею что мы с Тарасовым пару раз экспериментировали над энергопотреблением в таких белых зонах.

Оказалось что на большинстве отмеченных мест – на выбранных кладбищах площадки с чистой энергетикой слишком маленькие. Максимальная емкость самой большой зоны 9 полных коконов с уже созревших кукол.

А вот этой информации я не удивляюсь. Я вспоминаю слова Мельника о странных экспериментах и кавалькаде дорогих машин на кладбищах. Я помню разложенную в рядок одежду и засыпанную спорами поляну, которая перестала сиять.

– вы убивали живых ради экспериментов? – вопрос я просто обязан задать, если уж сейчас началось время правды. Пора избавляться от скелетов в шкафу.

– Да. Но Они не были уже людьми. Мы ничего не могли сделать. Там не помогли бы даже артефакты. У каждой из кукол был уже свой готовый сформировавшийся кокон и полное выгорание личности. Не осталось от людей ничего. Были только наполненные спорами оболочки которые удерживались в состоянии до-распада медикаментами.

Я киваю, соглашаясь. Но перед глазами у меня до сих пор – выложенные в ряд вещи– мужские и женские, вещи которые только совсем не давно потеряли тепло тел своих хозяев.

Старик кривится, будто я его лимоном угостил. Видно, что ему тоже не особо приятно вспоминать. Но это часть истории.

– дальше. Итак, Второй пришел вечером, сказал что хочет активировать артефакты. И он для этого должен найти способ который бы помог усилить энергоемкость останков. На вопрос, а существует ли такой способ, Второй привел в пример ссылку на старую запись о чуме в городе. Он говорил что даже на момент 1738 года площадь поселения с дворами и крепостью была достаточна велика. А святых мощей– всего на всего несколько штук. Но после определенных ритуалов – сила мощей увеличилась и эта сила смогла сдержать распространение черных спор на всей зараженной площади будущего города почти на 300 лет. Второй говорил, что в записях есть ссылки именно на инструкцию по использованию и применению лекарства от чумы. Инструкция – памятка для потомков помещена в тайник. Место тайника обозначено схематически. Но с помощью Мельника второй наметил несколько возможных мест. Он должен был найти инструкцию, активировать найденные артефакты и … Ни он ни я не знали что произойдет дальше. Но я дал добро и на поход и на дальнейшую активацию. Я рассказал все своим людям – мы готовы были помочь Второму. Каждый хотел чтобы кошмар с паразитами закончился как можно быстрее. У каждого из нас был кто-то кто пострадал от прилипал. Каждый кого-то потерял. Я когда-то говорил, что в Клинику люди приходят в 90% случаев только с одним мотивом – отомстить. Слишком болезненные и не справедливыми были потери. Но я не учел 10 %. У Тарасова были немного другие цели. И когда он услышал о том что прилипал может не стать– именно он оповестил совет директоров. Он не хотел потерять статус и доходы. Да– мы вместе с ним слишком долго воевали, он был хорошим солдатом. Но если для меня важным было окончание войны, то для него важным было быть генералом и вести свои войска в вечный поход.

Затея второго провалилось. Змеиное гнездо расшевелилось. И на сегодняшний момент не осталось практически ничего. Второй –прикованный к постели под охраной. Возможности проводить дальнейшие исследования– нет. Коллекция найденных артефактов в бункере под строжайшим присмотром. И снова уничтожение прилипал отложено в слишком долгий ящик. Может быть на всегда. Именно в этой ситуации

– когда и так все плохо– я не хочу потерять Сергея.

Если бы он был здоров, можно было что-то придумать. Он сильный, умный, он бы справился и довел то что начал. Тем более он что-то нашел и действительно о чем –то узнал. Досадно то что эти знания так навсегда и исчезнут.