Шрифт:
Саша Тумп
Возвращение
Издательство «ЛоТоС»
Оглавление
А колеса стучат...
Под стук колёс
Колеса стучали, словно кто-то методично и мелодично, выполняя свою незамысловатую работу, забивал неведомые гвоздики хитрыми двойными ударами.
«Тыдыт–тыдыт тыдыт–тыдыт тыдыт–тыдыт».
...Владимир сидел около окна, за которым, словно в обратную сторону, из-за спины, раскатывалась такая знакомая и такая незнакомая картина. Он летел вперед спиной – назад в своё прошлое. Или в своё будущее?
Что спиной вперёд – лицом к прошлому? Он это знал.
Вторые сутки дороги выхватывали, под удары молоточка, разные эпизоды из жизни, которые так и не складывались в единую картину. Всё напоминало мозаику, где между фрагментами остаётся незаполненное поле. Его издалека не видно, но вблизи можно разглядеть, что эти эпизоды, лишь островки в большой картине–жизни.
...После школы – СПТУ.
Как-то и не стоял вопрос, – «кем быть». С четырнадцати лет в поле. То подсобником, то на тракторе, то на комбайне. Надо было как-то все свои навыки и умения «узаконивать». «Механизатор широкого профиля». Это давало и «Права на управление ...» почти всего, что движется по земле, навыки, знания и определяло жизнь, по большому счету, на всё оставшееся время.
...– Володя. Нам ведь скоро выходить. Я тут подобрала из еды, что нам не понадобится, возьми. А тут я тебе отложила, дома откроешь. Тут и «черная» и «красная», папоротники, рыба. Нам хватит. Туда, ведь, сколько не привези – всем не хватит, а попробовать...? И, что есть – хватит. С едой ничего не придумывай. Картошки отварите и ... разберётесь, одним словом – разберетесь.
Нина положила руки на колени и прижалась к Сергею. Они ехали с Сахалина к родителям Нины. Их маленькая Иринка впервые увидит бабушку и дедушку. Сергей, улыбаясь, молча, смотрел на Владимира.
– Нина! Что вы. В такую даль уже довезли. Нет, я не возьму! Неудобно.
Владимиру, и вправду, было неудобно. Он посмотрел на Сергея.
Сергей, улыбаясь, прищурил левый глаз.
– Нин! А может проводы?
Сергей перевёл взгляд с Владимира на Нину.
– Какие проводы?
– Проводим Вовку. Мы уже дома почти, а ему ещё ехать и ехать. А..? Там ведь осталось – «ни туда – ни сюда», только руки занимать будет.
– Серёжка! С запахом приедешь, что люди скажут?
– Скажут, что друга провожал.
– Как хотите! Иринк, иди, садись сюда. Пусть папка сядет к дяде Володе.
...Они познакомились уже в поезде. Ни о чем особо не говорили. Володе они нравились своей неспешностью, какой-то основательностью дружеским отношением друг к другу.
А он им – тем, что как-то сразу незаметно влился в их небольшую семью. Иринка сразу решила, что будет «жить рядом с дядей Володей», на его стороне. Так и ехали.
... На перроне их уже ждали. Он без труда узнал бабушку Иришки. Только одна женщина стояла, в окружении других людей, чуть подавшись вперед, тревожно вглядываясь в окна и прижимая почти к подбородку руки. Она увидела Нину, подалась вперёд и как-то сразу преобразилась. Помолодела что ли?
Володя стоял, наблюдая встречу, думая о том, что «на чем же могло приехать сюда столько народу?» И Нина, и Серёга, и Иришка были окружены плотным кольцом людей сверху донизу. В ногах крутились какие-то ребятишки.
– Мама. Володю проводим и поедем.
Нина, Сергей и Иришка подошли к нему.
– Здравствуйте. С приездом вас всех.
Владимир с улыбкой приветствовал обращенные к нему лица.
Нина стала тормошить рукав рубашки Владимира.
– Вов! Володя! Ты если чё... Адрес знаешь... Мы здесь долго будем... Не стесняйся... Правда, Серёжа?
Серёга посмотрел на Нину, повернулся к Владимиру.
– Да! Да, Володя! Даже не задумывайся. Адрес знаешь... Да, Иришка?
Нина и Иринка закивали, подтверждая слова Серёги.
... Поезд тронулся. Сверху было хорошо видно и Нину, и Серёгу, и Иришку, и кольцо встретивших их. Все махали ему руками.
Володя стоял на площадке, подняв руку, пока и перрон, и все на нём, и станция не скрылись из вида.
– Володя, закроешь тут. Пойду я.
Проводница Наташа протиснулась мимо его.
...Володя пересел в купе на место Сергея. Теперь уже навстречу бежали деревья, столбы, километровые указатели.
...Учиться было легко. Практика была всегда дома, где его все знали. В городе в общежитии тоже проблем никаких не было. Был и пригляд – тётя Люся, мамина подруга.
...«Тыдыт–тыдыт.., тыдыт–тыдыт.., тыдыт–тыдыт».
...Там он впервые стал скучать по Вере. Вера была на два года младше его. Она жила внизу – у реки, но как-то так получилось, что с детства её основным другом и защитником стал он. Она и дружила, в основном, с ребятишками «сверху».
Между «верхними» и «нижними» особой вражды не было, но как-то так повелось, неизвестно с каких врёмен, что существовало негласное соперничество одних с другими. Не только среди ребятишек, но и среди взрослых.