Чтение онлайн

Кроме работы над костюмом, я занимался составлением «Начальной теории магии». Именно так я решил назвать свою первую книгу. Это была лютая смесь из моих личных идей, наблюдений и позаимствованных из разных источников знаний. Своей целью я поставил сделать максимально простой и понятный учебник для начинающих волшебников.

К счастью, у меня уже имелся некоторый опыт преподавания, поэтому я примерно понимал, что в первую очередь нужно начинающему магу. Правда, существовал один нюанс — книга эта писалась на русском языке. А все потому, что если на местном я еще худо-бедно читать умел, то вот писал очень медленно и очень плохо — с кучей ошибок и помарок. Даже хуже Ирвоны.

Вначале меня это сильно смущало. А потом подумал — да какого черта? Учебник все равно писать нужно. Причем, как можно быстрее. Так почему бы не сделать это на своем родном языке? Да, никто из местных не поймет. Но, как ни крути, преподавать вначале смогу только я. А там, глядишь, найдется тот, кто сумеет перевести мой опус.

Опять же, что мне мешает превратить русский в тайный язык магов? Обучить ему с десяток своих ближних и пусть себе на нем общаются. И секретность повыше будет, и безопасность, да и соответствовать надо, чего уж тут. Какое же магическое общество без своего тайного наречия? Это убережет мое будущее государство от разных неприятностей, связанных с промышленным шпионажем. Украдут, например, чертежи моих «Железных Людей», а они на тайном магическом написаны. И как их использовать?

Конечно оставался шанс утечки знаний и прямого предательства. Но, тут все зависит уже непосредственно от меня, и от того насколько хорошую команду я сумею сотворить. Да и кто мне мешает обмозговать какие-нибудь способы противодействия таким вот неприятным ситуациям? Уверен, что найдется какая-нибудь магическая возможность если и не сделать ближний круг полностью лояльным, то хотя бы немного обезопасить. Да и кто мне мешает действовать чисто современными земными методами, привязывая к себе людей не столько страхом, сколько выгодой?

Нашлось у меня время и на работу над другими вещами. Уже на второй день писанины и на третий работы над костюмом, я внезапно понял, что не могу долго сосредотачиваться на чем-то одном. Мне становилось скучно, мысли начинали путаться, количество идей уменьшалось, а внутри начинало вскипать раздражение. Вообще, после переноса в этот мир, я заметил, что стал намного более злым и раздражительным, быстрее впадал в ярость. Чем это было обусловлено я доподлинно не знал, но догадывался, что не обошлось без личности Талека. Видимо, этот юный фарс был не только скорбен умом, но и более жесток по своей сути, чем я. Вот и приходилось мириться с побочными эффектами его дурного характера, разгребая последствия вспышек ярости.

Ну да я не о том сейчас. Обнаружив, что монотонный труд меня раздражает, я решил чередовать занятия. И, как ни удивительно, но это помогло. Теперь между работой над «Железным Человеком» и написанием учебника я занимался… Ну, наверное, правильнее всего это было бы называть конструированием заклинаний. Или экспериментами над ними.

Короче, если простыми словами, то я просто брал разнообразные модули и пытался сварганить из них нечто новое. А сварганив, брал Ирвону в охапку, и сваливал вместе с нею подальше от чужих глаз на какой-нибудь укромный пустырь, на котором мы и опробовали мои разработки.

Врать не буду — чаще всего выходило или плохо, или очень плохо. Иногда не выходило вообще. А иногда — лучше бы не выходило, так как случался большой бададум и нам приходилось в срочном порядке за собою прибирать.

Но, были и успехи. Так, например, мне удалось создать и довести до ума конструкт, позволяющий лазать по вертикальным поверхностям. Каменным, или деревянным — не важно, главное, чтобы там было за что цепляться. Назвал я его просто и незатейливо «Кошка».

Конструктивно это было нечто, отдаленно напоминающее анкерный болт по своим свойствам. Каждый из них мог выдержать на себе мой вес. Только, я все равно подстраховался и для большей надежности продублировал эти самые «болты».

Что же касается непосредственно конструкта, то был он достаточно гибким в плане настройки и мог крепиться на любую часть конечности. Экспериментальным путем я выяснил, что удобнее всего привязывать его к запястьям. И к стопам, если нужна была дополнительная опора.

Принцип же действия был примитивный до невозможности: при помощи модифицированного заклинания огнешара, расположенного на концах конструкции, проплавлялись тончайшие отверстия, после чего туда входила ледяная спица. Стоило добавить немного энергии и «спица» расширялась, надежно фиксируясь в отверстии.

Из минусов — оставались следы. Пусть тонкие, пусть еле заметные, но все же следы. Аккуратные такие круглые отверстия по всей высоте стены. И, попадись они на глаза умному человеку, тот достаточно быстро сумеет сложить два и два. Так что, если и использовать конструкт по назначению, то очень аккуратно, стараясь вгонять «спицы» в уже существующие дефекты кладки.

Кроме «Кошки» была и еще одна действительно удачная разработка. Правда, полностью моей ее все же нельзя было назвать. Это была очередная модификация уже известного мне заклинания. На этот раз — исцеляющего.

Моих знаний все еще не хватало на то, чтобы полностью разобраться в его структуре. Слишком уж комплексным и запутанным оно было. Поэтому, мне пришлось знатно так попотеть, прежде чем я сумел выявить модуль, отвечающий за повышение скорости реакции и выносливости. И первый же эксперимент с ним чуть не закончился для меня фатально — я как-то не подумал, что кроме ускорения, за которым и гнался, во всю эту связку стоило бы добавить еще и укрепление мышц и костей. Вследствие чего я банально поломался.

С тех самых пор я вывел для себя табу — не экспериментировать с подобной магией на себе. А так как под рукой не было того, кого не жалко, то пришлось умерить свой пыл и отложить создание отдельного заклинания ускорения на потом, вместо этого сосредоточившись на модификации уже имеющегося лечебного. По итогу, немного изменив баланс энергии в нем, мне удалось добиться увеличения скорости бега и реакции процентов на пятьдесят от того, что было раньше. Можно было и больше, но я решил, что лучшее — враг хорошего, и на этом остановился.