Волчье сердце
Шрифт:
Все еще не замечая тех, кто следовал за ним, Вариан видел в рядах противника лишь временное препятствие. Когда к нему приблизился первый ужасный волк, он Шаламэйн пронзил ему глаз аж до самого мозга. Когда животное завалилось вперед, Вариан запрыгнул на его голову и разрезал орка-всадника практически напополам. Король Штормграда легко избавился от кровавого эльфа, который его схватил. Топоры и мечи разрезали его одежду и оставляли на теле кровавые раны, но серьезно ранить Вариана им не удавалось, они лишь немного его замедляли.
И хотя сам он этого не замечал и не ощущал, но те, кто следовал за ним, и те, кто сталкивался с ним лицом к лицу, видели вокруг него образ огромного волка. Никто не знал, кто первым выкрикнул имя. Но воргены предполагали, что это был кто-то из них, так как они первыми признали в короле Штормграда героя Древнего. Часовые же думали, что это была или Верховная жрица, или ее генерал. А дворфы и люди, которые прибыли вместе с остальными из Дарнаса, считали, что это кто-то из их соотечественников.
Но самое главное, что кто-то сначала крикнул «Вариан!», а затем «Голдринн!», и эти имена стали выкрикиваться снова и снова, превращаясь в новый боевой клич. Этот клич пронесся между воинами Орды и посеял в их сознании первые сомнения. Они уже давно должны были победить. А Альянс должен был пасть. То, что происходит сейчас, не соответствовало их великолепному плану.
И Гаррош Адский Крик понимал это, как никто лучше. Будущее, о котором он так мечтал и в котором Ясеневый лес находится под контролем Орды, теперь было практически недосягаемым. Его главное оружие — огромная сила магнатавров, не оправдало его ожиданий, поэтому план Гарроша с треском провалился.
Когда он размышлял об этом, еще один гигант был повержен. Воргены облепили упавшее чудовище, особенно в области его горла.
Один из кор’кронов подошел к Гаррошу:
— Вождь, вам здесь находиться опасно! Если вы погибнете…
— Погибну? — Гаррош оттолкнул дерзкого охранника в сторону. — Я не буду прятаться от битвы!
— Но Альянс…
Вождь так свирепо на него посмотрел, что закаленный в бою охранник вздрогнул. Несмотря на предостережение, Гаррош отправил подкрепление туда, где проклятые воргены ослабили его войска.
Вождь все никак не мог выкинуть из головы новый боевой клич Альянса. Гаррош не понимал, что именно выкрикивает враг, но видел, как этот клич придавал им сил в борьбе против его воинов:
— Что они кричат?
Ему ответил второй охранник:
— Они выкрикивают имя человеческого короля… а также кричат «Голдринн»… свой вариант имени великого Ло’гоша!
— Древний волк… — Гаррош осматривал сражающихся воинов. — Ло’гош… и Вариан Ринн…
И когда орк-лидер произнес человеческое имя еще раз, то заметил героя Альянса среди остальных врагов… а Вариан Ринн в свою очередь заметил его.
Молча, они направились навстречу друг другу. Личная охрана Гарроша хотела ему помешать, но он успел выскользнуть вместе с остальными бойцами до того, как его защитники смогли до него добраться.
Шаламэйн двигался так быстро, что превратился в размытое пятно, которое резало и убивало любого, кто появлялся на пути короля. Орки, таурены, эльфы крови и тролли были настолько храбрыми, насколько и глупыми. У них было бы больше шансов прославиться… и выжить… сражаясь с кем-то другим.
Но один воин отличался от всех остальных и, скорее всего, Вариан был его основной целью. Благодаря своей импульсивности ему практически удалось сделать то, что не удавалось многим другим. Однако рана на руке Вариана была неглубокой.
Брилн, на лезвии топора которого появилась человеческая кровь, уставился на Вариана.
— Мои магнатавры! — С горечью орал бывший моряк. — Моя слава и честь! Посмотри, что ты наделал!
Видя такую свирепость, Вариан начал отступать. Он заподозрил, что Брилн очень искусно владеет своим топором, а смерть Халдриссы лишь доказывала эту догадку. Некоторые его приемы даже для Гарроша стали бы открытием… но сейчас для обезумевшего орка это не имело никакого значения. С помощью магнатавров он должен был искупить свою вину за все те несчастья, которые им довелось пережить во время поездки, особенно за все потерянные жизни. А сейчас этот человек, этот жалкий человечишка лишил его такой возможности.
У Вариана не было времени на этого безумного орка. Он знал, что Гаррош уже близко, возможно, даже ближе, чем он предполагал. Однако Вариан не мог не сразиться с бывшим моряком.
Брилн снова замахнулся, открывая взору Вариана свое слабое место. Повязка на глазу означала лишь одно — орк не мог ничего видеть с ее стороны. И хотя Брилн также это понимал, но он ничего не мог с этим поделать.
Вариан позволил орку снова напасть, и когда Брилн повернулся к нему той стороной, где не было глаза, Вариан вонзил Шаламэйн в грудь своего противника.
Брилн выронил свое оружие, когда Вариан вытащил Шаламэйн. Орк рухнул на колени. Все еще смотря на Вариана, он прохрипел:
— Мои… магнатавры… мои…
Капитан упал на землю, а Вариан взмахнул Шаламэйном.
Он очень удивился, когда его меч натолкнулся на какой-то металл. Развернувшись, Вариан заблокировал второй удар. Оба раза раздавался нечеловеческий вопль.
— Я знал, что не смогу застать тебя врасплох, — с искренним восхищением произнес Гаррош, нависая над Варианом. — Ты был бы не ты, если бы я смог…
— Меня убить не так просто, — спокойно ответил Вариан.
Вождь усмехнулся… и повторил свою атаку.
Шаламэйн и Клиновопль снова встретились, затем еще раз и еще. Их владельцы сводили свое оружие так быстро, что, казалось, будто бы вокруг человека и орка сверкала молния.
Вариан споткнулся о труп. Гаррош рубанул топором вниз, желая разрезать его надвое. Но король откатился в сторону, поднялся и сделал выпад.
Теперь отступать был вынужден Гаррош. Он держал Клиновопль наготове, защищая свое горло, и благодаря большому радиусу действия топора смог выиграть у Вариана немного времени, чтобы вернуть себе равновесие.