Враг
Шрифт:
«Стой спокойно. Будет лучше, если ты ненадолго задержишь дыхание и закроешь глаза. Все наше путешествие через лимбо займет какие-то доли секунды».
Тони вскрикнул:
— Нет! Нет!.. Я не желаю погибать в подпространстве. Святая Дева, помоги мнеоБожеРовена…
Цанг…
Тони почувствовал острейшую боль, знакомую всем, кому доводилось совершать межзвездные перелеты. Значит, они начали прокалывать суперпространственную границу. Его бросило в холод, он начал задыхаться — казалось, что каждая клеточка тела вот-вот взорвется. Внутреннее напряжение было нестерпимо.
Цанг…
Неожиданно он потерял равновесие и рухнул на четвереньки, невольно открыл глаза и в нескольких метрах от себя увидел чуть-чуть расфокусированные фигуры разинувших от удивления рты Алисы и Калипина. Все те же подернутые туманной дымкой холмы Фенноскандии… Невдалеке — пепелище, обглоданные кости, покрытые сажей валуны… Огромная груда одетого в броню оборудования очертилась сзади, и рядом человек в шлеме и бластером в руках.
Все вернулось в исходную точку.
Цанг!..
«БожеБожеБоженетне-е-е-етААА-А-А-АХ!.. ООО-О-О-О-ОХ!..»
Цанг!..
Земля дрожала, плыло изображение. Части человеческого тела (не его), невдалеке мухи, ползающие по окровавленной плоти. Он услышал недоступные слуху вопли Алисы и Калипина — они, словно к божеству, взывали к королю. И совсем рядом, почти возле уха — звероподобный рев. Кто-то орал по-французски:
— Quel putain de gachis note 29 , совсем с ума сошли?! Эффект «резинки»… На этот раз без внешнего груза…
Note29
что за шлюха там орудует (фр.)
Фигура в бронированном скафандре исчезла.
Тони, озираясь, выпрямился. Зубы у него стучали. Он все еще стоял на карачках, вжав голову в плечи, каждую секунду ожидая, когда же могучая рука снова схватит его и швырнет туда, где боль нестерпима. Бежали мгновения, но все оставалось по-прежнему. Робея, он поднялся на ноги — рядом в прежней позе, немые от изумления, стояли Алиса и Калипин. Сознания их уже не взывали, а вопили от ужаса и радости. Тони был с ними. Все произошло так быстро…
Женщина первая пришла в себя.
— Я уже решила, что тебе каюк, — с трудом выговорила она, обращаясь к Тони. Тот с удивлением обнаружил, что Алиса держит в руках бластер. — Если он посмеет вернуться, я изжарю это чудовище в его же собственном скафандре. Я связалась с королем, он уже выслал аэроплан на подмогу.
Тони опустил голову, чтобы скрыть краску стыда, залившую его лицо.
Снова оказавшись в лимбо, Марк собрал волю в кулак и еще раз мысленно запроектировал траекторию к точке выхода из подпространства — при этом он с тревогой ощущал, как его сносит из начальной точки d-перехода. Формула цепной линии всплыла в сознании, вот уже подставлены исходные данные, результат готов. «Никаких посторонних мыслей, даже примеси сомнения!.. Ошибки в вычислениях не должно быть. Итак… Есть конечная точка. Теперь концентрируем энергию для прорыва суперповерхностной границы… Почему нет притока энергии? Что с церебральным генератором? Ну-ка, сконцентрируем всю мощь!.. Моих сил не хватает!..»
«…О-о, опять в исходную точку… Эффект „резинки“… в который раз! I-поле, i-поле, i-поле?»
«Ответа нет. Притока энергии нет. Ресурс собственной энергии иссяк. Что случилось? Авария с церебральным… генера… Он разбит? Он не мог разрядиться за эти несколько дней».
«Еще одна попытка. Вот точка выхода. Суперповерхностная пленка даже не шелохнулась. Чем ее пробить? Нечем!»
«Я в ловушке? Навеки заключен в серой темнице?..»
Пеопео Бурке, используя весло как руль, изо всех сил пытался удержать каноэ у правого, высокого, скудно поросшего берега Сены. Левый берег был низок — за ним расстилались неоглядные сухие степи.
Вокруг светло как днем — полная, непривычно большая луна заливала окрестности пронзительным багровым светом. Поверхность реки подрагивала в этом сиянии — крутая излучина казалась залитой кровью. Бурке едва справлялся с течением, его неумолимо тянуло на стремнину — там время от времени рождались гигантские водовороты. Попадешь в такой — и неизвестно, куда внесет, а то еще в пучину затянет… Пора было подумать о ночевке, однако вид пустынного степного левого берега не внушал доверия. Ни зверька, ни стайки антилоп, только огромные крокодилы на илистых отмелях, зевая, раздвигали челюсти и со стуком чемоданных крышек смыкали их. Летучие мыши посвистывали в вышине. Надо выгребать к правому берегу.
Бурке изо всех сил уперся веслом в воду, с трудом развернул каноэ и принялся со всей возможной скоростью грести. Что подтолкнуло его бросить взгляд вперед, он не мог сказать. Просто поднял голову и метрах в двухстах, на самом стрежне, увидел ее…
Несомненно, это была «Кулликки» — огромная, с поднятыми парусами, с натянутыми цепями обоих брошенных в воду якорей.
Проклиная все на свете, он еще энергичнее принялся работать веслом. Скорее в сторону спасительного полумрака!.. Скорее укрыться под купами склонившихся к воде ив… Уже из укрытия он внимательно осмотрел знаменитый корабль.
Никаких следов метапсихического барьера, и на палубе пусто — ни часовых, ни вахты…
Бурке коснулся рукой золотого торквеса на шее и мысленно произнес:
«Эйкен, я нашел ее».
«…Спасибо, вождь. Я уже в пути».
Голос Патриции Кастелайн набрал невероятную силу.
— Они отрезали его от генератора! Он в ловушке!.. Помогите мне, Джеф, Корделия, — отдайте мне всю энергию. Им пока еще не удалось повредить генератор, они только перекрыли канал подвода энергии. Я смогу одолеть их, только наполните меня под завязку, черт вас возьми, — все, что у вас есть! «Марк, попытайся еще раз. Марк!»
Перегороженный баррикадой коридор, ведущий на корму — здесь была полная темнота, — внезапно осветился вспышкой метакинетической молнии, ударившей в завал. Тройной мысленный вопль прорезал эфир. Неожиданно во мраке аппаратной засветился экран дисплея, по нему побежали колонки цифр, помещение наполнилось гудением, и в деревянной клетке наметился едва заметный угольно-черный абрис человеческой фигуры. Он тускло светился. В тот же момент раздался голос, долетевший из коридора, — механический, невыразительный…