Вольному воля
Шрифт:
В общем, не знаю. Я думала-думала и никак не могла решить, что же мне делать со всем этим. А Елена и Сергей сидели молча и смотрели друг на друга. Лена смотрела на него отнюдь не осуждающим взглядом. И хотя она догадывалась, что Сергей мог совершить это преступление, все же до конца, наверное, не хотела верить, что на самом деле так и есть. А теперь, когда все прояснилось, она испытывала к Сергею чувство благодарности и любви. И это было очевидно.
Я открыла дверцу машины и вышла. Сергей позвал:
— Таня…
Я обернулась. Он ничего не спрашивал, но по его взгляду я поняла, какой вопрос его мучил. Я сказала:
— Уезжайте. Уезжайте из города, Сергей. Прямо сейчас.
И, перекинув ремешок сумки через плечо, я пошла по направлению к автобусной остановке. Мне ведь еще предстояло отчитываться перед Лялькой.
К ней я решила зайти сразу, как только вернулась домой. Точнее, я даже не стала входить в свою квартиру, а сразу позвонила в соседнюю. Дверь открылась сразу, как будто Ляля ждала моего прихода.
— Здравствуй.
— Здравствуй, Таня, — Лялька была тихой и слегка испуганной. — Проходи.
Она как будто поняла, что расследование закончено, и приготовилась выслушать меня. Я еще не знала, что скажу ей, но решила покончить с этим сразу, чтобы потом можно было спокойно отдохнуть.
— Ну, как? — робко спросила девушка. — Что-нибудь прояснилось?
— Да. Прояснилось. Все.
— Ты нашла убийцу?
— Нашла.
— И что?
Мне и самой было неприятно, что Ляле приходится чуть ли не клещами вытягивать из меня слова, но я так вымоталась за последние дни, что открывать рот и произносить какие-то слова мне было просто лень.
— Понимаешь, Ляля. Я знаю, кто убийца, но, к сожалению, его не удастся привлечь к ответственности. Он сейчас далеко. Очень далеко, — я надеялась, что так оно уже и было на самом деле.
— Как далеко? За границей? — не поняла она. — Так надо его найти и наказать.
— Нет, Ляля, не за границей. Еще дальше. Он уже на том свете… И свое уже получил.
— Как?! — Ляля была растеряна и ошарашена.
— Вот так. Понимаешь, когда я выяснила, кто он, я стала его преследовать. И когда он был уже почти у меня в руках, случилось… завязалась перестрелка. Он начал стрелять первым. Он бывший афганец, у него с головой не все в порядке. Естественно, я тоже стала отстреливаться. Я ведь не могла позволить, чтобы он убил еще и меня. Так получилось, что я убила его… Я не хотела этого, видит бог. Я хотела лишь ранить его, чтобы доставить в милицию. А получилось не так… Он умер не сразу, я успела вырвать у него признание в убийстве Михаила, — я вздохнула.
— Но ведь теперь надо идти в милицию и написать заявление… — неуверенно начала Ляля.
— Какая милиция, Ляля! Что ты говоришь? Ведь я убила его! Теперь я — убийца. Неужели ты считаешь, что я добровольно пойду в милицию и сдамся? Кто мне поверит? Они повесят на меня все глухари… Ведь фактических доказательств его вины у меня нет. Я ведь не вела протоколов допроса и всего прочего. Я одна слышала его признание в убийстве Королева. Так что лучше всего нам с тобой побыстрее забыть об этой истори…
— Но… Как же так?.. — Ляля никак не могла понять, что же ей теперь делать. — А как же Миша?
— Миша… Ну, что поделать? Постарайся смириться с потерей. Ты ведь еще такая молодая. Будут у тебя еще и поклонники, и большая любовь, и все остальное.
Ляля, не сказав ни слова и опустив голову, побрела в другую комнату. Мне больше нечего было делать здесь. Расследование закончено. Я тоже встала и пошла домой.
Надеюсь, Лялька не попрется в милицию с заявлением…
Придя домой, я сразу же разделась, набрала в ванну горячей воды, насыпала морской соли, взбила душистую пену и собралась погрузиться во все это благоухающее великолепие. Но зазвонил телефон. Это был мой мобильник. Первым желанием было не брать трубку. Если это снова какой-то клиент, я умру. Но дисциплинированность и обязательность взяли верх, и я взяла трубку.
— Привет, Танюшка! — услышала я бодрый и веселый голос Кири.
— Здравствуй, Киря.
— Чего голос такой кислый? Устала?
— Не то слово…
— А я хотел поблагодарить тебя за Мечника. Скоро прокурор подпишет санкцию на арест Сарафанова, и тогда возьмем всех, — Киря был возбужден.
Еще бы. Уже не первый раз моими скромными заслугами он получает повышение и награды.
— Молодец, Танька! — продолжал мой милицейский друг. — Я всегда говорил, что ты умница. С меня ужин в ресторане, сама понимаешь.
— Обязательно, Киря, с большим удовольствием.
— А как там у тебя продвигается расследование? Нашла убийцу? Ни за что не поверю, что не нашла. Ты ж у нас прямо мисс Марпл.
Я вздохнула. Ну как объяснишь этому развеселому подполковнику (теперь уж, наверное, в недалеком будущем полковнику), что к чему.
— Знаешь что, Володя?
— Что?
— Вот скоро устану я сильно от всей этой сыскной деятельности и уйду на пенсию. И начну писать мемуары. А потом издам их. Первый экземпляр с моим автографом будет твоим. Ты тогда тоже будешь на пенсии, вот и почитаешь. Там все-все будет написано…
— Ну, давай, жду книжечку, — весело ответил Киря. — Пока, Танюшка.
— Пока, — устало ответила я и отключила телефон.
Меня ждала ароматная горячая ванна.