Чтение онлайн

– Это верно, – согласился председатель, – можно так напороться, что не обрадуешься.

– То-то и оно. Надо знать, с кем дело имеешь. – Вертилин многозначительно посмотрел на Масленникова.

Масленников встал, потянулся:

– Вы народ стреляный, вас на мякине не проведешь! Вон сколько машин у тебя работает, управляешься!

– Какие там машины – пара полуторок с третьей автобазы.

Масленников опять подмигнул ему:

– Эти официально, да «левых» еще десяток, а может, и два.

Вертилин махнул рукой: какие там «левые»!

– Ну-ну, – председатель засмеялся, – мы тут все знаем. Касиловские машины тебе возят, заводские тоже. Наш брат колхозник все примечает!

Вертилин вздохнул:

– Возить надо, стройка.

Он поморщился. Нехорошо, все знают! И какое им дело?!

– Слушай, Иван Карпыч, – решительно сказал он, – может, заверишь мне расписку?

– Как же я могу заверить? – Масленников широко открыл глаза. – На перевозку счет должен быть, разве расписка – это документ?

– Можно оформить счетом.

– Ну, – протянул Масленников, – это липовый счет получается!

– Что делать? Раз такой случай вышел, выручай! Я в долгу не останусь.

– Так-то оно так, – задумчиво проговорил председатель и снова сел, – да ведь возчики не мои, чужие.

– Были бы они твои, у нас бы разговора не было. Ты не думай: проверять никто не будет.

– Хорошо, – сказал Масленников, – допустим, я тебе этот счет сделаю, а завтра ты за другим придешь. Раз на «левых» возишь, значит, оформлять надо.

– И что же? – Вертилин беззаботно тряхнул головой. – Еще разок заверишь, ведь я в долгу не останусь, – снова внушительно добавил он.

– Да, – сказал Масленников, – коготок увяз – всей птичке пропасть. Нет, не дам я тебе счета, никогда не шел на это и сейчас не пойду!

– Иван Карпыч! – Вертилин развел руками. – Без ножа режешь!

– Ничего не поделаешь, не могу. Ты уж лучше этих возчиков поищи.

– Где же я их найду? – с досадой произнес Вертилин. «Вот еще, простачком прикидывается!»

– Найдешь! – уверенно сказал Масленников. – Издалека они быть не могут, значит, ближние. Тут все колхозы наперечет. Из себя-то они какие?

– Какие! Возчики как возчики, лошади как лошади!

– Я бы, конечно, определил, – сказал Масленников, – а ты человек городской, для тебя все кони на одну масть.

Они снова замолчали. За окном шумел ветер. В комнате неожиданно потемнело.

Масленников через окно посмотрел на черные тучи, свисавшие с неба:

– Ишь нахлобучило! К дождю.

Он встал, набросил на плечи китель с красным стершимся кантом на вороте и рукавах, с темными следами орденов на груди.

– Так как же, Иван Карпыч, выручишь меня?

– Ничего не могу сделать.

– У меня, по совести говоря, несколько таких расписок, – как бы не слыша его, сказал Вертилин, – поможешь мне оформить – с меня магарыч.

– Я не пьющий.

– Серьезно, Иван Карпыч, ведь мы с тобой не маленькие. Вожу на «левых» – это правда, плачу наличными, а оформлять надо. Не для себя вожу, для стройки, деньги в карман не кладу, все для государства. Ты сам руководитель, знаешь: на одном законе не проживешь. Вот я и прошу тебя: помоги мне оформить.

– Почему же я должен оформлять? – возразил Масленников. – Если твое начальство знает об этой операции, пусть и оформляет. С какой радости я на себя да на свой колхоз буду брать ответственность за такие делишки? В чужом пиру похмелье? Нет, нам этого не надо! А потом еще один пунктик есть.

– Какой пунктик?

– Возишь ты на машинах, а оформлять хочешь гужом. Куда же разница в тарифе денется?

На минуту Вертилин смешался. Этот невзрачный мужичок попал в самую точку. Черт возьми, тысячи глаз, и все смотрят! Но он быстро овладел собой:

– Разницу – на магарыч!

– Вот оно что! – нахмурившись, протянул Масленников и снова поднялся. – Нет уж, ты в эти дела меня не впутывай.

Вертилин тоже поднялся, равнодушно сказал:

– Как хочешь, я ведь так, по-дружески попросил.

– Это конечно, спрос – не вина.

Зазвонил телефон.

– Да! – закричал Масленников, одной рукой прижимая трубку к уху, другую держа у рта. – Алло! Масленников слушает! Что? А, Михаил Григорьевич, привет! Кому? А… – Он мельком, отчужденным взглядом посмотрел на Вертилина. – Да. Возим, возим. А что? Да как тебе сказать… Ты вот что, – продолжал он голосом, показавшимся Вертилину подозрительным, – ты вот чего… Я тебе позвоню попозже, да-да, слышно плохо. Через полчасика позвоню. Обязательно жди.

Он положил трубку и, не глядя на Вертилина, с деланным безразличием в голосе сказал:

– Такие вот дела.

– Ладно, с этим кончено, – сказал Вертилин, пытливо всматриваясь в Масленникова, потом деловито спросил: – Сколько завтра мне подвод выделишь?

– Завтра? – Масленников задумался. – Не знаю, как с кольями будет, колья надо возить.

– Совсем подвод не выделишь?

– Такое дело, – тянул Масленников, – колья обязательно вывезти надо.

– Как хочешь, – сказал Вертилин, – охотников возить много.

– Я не отказываюсь, только не знаю, как завтра, в общем, постараюсь прислать. – Он вдруг лукаво подмигнул Вертилину: – Не беспокойся, товарищ начальник, все будет в самом лучшем виде.

Он проводил Вертилина до машины и так же, со своими шуточками и прибауточками, попрощался с ним. Но на сердце у Вертилина было невесело. Конечно, разговор был без свидетелей, но как же быть со счетами? И потом, с кем разговаривал Масленников по телефону? Как ни нелепо было такое предположение, но ему казалось, что разговор шел о нем и именно поэтому Масленников не хотел продолжать разговор в его присутствии.