Чтение онлайн

Гилкренски открыл «Минерву».

– Думаешь, с Джил будет все в порядке?

С экрана смотрело лицо Марии.

– Да, если она вернется засветло. Обещали шторм, погода может испортиться.

– Надо было уговорить ее вернуться вместе, – вздохнул Гилкренски. – Но она на меня сильно разозлилась.

– Смотрите, это уже шоссе Порт-Эверглэйдс! – крикнул Стивенсон. – Осталось совсем немного.

Старый дом одиноко торчал на частном участке у проселочной дороги. Вокруг разместились заросший пруд, флагшток с развевавшимся звездно-полосатым флагом и широкие лужайки, убегавшие к реке. Среди зелени были там и сям разбросаны скамейки, а огромный деревянный знак с облупившейся краской гласил: «Дом для престарелых. О вас позаботятся».

– Кажется, карточка Кознера была зарегистрирована на какую-то видеокомпанию? – спросил Гилкренски.

– Да, но это точный адрес, доктор, – сказал пилот.

– Тогда при чем тут дом для престарелых?

– Здесь много таких заведений. Старики со всех Штатов съезжаются во Флориду, потому что им нравится здешний климат. Вид у этих мест непрезентабельный, но внутри они выглядят очень прилично, особенно пансионы и загородные клубы. Где будем садиться?

Пока Гилкренски обдумывал ответ, на дорожке у дома появилась пожилая пара. Старики подняли головы, разглядывая вертолет. Тео заметил любопытные лица в окнах особняка и удивленных людей, прогуливавшихся в соседнем садике.

– Подальше от дома.

«Джет-Рейнджер» сел, подняв клубы пыли, и заглушил двигатели. К ним бежала женщина в белом халате. Ее лицо было напряженным и суровым, а глаза сверлили вертолет так, словно хотели пронзить его насквозь. Гилкренски захлопнул крышку компьютера и вылез из кабины.

– Что вы тут делаете? – крикнула женщина, перекрывая шум затихающих турбин. Потом она заметила униформу Стивенсона, табличку на его груди и кобуру на поясе. – Вы что, копы? Из отдела страхования?

– Мы ищем одну видеозаписывающую фирму, мэм, – ответил Стивенсон. – Она зарегистрирована по этому адресу на человека по фамилии Кознер.

Женщина прикрыла ладонью рот. Она оглянулась на здание и улыбнулась.

– Мы не вмешиваемся в дела своих клиентов, – сказала она. – Владелец заведения живет в Нью-Йорке. А мне просто платят за мою работу.

– Понятно, – пробурчал Стивенсон и вытащил из кармана портмоне. Он отсчитал несколько банкнот. – Значит, Кознер здесь?

– Сейчас нет, – ответила женщина, взяв деньги. – Это его ненастоящая фамилия. На самом деле его зовут Клайн, Ронни Клайн. Для своего бизнеса он пользуется псевдонимом, а заодно и нашим адресом. Но я не имею к этому никакого отношения.

– У него тут офис?

– Мистер Клайн живет в отдельной комнате. Так же, как и остальные гости.

– Можно ее посмотреть?

Женщина заколебалась.

– А у вас есть ордер на обыск или что-нибудь в этом роде?

– Мы здесь неофициально, мэм, – ответил Стивенсон, достав еще пару купюр. – Пока, по крайней мере.

– О… ну ладно.

Сотрудница повела их через лужайку к дому. Десятки глаз следили за ними из окон и с прогулочных дорожек. Когда они подошли ближе, на окнах заколыхались занавески.

– Гости взволнованы, – объяснила женщина. – В последний раз, когда к нам прилетал вертолет, у мистера Валетты случился сердечный приступ.

Они прошли через парадный вход в приемную. На полу лежал вытертый ковер, вдоль стен стояли пустые кресла. Сотрудница провела их мимо стойки в коридор. Солнце пробивалось сквозь мутные стекла и стоявшую в воздухе пыль. Шаги гулко стучали по голым доскам.

– Вот она, – сказала женщина, открыв дверь висевшим на поясе ключом. – Здесь он держит свои вещи.

Гилкренски заглянул через ее плечо в комнату. Внутри было темно.

– Можно войти?

– Вообще-то я не… – начала сотрудница, но Стивенсон уже снова потянулся за бумажником. – Ладно, смотрите, мне не жалко.

Она шагнула внутрь и щелкнула выключателем.

Обстановка помещения напоминала монтажный зал. У дальней стены на штативе стояла профессиональная видеокамера, нацеленная на изношенный диван. Стол занимали компьютер, принтер и подставки для бумаг, набитые финансовой документацией. Рядом со столом на металлических стойках разместились две студийные системы видеомонтажа.

Остальную часть комнаты заполняли видеокассеты в красочных обложках. Они аккуратными стопками возвышались у стены, торчали из больших коробок и врассыпную покрывали пол. Гилкренски подобрал одну кассету и прочитал заголовок: «Крушение летающей тарелки в Розвелле, свидетельства очевидца». На обороте были напечатаны размытый снимок какой-то старушки и логотип фирмы-производителя. Тео бегло проглядел еще несколько кассет – «Шаттл „Атлантис“ и НЛО», «Кто убил Кеннеди?», «Зона 51: пришельцы в Америке».

– Взгляните на это, – сказал Стивенсон, протянув новую коробку.

Гилкренски прочитал название: «Проект „Радуга“. Филадельфийский эксперимент. Что рассказывают свидетели». На обороте снова красовалась фотография, на этот раз какого-то мужчины.

– Вы что-нибудь об этом знаете? – спросил Тео.

Сотрудница пожала плечами:

– Только то, что мистер Клайн делал фильмы и продавал их через Интернет. Законом это не запрещено.

– А кто эти люди?

Женщина взглянула на снимки.

– Это мистер Миллер, – сказала она. – А там – мисс Ковальски. Они живут в нашем пансионе.

– Значит, ваш «мистер Кознер» фабриковал поддельные интервью в этой комнате и продавал записи через Интернет?

– Я уже сказала, это не мое дело.

– Господи Иисусе!

На лице Гилкренски вдруг блеснула улыбка.

– Вот пройдоха! – воскликнул он, смеясь. – Он снимал на камеру своих соседей, давал объявления в Сети, притворяясь, что у него есть секретные данные обо всех этих событиях, и преспокойно продавал пленки. Очень умно! Попробуй докажи, что это вранье. А если и докажешь, где найти автора? Блестящая идея!