Чтение онлайн

Фомор поежился — он замерз и проголодался. Может быть, после поимки человеческих детей он действительно сожжет деревню и разрешит своим воинам поджарить нескольких людишек. Кичаль вспомнил оскорбившую его женщину и засмеялся, его зубы так и сверкнули. Потом поднял голову, чтобы определить, сколько осталось до темноты, — в Северных Землях ночь опускалась быстро. На небе уже засветились первые звезды. Интересно, где сейчас беглецы?

Женщин согнали в Избу Совета — длинное узкое строение, стоявшее в центре деревни.

Аня, та самая, что не испугалась Кичаля, уставилась на трещину в стене. Уже наступила ночь, и звезды играли на небе причудливыми узорами. Она ясно видела меняющиеся краски северного сияния. Внезапно ей почудилось какое-то движение на улице, и отверстие заслонила чья-то фигура. Аня хотела закричать, но снаружи донесся голос:

— Ш-ш-ш. Мы можем вам помочь.

— Кто вы такие? — прошептала Аня, вглядываясь в темноту.

— Мы те, кого ищут фоморы. Сколько их здесь?

— Шесть, считая вожака. Они прилетели на трех натайрах.

Пэдур удовлетворенно кивнул. Он и сам насчитал шестерых фоморов, включая одноглазого, но, задавая этот вопрос, хотел еще раз удостовериться.

Ребята вместе с оборотнем обошли деревню с северной стороны. Пэдур внимательно огляделся и заметил с южной стороны деревни фомора, ожидающего явно их. Тогда Пэдур и вся его компания скользнула в ров, и Рагаллач, прежде чем превратиться в поросенка, переправил детей через частокол. На этот раз превращение Рагаллача прошло очень быстро, и уже через несколько секунд ребята увидели розового поросенка. Хорошо, что их стало четверо. Так легче передвигаться по деревне с поросенком на руках. И они направились прямо к Избе Совета, потому что Пэдур сразу понял, что фоморы уже расправились с жителями деревни, и, судя по строению, поместить их могли лишь там. Под стеной Избы Совета оказалась неглубокая яма, в которой смогли поместиться все пятеро. Элли была рада, что не видит, куда пришлось улечься. Рагаллач опустился рядом с ней и положил ей на плечо свою голову.

Пленниц охранял лишь один фомор, остальные внимательно следили за южной дорогой. Натайры, накрытые тяжелыми кожаными капюшонами, были привязаны к кольям посреди деревни и, кажется, спали.

Пэдур некоторое время смотрел в щель, потом заметил Аню.

— Тут есть какой-нибудь другой проход? — спросил он.

— Только дверь, — ответила Аня.

Бард кивнул, потом сообразил, что женщина его не видит, и сказал:

— Посмотрю, можно ли пробраться через крышу.

Он быстро вскарабкался по стене, вонзая свой крюк в бревна. Изба состояла из деревянного каркаса, обложенного дерном. Крюк легко входил и в то и в другое. Пэдур слышал, как куски дерна отваливаются и падают на пол избы.

Когда высокая тощая фигура со сверкающим крюком спрыгнула на пол прямо посреди избы, там на мгновение повисла тишина. Женщины ожидали увидеть воина, а не мальчишку. Пэдур тоже был немало удивлен, увидев одних лишь женщин. Он подошел к стене и, прижав палец к губам, стал своим крюком вытаскивать одну за другой половицы, пока не образовалась приличная дыра. Столпившиеся вокруг него женщины с удивлением увидели, как он втащил через дыру мохнатого поросенка. Потом пролезли рыжая девочка и такой же мальчик, явно ее брат. Вслед за ними показался светловолосый мальчишка.

Аня шагнула к ним и спросила, не в силах скрыть изумления:

— Так это за вами охотятся фоморы?

— Точнее, за ним, — указал Пэдур на Фаолана. — А мы случайно оказались рядом.

Оглядевшись по сторонам, он увидел, что в избе находится около шестидесяти женщин и детей. Все они носили длинные мешковатые меховые одежды с капюшонами, украшенные различными не повторяющимися узорами. Такая одежда типична для северных племен. Звериные шкуры защищали их и от дождя, и от холода. Бард знал, что все мужчины — от мала до велика — каждый год уходят охотиться на крупных хищников, тем самым обеспечивая себя и своих женщин едой и одеждой на все Холодные Месяцы. Значит, мужчины еще не вернулись.

— Как же вы сумеете одолеть фоморов? — спросила Аня, пристально глядя на Пэдура.

Женщины перешептывались и качали головами.

Бард задорно улыбнулся, пожал плечами и сказал:

— Не знаю. Как-нибудь…

— Фоморы грозились поджечь наши дома, — негромко произнесла Аня. — Если это случится, нам всем лучше умереть прямо сейчас.

— Почему? — прошептал Кен.

— Потому, что у нас не будет где перезимовать в Холодные Месяцы, и мы все равно умрем. Здешние ветры пронизывают насквозь, замораживают кровь и превращают глаза в твердый лед. — Помолчав немного, женщина добавила: — И это вы навели на нас чудовищ.

Пэдур поднял руку, призывая ее замолчать.

— Без тебя знаю. Мы этого не хотели. А теперь дайте нам подумать…

— Они неуязвимы, — тихо сказал Фаолан.

— Неуязвимых не бывает, — покачал головой бард. — Это просто змеи-переростки. И с ними можно справиться.

Кен обернулся к барду и спросил:

— Так эти фоморы — змеелюди?

Пэдур кивнул.

— Да. Их бога зовут Кетац, Пернатый Змей.

— В наши времена змееподобные существа — рептилии впадают в зимнюю спячку, — сказал Кен и, видя недоуменное лицо барда, пояснил: — Ну они спят и становятся очень холодными.

— Никогда об этом не слышал, — пробормотал Пэдур. — Как не слышал и о том, чтобы фоморы когда-нибудь забирались в Северные Земли.

— Вряд ли это нам поможет, — негромко, стуча зубами, произнесла Элли, зябко поежилась и обхватила себя руками.

— Поможет-поможет, — оживился Кен. — Разве не ясно? Ведь они не забираются на север потому, что холод заставляет их спать.

— Не уверен, — покачал головой Пэдур.

— Уж поверь мне, — попросил Кен и повернулся к Фаолану. — Ты можешь вызвать ледяной ветер?

Фаолан потрогал книгу и покачал головой.

— Искусство управлять ветром передается в нашем роду только от отца к сыну, только от матери к дочери и так — из поколения в поколение. А я маленький, меня еще не учили. Я попробовал выучить первые страницы книги, но толком не понимаю их. — Он снова покачал головой. — Нет, я ничем не смогу помочь.

— Мы можем внезапно напасть на этих тварей, — предложила молодая светловолосая девушка.

Аня посмотрела на нее с сомнением.

Фаолан, потянув барда за рукав, отвел его в сторону и достал свою книгу.