Вспомнить все
Шрифт:
– Следовательно, вы, Игорь Владимирович, присоединяетесь к Олегу Олеговичу в мнении, что Ковзана следует отпустить в Америку, как того просят американцы.
Министр иностранных дел Объединенной Руси Игорь Владимирович Мельничук согласно кивнул головой:
– Да, Владимир Владимирович, я согласен с министром обороны Олегом Олеговичем Куценко, что следует разрешить Ковзану прибыть в Америку. В противном случае, мы можем серьезно осложнить отношения с этой страной.
– А вы, Вадим Петрович, как считаете? – Грушенко перевел взгляд на министра внутренних дел Симоненко.
Тот, чуть отодвинув стоящий перед ним ноутбук, тихо проговорил:
– Я согласен с Олегом Олеговичем и Игорем Владимировичем, просьбу американцев следует удовлетворить. Пусть Ковзан летит в Америку. Если он, конечно, согласен.
Произнеся это, Симоненко вновь пододвинул к себе свой ноутбук.
– Итак, трое высказались «за». Нас тут шестеро.
– Рекомендации Совета национальной безопасности носят рекомендательный характер. Президент имеет право к ним и не прислушиваться, – глядя прямо перед собой, подал реплику директор Службы безопасности Олег Николаевич Пустовойтенко.
– Спасибо за напоминание, Олег Николаевич. Но я и так хорошо помню свои права и свою ответственность. И прежде чем принять решение, я хотел бы узнать мнение всех присутствующих, – Президент Объединенной Руси вопросительно посмотрел на Пустовойтенко.
Директор Службы безопасности повернул лицо в сторону Президента, твердо глядя ему в глаза, отчетливо произнес:
– Я против того, чтобы Ковзана сейчас отправлять в Америку.
«Бомм» – в наступившей тишине старинные часы отчетливо отбили один час.
– Поясните ваше мнение, Олег Николаевич.
– Ковзан является носителем чрезвычайно важной информации, подчеркиваю – чрезвычайно важной. Американцы не уберегли своего человека, побывавшего в гиперпространстве. У себя на родине его похитили, и что-то там похитители с ним сделали. Во время освобождения он был тяжело ранен в голову. Теперь они просят послать к ним Ковзана. Как говорится, здрасьте, приехали. А где гарантия того, что и с Ковзаном ничего подобного не произойдет? И тогда что? Триллионы рублей на ветер?
– Но, Олег Николаевич, – вступил в дискуссию премьер-министр Павел Иосифович Рудьковский, – американцы утверждают, что этот их Брэдлоу что-то вспомнил, но смутно, неопределенно. Ему начало представляться, что какая-то серьезнейшая опасность угрожает Соединенным Штатам, причем эта опасность находится внутри страны. Кроме того, они утверждают, что и похитители также что-то вытянули из его головы. Поэтому вполне вероятно, что и они знают об этой опасности и, может быть, более полно, чем американцы. На мой взгляд, положение у них действительно сложилось критическое – в короткий срок понять характер этой опасности и предотвратить ее.
– А вы не боитесь, что и нашей стране может угрожать опасность и в случае ЧП с Ковзаном мы также можем оказаться в критической ситуации?
– Боюсь, Олег Николаевич, – премьер-министр даже как-то виновато улыбнулся. – Но я еще больше боюсь, что нашим бездействием мы не только наверняка серьезно осложним отношения со Штатами. Что уже само по себе крайне нежелательно. Не забывайте, что наш суммарный с американцами экономический потенциал больше, чем китайский. Но по отдельности…
– Американцы тоже это понимают.
– Но мы ближе к Китаю, – и вновь премьер-министр чуть виновато улыбнулся, словно и он нес ответственность за то, что русские землепроходцы в шестнадцатом веке огнем, мечом и огненной водой завоевали для страны половину ее территории, опередив всех, но тем самым и сделав ее соседкой Китая. – Кроме того, опасность может угрожать и нам самим. А нашим бездействием…
– Я согласен с Павлом Иосифовичем, – Президент Объединенной Руси Грушенко решил поставить окончательную точку в этом заседании Совета национальной безопасности. – Во-первых, мы так и не смогли вытянуть хоть что-то с Ковзана. Удовлетворив просьбу американцев, мы политически выигрываем. В противном случае, мы рискуем остаться у разбитого корыта. И информацию не получим, и с американцами рассоримся. Во-вторых, если даже на самом деле опасность угрожает Штатам и только им, то их ослабление автоматически означает ослабление и нас перед Китаем. Ну и в третьих, совместно с Брэдлоу, так сказать, ориентируясь на местности, у Ковзана больше шансов вспомнить. – Грушенко сделал паузу, оглядев всех присутствующих, и, вернув узел галстука на прежнее место, закончил: – Если ему, конечно, есть что вспоминать. Заседание Совета объявляю закрытым.
«Если американцам угрожает опасность и китайцы об этом знают, – Грушенко смотрел на выходящих из зала людей, – то они своего не упустят. Будут бить, пока не завалят, упорство этой нации известно всем, – дверь за последним человеком закрылась, – правда, возможно, что завалят со всей цивилизацией».
Президент Объединенной Руси неожиданно для себя осознал, что верит в эту смутную информацию, доставленную чуть ли не из-за изнанки Вселенной.
Шестьдесят километров от Киева.
Объект «Ясный» Службы безопасности Украины.
14.20 по местному времени.
Роскошный черный автомобиль замер буквально в метре около массивных зеленых ворот, словно в недоумении – как, он вынужден остановиться перед закрытыми воротами? Что, в этой стране есть ворота, которые перед ним, перед этими номерами на бампере могут оставаться закрытыми? И, словно опомнившись, ворота чуть заметно вздрогнули и услужливо распахнулись. Черный четырехколесный красавец медленно пересек двор и остановился около длинного двухэтажного здания. Хорошо замаскированные видеокамеры мгновенно передали изображения появившихся из машины двух людей компьютеру. В доли секунды, сравнив сто тридцать шесть антропологических параметров каждого из людей со своей базой данных, он вынес благосклонный вердикт: «Пропустить».
Зайдя в здание, люди проследовали по просторному коридору, в конце которого была дверь, украшенная табличкой «Комната отдыха». Один из приехавших решительно, без стука открыл ее и вошел.
– Здравствуйте, Борис, – директор Службы безопасности Олег Николаевич Пустовойтенко пожал руку Ковзану. – Здравствуйте, Фекла, – улыбнулся он девушке.
Вслед за ним в комнату отдыха вошел академик Хохлов, дружески улыбнувшись и кивнув девушке и парню. Все расселись в кресла, расставленные около небольшого стола с фруктами и минеральной водой.