Чтение онлайн

Зачем он рассказывает биографию Полякова? Не биография нужна, а работа. Хватит! Извольте со своим Поляковым немедленно явиться в облисполком!

Канунников тут же позвонил Полякову:

– Достукались, Михаил Григорьевич! Звонил Иванов, вызывает нас. Предупреждал тебя! Теперь не знаю, как отбрехиваться будем.

Когда Поляков явился в облисполком, все уже были в сборе.

Управляющий Стройтрестом Грифцов и управляющий Тракторсбытом Кудрявцев сидели за длинным столом, вполголоса переговариваясь. Канунников с видом человека, ожидающего несправедливого наказания, пристроился у стены, положив на колени блестящую коричневую папку.

Иванов сидел во главе стола. Поляков не был с ним знаком: Канунников не допускал своих подчиненных к вышестоящему начальству. У Иванова было длинное морщинистое лицо, лохматые седые брови нависли над глубоко сидящими глазами. Желтый чесучовый пиджак придавал ему несколько старомодный вид.

Кончив подписывать бумаги, Иванов неприязненно посмотрел на Полякова:

– Доложите, почему не выделены машины!

Поляков встал и коротко доложил:

– Позавчера по вине Тракторсбыта шесть машин прошли порожняком до Спасска сто шестьдесят километров. Из-за этого не был вывезен срочный груз потребительской кооперации. Что касается Стройтреста, то за ним задолженность сто восемнадцать тысяч рублей, а перевозки в долг запрещены.

– Вы получили приказ выделить машины Стройтресту?

– Да.

– Почему не выполнили?

– Этот приказ нарушает закон.

Некоторое время Иванов сидел молча, потом обратился к Кудрявцеву:

– Почему не загрузили машины?

– Все, что говорил здесь Поляков, – клевета! – объявил Кудрявцев. – Ни одного слова правды. Как это я не дал загрузить машины? Смешно! Что я их, за колеса держал? Но они сами не хотят. Им выгоднее ехать порожняком: вон сколько баб с мешками на дорогах! Непонятно: автобаза для клиентов или клиенты для автобазы? Поляков вытворяет, что его левая нога хочет. Этому пора положить конец.

Поляков протянул Иванову акт:

– Вот акт, подписанный не только шоферами и представителем кооперации, но и агентом Тракторсбыта.

Кудрявцев обрушил кулаки на стол:

– Этот агент такой же жулик, как и ваши шоферы! На пару работают. Его подписи грош цена.

Иванов постучал по столу карандашом, и Кудрявцев затих

Слово получил Грифцов.

– Да, действительно задолженность автобазе сто восемнадцать тысяч рублей. Однако Стройтрест принимает меры к ее погашению, семьдесят тысяч уже переведено. – Он вынул из портфеля и положил перед Ивановым копию поручения. – Остальные будут переведены в ближайшие дни. Об этом достигнута полная договоренность с Ильей Порфирьевичем. – Он обернулся к Канунникову, тот утвердительно кивнул. – Я вполне понимаю товарища Полякова как хозяйственника, но должен заметить, что юридически…

– Минутку, – перебил его Иванов, рассматривая копию поручения. – Вы что ж, – он обратился к Полякову, – не знали, что вам переведено семьдесят тысяч?

– Не знал. По-видимому, деньги переведены только сегодня.

– Сегодня шестое. Здесь написано: пятое.

– Поручение выписано вчера, – пояснил Грифцов, – но деньги переведены только сегодня.

– Странно, – заметил Поляков, – вчера, товарищ Грифцов, вы мне сказали, что раньше десятого денег не будет.

Грифцов покраснел и посмотрел на Канунникова. Тот сидел, прикрыв глаза.

– Ну и что же, – сказал Иванов, – Грифцов думал рассчитаться десятого, а сумел раньше. Сумел, о чем и сообщил Канунникову. Канунников дал вам распоряжение. Вы его не выполнили. Деньги у вас на счету, а машин нет.

Поглядывая на Канунникова, Грифцов, волнуясь, сказал:

– О переводе денег договоренность с банком достигнута только поздно ночью. Товарищ Поляков действительно не мог предполагать, что деньги к нему поступят сегодня.

– Его дело – не предполагать, а выполнять, – недовольно сказал Иванов. – А зачем вы поручение выписываете, если не знаете, сумеете ли перевести деньги?

Грифцов молчал.

– Как же это получается? – продолжал Иванов. – Полякову вы заявляете, что денег нет, с банком еще не договорились, а поручение, оказывается, уже выписано.

– Поручение было выписано ночью по просьбе Ильи Порфирьевнча, – сказал Грифцов.

Иванов повернулся к Канунникову:

– А вам зачем это потребовалось?

Канунников, не проронивший еще ни слова, посмотрел на него невинно-простодушным взглядом.

– Я считал, что если они заранее выпишут поручение, то наверняка переведут деньги. – И, не давая никому опомниться, продолжал: – А в отношении товарища Кудрявцева нужно прямо сказать: не дает он загружать машины, не дает. Чуть что – применяет санкции. Например, просим запчастей к «Победе» – он не дает, хотя знает, что мы ремонтируем машины облисполкома. – Канунников искоса посмотрел на Иванова. – Вот вашу, например, машину, Андрей Васильевич, мы почему в ремонте задержали? Не давал Кудрявцев запчастей, а ведь знал, что машины облисполкома.

Разговор снова завертелся вокруг Тракторсбыта, как того и хотел Канунников. Зазвонил телефон. Иванов долго разговаривал с районом, потом встал и сказал:

– Ответственные люди, а не можете договориться. Кудрявцев не дает загружать порожние машины, гоняет их вхолостую. Он выигрывает на этом минуты, а государство теряет тысячи. Разве это не преступление, товарищ Кудрявцев?

Кудрявцев пробормотал в ответ что-то невнятное.

Иванов продолжал:

– Грифцов тоже хорош, поддается на какие-то странные, больше того – подозрительные манипуляции с выпиской поручения. Зачем это надо? Кого вы собирались обмануть, товарищ Канунников? Это не к лицу вам обоим.

Канунников встал, прижал руки к груди.

– Я же вам докладывал, Андрей Васильевич. Никакого обмана здесь нет.

– Хорошо, хорошо, – перебил его Иванов, – тем лучше, что без обмана, а еще бы лучше без заднего числа.

Он повернулся к Полякову:

– Никто не оспаривает ваших директорских прав, но хозяйство-то у нас плановое. «Не дам машин» – это проще всего. Но этим вы дезорганизуете работу других предприятий. Куда это годится?

Поляков пожал плечами: мол, делать так не годится, но делать по-другому у меня нет возможности.

Иванов пристально посмотрел на него, потом обратился к Грифцову:

– Вы когда погасите задолженность?

– К десятому.

– Посмотрим. – Иванов перелистал настольный календарь. – Двенадцатого мая, товарищ Поляков, доложите мне о расчетах с Грифцовым.

Максимов притормозил автобус, оглянулся, но Валя уже спрыгнула с подножки и побежала сдавать выручку. В тускло освещенной двери конторы мелькнула ее тонкая фигура в черной кондукторской куртке, с сумкой на боку. Максимов включил скорость и повел машину в гараж. Полагается промыть автобус. Да ведь пока провозишься – Валя уйдет. Одну ночь и немытый постоит.