Чтение онлайн

Дубинка, которую за пару монеток Митроха раздобыл уже давно, была спрятана за изголовьем. Всегда думала, что пригодится — даже попросила оплести рукоятку кожаными ремешками, что маленький пройдоха сделал с большим удовольствием за отдельную плату. И еще — как лучше бить показал. Теперь бы достать ее незаметно.

Бандит стал поспешно срывать с себя одежду, но не спускал с нее горящих глаз.

— Сложи ее на стул, — попросила девушка, и надула губки, стараясь не показать отчаяние, — одежда на полу меня очень расстраивает.

— Все, что прикажешь, — хрипло ответил Эрик и, подхватив с пола свой наряд и пояс с оружием, водрузил все это на стоящий у кровати стул.

Пистоль с грохотом упал на пол, и Эрик нагнулся, чтобы его поднять. Этого мгновения хватило, чтобы полновесная дубинка, оказалась в руке девушки, ощутившей прилив уверенности от приятной тяжести нехитрого оружия. Ударила не раздумывая — бандит уже поднимал голову, и медлить было нельзя. Удар прозвучал глухо, а вот упавший снова пистолет и завалившееся тело Эрика наделали грохоту.

Снежана испугано замерла, прислушиваясь и глядя на бесчувственное тело у своих ног. Но никаких звуков не было кроме бешено колотящегося сердца в ее груди. Бандит застонал и девушка, бросив дубинку, с большим трудом втащила его на кровать, каждую секунду боясь, что он вот-вот очнется. Но ей повезло — даже успела привязать его руки к столбикам изголовья, когда Эрик открыл глаза. Мгновенно сообразив в чем дело, он стал сыпать такими отборными ругательствами вперемешку с угрозами, что пришлось спешно сделать кляп из его собственной рубахи. Какой-то звук с улицы привлек внимание девушки, она метнулась к окну, с удивлением понимая, что дождя уже нет. У ворот на своих красивых жеребцах сидели близнецы русины, склонившиеся к подбежавшему к ним Митрохе. Сердце Снежаны пропустило удар при виде такого красивого и молодого Тадека. Он оглядывался по сторонам, явно выискивая ее, Снежану. Девушка быстро задернула полог кровати, не обратив внимания на бешено вращающиеся глаза Эрика, и бросилась из комнаты к лестнице, ведущей в сад.

Тадек первым выехал из ворот замка, брат следом, чуть отстав. Желание увидеться с девушкой, гнало молодца вперед, настроение всадника передавалось коню, и русину приходилось сдерживать его. Дорога после ливня стала скользкой и на узком серпантине спуска с горы можно было легко свернуть себе шею. Достигнув подножия замковой горы, братья пустили коней в галоп. Скачка в облаке брызг, летящих из-под копыт доставляла обоим истинное наслаждение, и с неизбежностью скатилась с состязанию.

— Спорю, я первый до ворот успею, — крикнул вечный задира Марек.

— Ты второй родился, так что — первый там окажусь я, хоп! — и Тадеуш легко хлопнул короткой плетью-пятихвосткой со специальными вшитыми в концы кожаными пластинками — они не причиняя коню боли, лишь подстегивали четвероногого друга звонким хлопком.

И все же в город они влетели ноздря в ноздрю. Лихая скачка по улицам — плохая затея и братья придержали бешенный бег коней. Бодрой рысью прошли по длинной главной улице, миновали площадь, бросив особые, внимательно-задумчивые и удивительно одинаковые взгляды на ратушу.

Молодцевато подбоченясь в седлах и лихо заломив шапки набок, братья гордо ехали по Гребенску, ловя на себе внимательные, а подчас и оценивающие взгляды его обитателей и, что особенно приятно, юных и прекрасных обитательниц.

Выехав через западные, называвшиеся «Закатными» ворота, они вскоре добрались до корчмы Куцего. В этот раз народу также было очень мало, не удивительно — ливень загнал людей под крыши…Собственно, у коновязи стоял лишь один сильно утомленный долгой скачкой вороной, вяло жующий пучок сена. Хортичи переглянулись, то что кто-то не щадя ни себя, ни коня прискакал в корчму прямо посреди ливня — наводило на размышления.

Митроха возник будто из-под земли, принял коней и прикрывшись ими от любопытных взглядов прошептал:

— Эй, дядька, гони полтину, а лучше рупь.

— Ого, — так же полушепотом ответил Марек, — ну говори, может и рубль получишь.

— Здесь он, Эрик твой. Вот и Воронок его стоит. Так что давай, плати.

— Добре, только скажи мне, малец, где он сейчас?

— К девкам пошел наверх, напился, козел, нажрался от пуза, и на сладкое потянуло… тьфу! — Не по-детски ответил Митроха.

— Вот как? Ну, держи рубль, — Марек вытянул полновесную серебряную монету и бросил мальчишке, который с ловкостью подхватил ее, расплывшись в широкой улыбке.

— Ты вот что, Митроха, смотри, будет чего стоящего — мне рассказывай, в накладе не останешься…

— Ага, за мной не заржавеет, — с готовностью откликнулся мальчишка, уводя коней к коновязи.

Братья переглянулись, решая, что делать дальше. Но толком надумать так ничего и не успели. Из-за угла корчмы показалась Снежана и махнула рукой. Тадек радостно улыбнувшись в ответ, быстрым шагом направился к девушке, которая уже снова скрылась в саду, за корчмой.

Девушка ждала его у задней двери «Подковы» и сразу бросилась ему на шею, быстро поцеловав в губы. Разведчик хотел ее удержать, но она не далась выскользнув из его рук.

— Снежинка, — Тадек послушно прислонился плечом к стене рядом с ней и глубоко вздохнул, — ты мучаешь меня, моя радость, сколько можно!

— Тадек, — Снежана широко улыбнулась, — не надо сейчас об этом, я же и сама не рада. Но ведь ты сам хотел схватить мерзкого Эрика, разве нет?

— Конечно, хочу, но когда мы… А что? Ты такая довольная… Что-то уже придумала, моя радость?

Девушка кивнула с гордым видом и, повернувшись к двери, поманила его за собой.

По знакомой уже лестнице, Хортич поднялся на второй этаж и вслед за Снежаной вошел в ее комнату.

Плотно прикрыв дверь, девушка снова ловко увернулась от его рук и прижала палец к губам.

Только когда русин под ее строгим взглядом спрятал руки за спину, прислонившись к стене, она осторожно приблизилась и прошептала ему на ухо:

— Он здесь!

Тадек быстро пересек комнату и откинул полог, закрывающий кровать. Это действительно был Эрик — абсолютно обнаженный, он лежал на кровати. В рот был засунут кляп, а руки крепко прикручены к столбикам деревянного изголовья. При виде воина, пленник Снежаны замычал, и попытался, наверное далеко не в первый раз, высвободить руки.