Чтение онлайн

Когда Мойра кивнула, он поднял ее и свистнул Сару.

Дункан торопился унести Мойру из леса, пока волки не решили вернуться, и был рад видеть, что пес бежит впереди целый и невредимый.

– Теперь я могу идти, – объявила Мойра, когда они выбрались из ущелья и Дункан понес ее по заросшему травой склону холма.

– Я видел утес, с которого ты упала, и не позволю тебе идти, пока тщательно не осмотрю тебя.

Когда Дункан решил, что они отошли на безопасное расстояние, он расстегнул накидку, расстелил ее на земле, опустил на нее Мойру и стал рядом на одно колено, а Сар примостился возле нее с другой стороны.

Пес выиграл свою битву без единой царапины, Мойра же выглядела ужасно: из-за грязи Дункан с трудом мог разглядеть синяки у нее на лице, а из ее волос торчали ветки.

– Со мной все хорошо. У меня не больше пары царапин.

Дункан фыркнул.

– Что такого смешного ты нашел в этом? – обиделась Мойра.

– Просто в этот момент ты нисколько не похожа на принцессу.

– Я знаю, что вы, мальчишки, обычно так меня называли. – Наклонившись вперед, Мойра смотрела на него, а Дункан, подавив улыбку, ощупывал руками ее лодыжки.

– Ты что делаешь? – Она шлепнула его по рукам, когда он двинулся вверх по ее ногам.

– Проверяю, чтобы удостовериться, что у тебя ничего не сломано.

– Но это так и есть. – Желая проверить догадку, Мойра стала подниматься, но у нее перехватило дыхание: – Ах!

– Если больно, я понесу тебя, – предложил Дункан, помогая ей встать на ноги. – Нам лучше всего вернуться.

– Спасибо, что пришел мне на помощь, но я пойду в Данвеган.

Его терпение кончилось, и, не дав ей сделать ни шагу, Дункан схватил Мойру за локоть.

– Неужели у тебя вообще отсутствует разум? Нужно благодарить Бога, что ты еще не убила себя.

– Я просила тебя пойти со мной, и не моя вина, что ты отказался.

– Нельзя делать все, что захочется, как только что-то взбредет тебе в голову. Коннору меньше всего нужно, чтобы его самый близкий родственник оказался в руках его злейшего врага. Ты понимаешь, к чему это может привести?

– Понимаю. – В глазах у Мойры вспыхнул огонь. – Маклауды узнают то, что я уже знаю, – что Коннору наплевать, что происходит со мной.

– Что за глупости?

– С тех пор как он вернулся из Франции, Коннор ни разу за два года не соизволил навестить меня и своего единственного племянника.

– Неужели ты не можешь видеть ничего, кроме своих личных нужд, когда столь многое поставлено на карту? Ты не понимаешь, какая опасность грозит и Коннору, и всему клану?

– Тогда, вероятно, ты должен объяснить мне это вместо того, чтобы кричать на меня. – Она уперлась руками в бедра.

– Я не кричу на женщин.

– Кричишь.

Дункан вздохнул, потому что она была права. Мойра была единственной женщиной, которая могла вывести его из себя.

– На обратном пути к Маккриммонам я расскажу тебе все, что ты хочешь знать.

– А что с моим сыном?

– К сожалению, он у Маклаудов, но, как я уже сказал тебе, под защитой Аластера Маклауда ему ничто не угрожает. – Дункан взял ее за руки. – Увы, о тебе нельзя сказать то же самое. Как ты думаешь, что сделают с тобой Маклауды, когда узнают о смерти Шона? Скорее всего вернут тебя клану твоего мужа для наказания.

Дункан полагал, что сначала они используют против Коннора угрозу вернуть ее Маккуилланам, а потом, получив от него то, что им нужно, все равно отправят Мойру в клан ее мужа.

– Этим ты не поможешь сыну.

– Пожалуй, ты прав. – До сих пор Мойра не проронила ни слезинки, несмотря на падение и волков, но теперь на ее грязной щеке появилась мокрая полоска. – Я скучаю по нему.

– Мы обязательно вернем твоего сына, – сказал Дункан, пальцем подняв ей подбородок.

– Обещаешь?

Мойра серьезно смотрела на него, а Дункан некоторое время молчал. Он не бросал слов на ветер, но лишить ее надежды не мог:

– Обещаю.

– Коннор – единственная надежда нашего клана, – заговорил Дункан, когда, держа Мойру под локоть, повел ее по тропинке. – Наши враги это знают, и ты должна быть в курсе дела.

– Брату повезло, что ты всегда поддерживаешь его. – Мойре не удалось скрыть горечь в голосе.

– Он ценит мою преданность – и твою тоже.

– В детстве мы с Коннором никогда не были близки.

– Он держался на расстоянии, чтобы не вызывать недовольство отца. Одно слово жалобы от тебя – и Коннор был бы наказан, – объяснил Дункан.

Мойра всегда знала, как знают дети, что отец любил ее и ее брата Рагнелла больше, чем Коннора, но никогда не задумывалась над этим. Просто отец был таким. Ну что тут поделаешь?

– Он должен ненавидеть меня, – сказала Мойра.

– Коннор никогда не обижался за это на тебя. Ты была ни при чем.

Пока они шли, Дункан объяснил ей, в каком отчаянном положении находился их клан, когда они четверо вернулись из Франции. Хотя Мойра прежде кое-что слышала об этом, она тогда находилась далеко и была поглощена собственными неприятностями. И Дункан ответил на все заданные ею вопросы об опасностях, которые все еще угрожают их клану.

– У тебя только один ребенок?

Вопрос Дункана напугал ее и вернул прежнюю знакомую боль.

– У меня было еще две беременности, но я потеряла детей. – Она старалась говорить об этом спокойно. – Шон даже считал, что я сама в этом виновата.