Всёмогучка

Дмитрий Чарков

СБОРНИК РАССКАЗОВ

для детей 5-8 лет

Содержание

1. Рас-плата

2. Всёмогучка

3. Контрольный маршрут

4. Как-то в ночь под Новый год

5. Туки-та!

6. Трактор

Любой из ребят, регулярно выезжающие на отдых вместе с друзьями в летние детские лагеря, скажет вам, что самое захватывающее время суток – это… первый час после отбоя!

И Фёдор это знал лучше других. Наигравшись за день на площадках загородного лагеря, у него оставалась ещё масса энергии после объявленного клича «Всем спать!». В голове постоянно рождались идеи, как это наискучнейшее занятие – укладывание в постель в компании своих сверстников – превратить в захватывающий поединок между сонным царством и всенощным бодрствованием.

– Давайте рассказывать страшные истории про чёрную-чёрную руку! – мог вызваться он в один вечер, а в другой предложить:

– Пойдём девчонкам жуков подкинем в постели!

При этом у него всегда на готове была баночка из-под привезенной на выходных родителями клубники, с прорезями в крышке, внутри которой копошилась дюжина огромных майских жуков – и где он их только брал, уму не постижимо, но эти безобидные насекомые оказывались подчас в нужном месте и в нужном количестве.

Один раз они с Семёном действительно тихонько и незаметно пробрались в спальню к девочкам, но только открыли крышку, чтобы выпустить жуков на волю, как за дверьми послышались тяжелые шаги проверяющего – сам директор частенько делал обход территории для выявления непослушных ребят. Мальчишки, только лишь заслышав его приглушенный голос на веранде, тут же метнулись под ближайшую кровать, столкнувшись при этом лбами – да так сильно, что перед глазами сразу посветлело, несмотря на тьму непроглядную, а звон в ушах, казалось им, готов был и мертвеца из могилы поднять. При этом в целях конспирации ни единого звука не выдавилось из их плотно сжатых ртов.

Но под одной кроватью им было тесно, и они, как пара одурманенных отравой тараканов, одновременно ринулись расползаться в разные стороны под соседние койки и замерли под ними как раз в тот момент, когда дверь в спальню приоткрылась, и на пороге показались два светлых ботинка на босу ногу. Ничего выше этих ботинок Фёдору из-под кровати видно не было. Ботинки немного постояли, словно раздумывая о чем-то, а потом к ним добавились ещё и колени. «На корточки присел», - догадался Семён, а Фёдор в своём укрытии зажмурил глаза. Ему подумалось, что если он притворится спящим, то его просто оставят в покое – ну не будет же, в самом деле, директор лагеря будить посреди ночи спящего мальчика, это негуманно.

В этот момент, в сумраке тонкой полоски света с веранды, Фёдор приметил недалеко от правого ботинка крышку от своей баночки, выроненной во время недавней суматохи, и вспомнил про жуков.

Жуки тоже про него вспомнили: лёжа на животе под кроватью, он вдруг уловил их шуршание у себя на спине. А банка, которую он всё ещё судорожно сжимал в руке перед собой, была наполовину пуста. Если б он не знал, кто это его щекочет, то ощущения могли бы быть даже приятными. Но в том-то и дело, что он знал, и в панике дёрнулся кверху, совсем забыв, что там металлическая сетка кровати, на которой мирно посапывала Света, не догадываясь о происходящем внизу. Впрочем, она лишь слегка подскочила на постели, даже не проснувшись.

Яркий сноп света от фонарика резанул по его зажмуренным глазам, и Фёдор, больно ударившийся перед этим об импровизированный потолок, даже смог изобразить зевок, и потянулся на полу, пробормотав:

 – Чего по ночам шастаете, спать не даёте?

Следующим высветился Сенька. В отличии от своего друга, он не притворялся ни спящим, ни случайно зашедшим на чашку чая под кровать прохожим – он просто в ужасе пялился на сидящего перед ним майского жука, не смея произнести ни звука.

– Выползаем все, живо! – донесся до них зловещий шёпот директора, и Семён сразу и не понял-то даже, кому выползать – жукам или им с Федькой.

В тот раз им пришлось по-морскому мыть полы на веранде до полуночи: вожатый выливал полное ведро воды, а они тряпками собирали всю эту воду назад в ведро, причем отжать нужно было ровно столько, сколько и вылилось.

Ночной труд облагораживает. После трёх вёдер они спали в своих мягких постельках, как сурки в норках, и даже утренний протяжный крик Светы, обнаружившей на своей подушке одного из обитателей Федькиной банки, забытого ими второпях накануне, не принёс им желанного удовлетворения – спать сильно хотелось, а руки-ноги ломило, будто это их ночью отжимали вместо тряпок, и совсем не хотели двигаться.

Пару дней Фёдор ходил тише воды и ниже травы, помня про упражнения с вёдрами под луной. Но природу не обманешь, а Фёдора не согнёшь – ближе к середине смены настала пора Больших Зубных Паст.

Как-то после полдника он подошёл к Семёну и с видом бывалого заговорщика подмигнул:

– Сегодня идём..?

– Куда? – не понял тот.

– Девчонок пастами мазать. Забыл, что ли?

Семён поскрёб затылок.

– С тобой как свяжешься – так обязательно влипнешь: или под поломойку, или под кровать.

– Трусишь? Слабо, что ли?

– А вот и нет! Спасть сегодня хочу, вот и всё.

– Струу-сил, струу-сил, струсил! – запел Федька.

– Сам ты..! – и Семён побежал к футбольному полю.

Федя решил действовать в одиночку. Он бы мог, конечно, позвать ещё кого-нибудь из мальчишек, но тогда были бы нарушены условия конспирации – чем больше ребят знали о готовящейся вылазке, тем больше шансов, что информация достигнет стана противника, и девчонки будут готовы к его приходу, а это в его планы никак не входило.

Весь вечер он вёл себя самым прилежным образом: убрался в своей тумбочке, привёл в порядок постель, аккуратно расставил обувь, включая резиновые сапоги на случай дождливой погоды, и даже зубы честно на ночь почистил, приметив при этом, кто из девочек какой пастой пользуется. После отбоя он одним из первых юркнул под покрывало в своей кровати и старательно изображал самое неподдельное желание отдохнуть и выспаться как следует после перипетий прошедшего дня.

Свет погас, и теперь было самое главное – не уснуть самому ненароком. Он прислушивался, как его товарищи рассказывали некоторое время разные байки про то да про сё, но постепенно разговоры утихли, и через некоторое время по комнате разносилось только мерное сопение, да порой половица скрипнет на веранде под легким шагом Ольги Валерьевны, охранявшей их покой. Через час и она должна была уже идти спать в свою комнату, и вот тогда настанет время действовать.