Чтение онлайн

— Крутая тут у вас туса, — проговорила Белинская и посмотрела на Попову. — Прямо карнавал! Надо было и нам…

— Что мы, дети, что ли? — авторитетно заявила Натка.

Скольких незабываемых моментов нас лишило желание казаться безвременно взрослыми! Я не удержался и проговорил:

— И в Германии, и в Бразилии, да много где еще каждый год устраивают карнавалы. Взрослые люди наряжаются и веселятся. И даже пожилые. Быть взрослым — не значит быть унылым.

Острая на язык Попова не знала, что ответить, и надулась.

Прибежал Карась, красный и запыхавшийся, повертел свой номерок.

— Это че за фигня?

К нему подошел Ден-Джокер и сказал заупокойным голосом:

— Хана тебе, Карась, посчитали тебя. Всех посчитали.

Оставив Карася в замешательстве, он мрачно захохотал, запрокинув голову.

— Клоун, блин, — пробурчал Карась.

— Не клоун, а Джокер, темнота, — поправила его Лихолетова. — Это злодей такой его вот, — она хлопнула по спине Чабанова-Бетмена, — кровный враг.

Я насчитал тридцать восемь человек — пришли почти все девятиклассники, плюс Илона Анатольевна, классная «вэшек», наша Еленочка, физрук, Ольга Юрьевна и Снегурочка, не знаю, кто ее будет играть. Итого сорок три человека. Одиннадцатиклассникам-организаторам я припрятал по пачке жвачек — хоть какая-то компенсация за труды.

Прибежали девушки-белочки и объявили:

— Мы за вами! Все — на наше грандиозное шоу!

Появилась Ольга Юрьевна, тонкая, верткая, как ласка, жестом пригласила следовать за собой, и толпа девятиклассников, разбившись на две группы, направилась в спортзал, где играла песня Abba «Нappy new year».

В центре спортзала мерцала наряженная сосна, вдоль стен тянулись самодельные гирлянды и цепи из цветной бумаги, были приклеены угловатые бумажные снежинки. Мне предстояло ответственное задание: вести фотохронику торжества. Это в будущем на фантастические телефоны можно сделать бесконечное количество кадров и выбрать удачный, а здесь надо будет ловить ракурс, искать удобный момент, кассеты-то дорогущие! Одна стоит восемь долларов, и там всего десять фотографий! Я купил три кассеты, потратил среднюю месячную зарплату.

Девятиклассники рассредоточились по спортзалу, музыка стихла, и началось представление, причем без Деда Мороза.

Под елкой метался маленький и круглый шестиклассник Ваня Онойко в костюме то ли гномика, то ли волшебника, сопел и хлюпал носом. Он довольно достоверно споткнулся и растянулся на полу под смешки зрителей. К нему подошла взволнованная Ольга Юрьевна.

— Ну и где они, горе-волшебник? Где ходит Дед Мороз?

В ее голосе было столько тревоги, что я поверил бы, если бы не видел физрука в костюме чуть раньше. Поднявшись, гномик театрально развел руками.

— Олени ушли на выпас, — прощебетала девочка-белочка.

— Сани без снега не едут, — предположила вторая.

Имело место классическое похищение Деда Мороза каким-нибудь злодеем, интрига была только в том, что это за злодей: Кощей, баба Яга или Горыныч. И тут раздался рокот мотора, визг тормозов, и под песню «Какая осень в лагерях» в спортзал влетела картонная черная «девятка». Точнее, ее внесли два одиннадцатиклассника в спортивных костюмах, кепках, с имитацией золотых цепей и четками — проскакали на ней, как на лошадке-палочке по залу.

Я рванул за ними и запечатлел сцену «Полароидом».

Перекрывая музыку, грянул смех. Выхватив картонный обрез, один «браток» ощерился, демонстрируя золотые зубы из фольги — отсоединив предыдущую фотографию, я и это увековечил, а «бандиты» ради такого замерли и оскалились. Прислонив «девятку» к стене, они начали наступать на гномика и Ольгу Юрьевну.

— Вы кто такие? — шагнула им навстречу учительница. — Тут детский праздник! Убирайтесь.

— Вы чё тут, а? Это наша поляна, — осклабился первый гопник. — Мы свое согласие не давали.

Заиграла песня «Money».

— Дед у нас в заложниках. Хотите деда? Гоните монету. Штуку! — Второй бандит протянул руку ладонью вверх и пошевелил пальцами.

— Баксов. — Второй бандит, обвел нас рукой с четками. — Вон их сколько, детишек, хе-хе. Пусть скидываются.

Он решительным шагом направился к Желтковой, ткнул в нее обрезом.

— Гля, тут прям принцесса. Денег давай!

Любка замотала головой, попятилась и припечаталась к стене спиной.

Пока бандит третировал Желткову, а потом — Звягина, Ольга Юрьевна и гномик отошли в сторону.

— Сделай что-нибудь, — проговорила она в микрофон.

— Но что я… — заблеял он.

— Наколдуй что-нибудь! — Она топнула. — Вызови кого-то на помощь!

— Я могу — кого-нибудь из другого времени! Например, богатыря! — Гномик достал из-за пояса две склянки. — Но нужен волос из бороды.

— Где я тебе возьму бороду? — уперла руки в боки Ольга Юрьевна.

Видя, как на них надвигаются гопники, гномик пробормотал в микрофон:

— Ладно. Просто волосы. — И выдернул клок из прически учительницы.

Она вскрикнула и ударила его по руке. Отбежав в сторону, гномик полил клок из склянок. Донеслось шипение, и в зал под хохот и песню «Сделать хотел грозу, а получил козу» вбежал Иван Грозный, прям как из фильма про Иван Васильевича, потряс скипетром:

— Демоны!

Гномик схватился за голову, закрыл лицо руками. Ольга Юрьевна сняла с него пояс с зельями, облила гопника с обрезом. Он заорал, начал корчиться, я и это сфотографировал! Предыдущие снимки я, даже не рассматривая, бросал на дно рюкзака.

— Что вы наделали! Это зелье пробуждения его истинной сути! — возопил гномик. — Оно дает силу!

— Молчи, двоечник! — прикрикнула учительница.

Гопника накрыли попоной, а когда убрали ее, он скинул спортивный костюм и остался в костюме собаки, с тявканьем пронесся по залу на четвереньках.

— Истинную суть не проявило, — вздохнул гномик, — но призвало символ года.

Гоп-собака села на четвереньки и два раза гавкнула.

Второй браток расплаты не испугался, стал наступать на Ольгу Юрьевну, наведя на нее обрез. Поливание зельями результата не дало.