Чтение онлайн

Грэхем извлек из ящика автоматического записивающего устройства фотокопию вечернего выпуска "Сан". Репортажи о случаях с Мейо и Уэббом были помещены рядом. Первый озаглавлен "МЕЙО ПАДАЕТ С МАРТИНА", второй - "ЕЩЕ ОДИН УЧЕНЫЙ МЕРТВ". Оба сообщения были весьма поверхностны и не содержали ничего нового, кроме того, что "полиция ведет расследование".

Как раз в этот момент появился Воль. Он ворвался в квартиру, как вихрь Глаза его сверкали. От выпуска "Сан" он отмахнулся, отрывисто бросив:

– Уже видел.

– Что это ты сам не свой?

– Все мои подозрения, - он сел, тяжело дыша. - Не только ты подвержен подозрениям. - Он перевел дух, виновато улыбнулся, еще раз вздохнул. - Получены результаты вскрытия. Оба - и Мейо и Уэбб - накачаны зельем до бровей.

– Наркотики? - недоверчиво спросил Грэхем.

– Мескаль, - подтвердил Воль - Особая, очень тщательно очищенная разновидность мескаля. В желудке обнаружены явные следы. - Он помолчал, стараясь отдышаться. - А в почках полно метиленовой синьки.

– Метиленовой синьки? - Грэхем тщетно напрягал ум, пытаясь извлечь из услышанного хоть какой-нибудь смысл.

– Ребята сразу же устроили проверку. И нашли мескаль, метиленовую синьку и йод во всех трех лабораториях - у Мейо, Уэбба и Дейкина. Мы с тобой и сами могли бы их там найти, кабы знали, что искать.

Грэхем утвердительно кивнул:

– Остается предположить, что вскрытие обнаружило бы аналогичный результат и у Дейкина.

– Я тоже так считаю, - согласился Воль. - Еще ребята выяснили, что та дрянь, которую мы нашли у Мейо в печи его дистилляционной установки, - это индийская конопля. Одному Богу известно, где он ее откопал, только это факт. Похоже, он собирался поэкспериментировать и с другими наркотиками, кроме мескаля.

– Если и так, то исключительно в научных целях, - убежденно сказал Грэхем. - Мейо никогда не был наркоманом.

– Оно и видно, - сухо заметил Воль.

Грэхем подвинул и нему список, составленный Гарриманом:

– Вот взгляни. По данным Смитсоновского института, эти восемнадцать отдали концы за последние пять недель. По закону средних чисел получается, что из этих смертей естественны и неотвратимы три, ну от силы четыре. - Он присел на край стола, покачал ногой. - Из этого, в свою очередь, следует, что остальные - не естественны. И еще это значит, что мы влезли во что-то куда более сложное, чем могло показаться с первого взгляда.

– Не только сложное, но и ненормальное, - заметил Воль, просматривая список. - Во всех делах, где замешаны наркотики, есть что-то ненормальное. А уж это - и вовсе идиотское, недаром оно со вчерашнего вечера засело у меня в башке. - Он скорчил гримасу. - Как вспомню того типа с собакой в брюхе, что мы видели в клинике...

– Давай забудем о нем хоть на время!

– Легко сказать!

– Сведения, которые у нас на сегодня есть, вызывают кое-какие вопросы,

– задумчиво продолжал Грэхем. - Получив на них ответы, мы сможем хоть немного продвинуться вперед. - Он ткнул указательным пальцем в список, который Воль держал в руках. - Так, мы не знаем, из чего исходили информационные агентства, когда вывели среднюю цифру три. Брали они за основу последние двенадцать месяцев или пять лет, или двадцать? Если это средняя величина за длительный период и смертность за последний месяц превышает ее в шесть раз, то какова тогда статистика подобных случаев за предыдущий месяц и за прошлый год? Иными словами, сколько всего смертей насчитывается с самого начала, и с чего, собственно, все началось?

– Все началось с самого первого самоубийства, - заявил Воль - Остальные

– чистой воды имитация. - Он вернул список Грэхему. - Ты иногда заглядывай в полицейские сводки. Тогда увидишь, сколько раз уже бывало, что убийства и самоубийства распространяются как зараза. Порой одно-единственное, но зато эффектное, да еще и как следует поданное прессой преступление вызывает целую волну подражаний.

– Я с самого начала говорил и сейчас продолжаю настаивать: это не самоубийства. Я действительно очень близко знал Мейо и Дейкина. И Уэбба тоже знал, хоть и понаслышке. Все они психологически были совершенно не склонны и саморазрушению, даже если их напичкать наркотиками.

– То-то и оно, - продолжал упорствовать Воль, - ведь ты знал их в нормальном состоянии и не представляешь, каковы они под марафетом. Стоит парню как следует набраться - и он уже совсем не тот, что был, а совершенно другой человек, который способен на что угодно - хоть палить в воздух, хоть с крыши сигануть.

– Вот что я тебе скажу, - Грэхем с озабоченным видом сложил листок и сунул его в карман, - всетаки этот мескаль - сущая головоломка.

– Только не для меня. Поток наркотиков распространяется по личным рекомендациям. Наверняка кто-то из ученых, перетрудившись до полного умопомрачения, изобрел новомодный стимулятор, который оказался коварнее, чем можно было предположить Кое-кто из них тоже попробовал. Может быть, поначалу он действовал нормально, а потом стал накапливаться, как мышьяк. Так все и шло, пока они не стали сходить с винта, один за другим. И вот результат! - Воль широко развел руками.

– Хорошо бы все оказалось так просто, только что-то внутри мне подсказывает, что это не так.

– Что-то внутри! - фыркнул Воль. - Еще одна собака!

Грзхем рассеянно просматривал заголовки укреннего выпуска "Сан", все еще ползущие по экрану. Он уже открыл было рот, чтобы дать Волю достойный ответ, и тут же закрыл. Расплывающиеся перед глазами слова внезапно приобрели четкость. Он встал. Воль проследил его взгляд.

Грэхем выключил приемник, закрыл экран и взялся за шляпу.

– Девятнадцатый, - тихо произнес он.

– Ну и чертовщина! - Воль встал и вслед за ним направился к двери. - Снова - здорово!

Как и следовало ожидать, почти все очевидцы гибели Стивена Рида бесследно исчезли. Кто-то сразу же вызвал полицейского, тот позвонил в свой участок, а репортер, дежуривший там, передал новость в "Сан".

Понадобилось целых два часа, чтобы отыскать трех свидетелей.