Шрифт:
Драма в одном действии
ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА:
ВЯЧЕСЛАВ НИКОЛАЕВИЧ, меценат, 40 лет.
ЮЛИЯ БЕРСЕНЬЕВА, актриса, 36 лет.
ВАЛЕНТИНА, подруга Юлии Берсеньевой, актриса, 35 лет.
НАДЕЖДА, официантка, 19 лет.
БАРМЕН, 21 год.
ОФИЦИАНТКА, сменщица Надежды, 18 лет.
РАБОТНИКИ КАФЕ, молодёжь.
Действие происходит в Москве, в кафе на Лубянском проезде. Наши дни.
Сцена первая.
В дальнем углу зала у окна сидит ВЯЧЕСЛАВ НИКОЛАЕВИЧ. У барной стойки НАДЕЖДА и БАРМЕН, временно присоединяется ОФИЦИАНТКА. Время ланча.
ОФИЦИАНТКА. (подбегает к НАДЕЖДЕ) Надя, Надя, прости. Я только переоденусь и сменю тебя.
НАДЕЖДА. Да не спеши, у меня тут ещё одно дельце.
(ОФИЦИАНТКА убегает)
БАРМЕН. Одно дельце?
НАДЕЖДА. Ты, что, не знаешь? Сама Берсеньева у нас.
БАРМЕН. Вау! Звезда экрана!
НАДЕЖДА. Представь себе. Надо будет попробовать сфотографироваться с нею. Для моей коллекции.
БАРМЕН. Для коллекции, вон, там, видишь мужика у окна?
НАДЕЖДА. Ну да, солидный такой дядечка.
БАРМЕН. Этот солидный дядечка ещё не так давно был заштатным инженером в какой-то конторе за Уралом. А ныне, миллиардер и меценат. Разбогател он, выиграв в международной лотереи, года четыре назад. Но, во все тяжкие не пустился. Толи ввиду возраста, толи от природы таков, только привычки, несмотря на миллионы, оставил прежние, а главное скромные. Да, бывает такое, что утончённый нрав и тяга к просвещению способствуют здоровому употреблению неожиданной удачи. Кино, музеи, книгоиздание, реставрация зданий – вот, его сфера деятельности. Не отказывает и, просящим помощи. Короче говоря, из дурака, которому просто повезло, он превратился в человека заслуживающего уважения.
НАДЕЖДА. Женат?
БАРМЕН. Да уж наверняка не обделен вниманием женщин, с такими-то деньжищами.
НАДЕЖДА. Дурак, я не про твоих девок спрашиваю.
БАРМЕН. Ну, поговаривают, что в прошлом, у него была какая-то история, после которой он стал вести жизнь довольно уединенную. А по мне так, и справедливей будет сказать, скрытную. Не-а, не похож он на святого. У меня глаз наметан.
НАДЕЖДА. Хоть доля правды есть в твоих словах?
БАРМЕН и НАДЕЖДА. (строят друг другу рожицы).
БАРМЕН. (указывает пальцем) Тебя клиент ждет.
НАДЕЖДА. Я всегда знала, что парни ещё большие сплетники, чем девчонки. (идет к ВЯЧЕСЛАВУ НИКОЛАЕВИЧУ, махнувшему рукой официантке).
БАРМЕН. Ой, ой, ой. (кричит НАДЕЖДЕ) Антиквар.
Сцена вторая.
У столика ВЯЧЕСЛАВ НИКОЛАЕВИЧ и НАДЕЖДА.
НАДЕЖДА. Добрый день, Вячеслав Николаевич. Что будите заказывать?
ВЯЧЕСЛАВ НИКОЛАЕВИЧ. Добрый день, (читает по слогам на бейджике) Надежда. Какое у вас многообещающее имя. Пожалуйста, сырники и латте.
НАДЕЖДА. Мм. К сожалению, сырники придётся ждать.
ВЯЧЕСЛАВ НИКОЛАЕВИЧ. Как же так, Надежда.
НАДЕЖДА. Увы, не всё от меня зависит. Могу предложить…
ВЯЧЕСЛАВ НИКОЛАЕВИЧ. Ничего, ничего, ждать я умею.
НАДЕЖДА. Ок. Сырники с мёдом, сметаной, клубничным джемом?
ВЯЧЕСЛАВ НИКОЛАЕВИЧ. С джемом, латте стандартное. Да, ещё маленькую бутылку воды без газа.
НАДЕЖДА. (записывает в блокнот заказ) Удивительно, как мне везет сегодня на знаменитостей. В противоположном конце зала сидит Юлия Берсеньева.
ВЯЧЕСЛАВ НИКОЛАЕВИЧ. Надежда, ну какая я знаменитость. (взволнованно) Берсеньева? Это которая актриса?
НАДЕЖДА. Она самая.
ВЯЧЕСЛАВ НИКОЛАЕВИЧ. Одна сидит?
НАДЕЖДА. Нет, с какой-то женщиной, по-моему, она тоже актриса, но я не помню её имя. Может им что-то передать?
ВЯЧЕСЛАВ НИКОЛАЕВИЧ. Нет, что вы, ничего не надо, просто, принесите мне обед. Впрочем…
(пауза)
НАДЕЖДА. Гм, ок. Сырники с клубничным джемом, стандартное латте, вода без газа 200 мл. Ваш заказ принят.
Сцена третья.
У столика ВЯЧЕСЛАВ НИКОЛАЕВИЧ, подходят ЮЛИЯ БЕРСЕНЬЕВА и ВАЛЕНТИНА. Позже, присоединяются НАДЕЖДА и РАБОТНИКИ КАФЕ.
ЮЛИЯ БЕРСЕНЬЕВА. А я думаю, он не он. Здравствуйте, Вячеслав.
ВЯЧЕСЛАВ НИКОЛАЕВИЧ. (сплоховал, приподнимаясь с места). Здравствуйте, Юлия.
ЮЛИЯ БЕРСЕНЬЕВА. Слышала о вас много хорошего.
Конец ознакомительного фрагмента.