Война в белом аду. Немецкие парашютисты на Восточном фронте 1941 - 1945 г

Критская кампания окончена. Немцы завладели этим большим островом на востоке Средиземноморья. Пережив ужасные бои, последовавшие за десантом 20 мая 1941 г., парашютисты размещаются в обжигаемых свинцовым солнцем населенных пунктах, а высшее командование люфтваффе подводит итоги операции.

Парашютисты и авиаторы потеряли убитыми, ранеными и пропавшими без вести 300 офицеров и около 4500 солдат. Половина задействованных машин, в том числе транспортных «Юнкерсов-52», не вернулась на свои базы. Впервые с начала войны победа немецкого оружия обошлась так дорого.

Несмотря на бодрые военные сводки и триумфальные статьи в газетах Третьего рейха, в командовании люфтваффе царит смущение, даже беспокойство.

— Мы никогда больше не сможем позволить себе такую дорогостоящую операцию, — реально оценивает обстановку министр авиации.

Впрочем, все внимание верховной ставки фюрера направлено на другой театр военных действий. Ранним туманным утром 22 июня 1941 г. германские войска переходят советскую границу.

В первые дни войны на Востоке единственная воздушно-десантная операция проводится не регулярными парашютными войсками, а частью специального назначения — ротой полка «Бранденбург». Эти специалисты по ведению тайной войны высаживаются возле Богданова.

Надо захватить мост на Двине. Два «Юнкерса-52» берут на борт взвод «бранденбуржцев». Чтобы увеличить эффект неожиданности, первый самолет опускается до высоты 60 метров. Русские, однако, замечают опасность и пускают в ход зенитный пулемет. Самолет подбит, пилот ранен. Радист тоже задет. Его оборудование выведено из строя. Парашютисты прыгают в пустоту еще до того, как «Юнкере» достигает района десантирования. Полтора десятка советских танков, находящихся у моста, вступают в бой.

Пилот второго самолета следует за первым немного позади, замечает трудности первого и делает широкий круг над участком высадки. При втором заходе он сбрасывает парашютный десант уже в нужную зону.

Еще в полете «бранденбуржцев» встречают плотным огнем пулеметов. Как только они приземляются и освобождаются от купола и строп, их атакуют русские пехотинцы, поддерживаемые танками.

Командир взвода обер-лейтенант Леке и четверо его людей убиты, шестнадцать человек ранены, но четырнадцать оставшихся в живых захватывают мост через Двину и удерживают его в течение суток до подхода авангарда немецких танков.

В то время как сотни тысяч немецких солдат, к которым вскоре присоединятся финские, венгерские и румынские союзники, участвуют в широкомасштабных летних сражениях на просторах Восточного фронта, стремительно продвигаясь к Ленинграду, Москве и Киеву, парашютистов, вернувшихся с Крита, с триумфом встречают в их гарнизонах. Но военная необходимость быстро берет верх, и в районе лагеря Вильдфлекен, в 30 километрах на восток от Фульды, разворачиваются маневры.

В конце сентября 1941 г. парашютные полки, ряды которых пополнились добровольцами и численность доведена до необходимых размеров, готовы вступить в бой. 7-я авиационная дивизия, как и штурмовой полк, готовится отправиться в Россию… или на другой театр военных действий, может быть в Африку. База немецких парашютистов похожа на растревоженный улей.

Наверху, то есть в главной ставке фюрера, было решено, что воздушно-десантные части будут распределены по разным фронтам и что парашютисты будут теперь действовать как элитная пехота. Они образуют ударные группы, которые подадут пример другим частям вермахта. Предусматривалось даже внедрять парашютистов небольшими подразделениями в ту или иную боевую группу, формируемую на месте по обстоятельствам, и использовать десантников в качестве инструкторов для пехотинцев.

— Китовые усы, на которых будет держаться корсет! — шутит один из начальников Министерства авиации.

Парашютисты будут сражаться на самых трудных участках Восточного фронта. И в группе армий «Север» при блокаде Ленинграда, и в группе армий «Центр» по дороге на Москву, и в группе армий «Юг» на Украине на реке Миус.

Первая зима 1941–1942 гг. станет для них настоящим прыжком в «белый ад» — так оставшиеся в живых назовут потом эту трагическую авантюру.

8 сентября 1941 г. взятием на юге Ладожского озера города Шлиссельбурга, который русские называют Петрокрепостью, немецкие войска завершают окружение Ленинграда. Теперь финны на севере и немцы на юге охватывают «святую святых коммунизма» стальными челюстями. Поставки продовольствия осажденным становятся невозможными, связь будет осуществляться только с наступлением зимы по льду озера.

Чтобы подойти к Шлиссельбургу, солдаты рейха с боями проложили себе путь в узком коридоре шириной в несколько десятков километров. В некоторых местах в осаде оказываются сами осаждающие. Они сражаются на два фронта: на западе — на берегах Невы, которая проходит через Ленинград перед впадением в Балтийское море, и на востоке — против советских войск, пытающихся освободить город от блокады, наступая со стороны волховских болот.

С приближением плохой погоды удерживать этот коридор на юге Ладоги будет стоить немцам немыслимых усилий. Их северный фронт, идущий от Петергофа (Петродворца) по Кронштадтскому заливу до Шлиссельбурга и далее по Ладожскому озеру, проходит севернее Красного Села. В северо-восточной части фронт тянется по берегам Невы, но русским удается удержать плацдармы на левом берегу, у Выборгской и Петрошино. Убрать эти неприятельские «анклавы» на основном рубеже фронта становится основной заботой командования вермахта в этом районе Невы.

Батальон парашютистов майора Штенцлера стал первым подразделением, участвующим осенью 1941 г. в этой операции. 36-летний Эдуард Штенцлер, родом из Дортмунда, был страстным любителем… верховой езды. В 18 лет он поступил в конный эскадрон рейхсвера, прослужил там десять лет, потом перешел в только что созданные военно-воздушные силы Третьего рейха. Как только появились парашютно-десантные войска, он попросил о переводе в этот элитный корпус, прошел стажировку по прыжкам в Штендале и был назначен командиром 2-го батальона штурмового полка. После Критской кампании он вернулся кавалером Железного креста и восседал на лошади во главе своих парашютистов, когда те возвращались в гарнизон в Кедлинбурге.