Восточный ветер
Шрифт:
— Вы хотите сказать… — от волнения Иван Сергеевич даже привстал.
— Да, именно это я и хочу сказать. Кроме вашей организации есть и другие организации. Которые следят за вами. И которые контролируют вашу деятельность. Ваши наблюдатели проявили себя не самым лучшим образом. Сначала они долго дежурили у отеля, где жил Фармацевт, привлекая к себе внимание. Их могли там запомнить. А потом и того хуже, прямо рядом с отелем они сбили его при свидетелях. Их арест в Испании был делом нескольких дней. Или часов. Можете себе представить, какой это был риск? Они были заведомо обречены. И поэтому их тоже убрали. Все логично, вы не находите?
— Но кто это сделал? — от волнения Большаков даже побагровел.
— Другая организация, — ответил Мистер С, — состоящая, как и ваша, из профессионалов. И работающая по своим внутренним правилам.
— Кто ими руководит? Кто входит в их состав?
— Слишком много вопросов, Иван Сергеевич. Вы прекрасно знаете, что я не люблю подробностей. И поэтому я вам ничего не могу сказать. Если ваша организация называется «Щит и меч», то они взяли себе другое претенциозное название — «Достоинство и честь». В общем, правильные и хорошие слова.
— Значит, это были их люди, — понял ошеломленный Большаков, — и по вашему разрешению они следят за нами?
— Мы были бы наивными дилетантами, если бы не знали, чем именно вы занимаетесь, генерал. И поэтому перестаньте сокрушаться по поводу случившегося в Испании. В конечном итоге все получилось как нельзя лучше. Американцы получили нужные им доказательства нашего алиби. Они теперь точно знают, что в стране действует другая организация, не имеющая к нам никакого отношения. И если они каким-то образом сумеют выяснить некоторые подробности про вас или выйти на вашу организацию, мы сразу вас сдадим. Разумеется, никто не будет выдавать вас или членов вашей организации американцам, это запрещено российской Конституцией. И слишком опасно. Мы не выдаем своих граждан. Но формально ликвидировать вашу организацию мы будем обязаны. Тогда ваши функции перейдут к другим людям, которые продолжат ваше дело. По-моему, я предельно ясно и четко изложил вам нашу позицию. У вас есть еще вопросы? И учтите, что я тороплюсь.
— Нет, — тихо ответил Большаков, — у меня больше нет никаких вопросов.
— Тогда до свидания, — его собеседник пожал ему руку и быстро вышел из комнаты.
Иван Сергеевич поднялся и подошел к окну. Задумчиво посмотрел во двор. Теперь нет никаких гарантий, что их разговор не слушали. И отныне он будет чувствовать за спиной своей организации присутствие других. Наверно, так и должно было быть, вдруг подумал он. Рано или поздно это должно было случиться.
Во дворе играли дети, слышались их веселые голоса. А он все стоял у окна и смотрел вниз, продолжая размышлять.