Чтение онлайн

В подвале они увидели четырнадцатилетнюю служанку, лепившую свечи из животного жира. Пао настоял на том, что сам задушит ее. В конце концов, ведь он был Черным Генералом, карающим женщин за их грехи. Перед уходом из дома Пао вернулся в комнату Ду с тесаком и отрубил ему руки. Затем ножом вырезал на грузи Ду название Триады. Вор заслуживает того, чтобы лишить его рук. И мир должен знать, что Триада никогда не бывает слабой и ленивой.

Уезжая из деревни на джипе, Пао, Сон Суй и остальные члены Триады ели еду, приготовленную женой Ду. Потом Пао и Сон Суй начали петь песни из своих любимых китайских опер. Кончилось, как обычно, тем, что все заслушались Пао, обладавшего удивительно красивым голосом и певшего с большим чувством.

Чунцин, Китай. Август 1944

Из джипа, припаркованного возле больницы, Линь Пао и Сон Суй видели всю ссору. Наступали сумерки, и спокойная беседа между двумя американцами, мужчиной и женщиной, постепенно переходила в скандал.

Мужчину, капитана американской армии, звали Нельсон Берлин. Женщина была его сестрой. Ее звали Роуда. Она была миссионеркой лютеранской церкви и медсестрой. Он пытался уговорить ее не выходить замуж. Оттуда, где сидел Пао, было видно, что у капитана Берлина мало что выходит. Сестра была полна решимости заполучить мужа. Ее братец зря терял время.

Капитану Берлину было чуть больше двадцати. Это был невысокий, коренастый мужчина с большой головой, большими ушами и низким голосом. На нем была новая желто-зеленая рабочая форма американской армии, стальная каска и тяжелые кожаные ботинки. Он стоял, расставив ноги, и махал в воздухе вытянутым указательным пальцем, чтобы придать своим словам убедительность. На его брезентовом поясе висела фляга, две небольшие патронные сумки и коричневая кобура, в которой лежал револьвер с перламутровой рукояткой. Он говорил громко и явно выходил из себя. Линь Пао и Сон Сую он не понравился – они сочли, что этот сукин сын слишком любит распоряжаться и кричать.

Роуда Берлин была на год младше брата. У нее были каштановые волосы, карие глаза и родинка в уголке большого рта. На ней был помятый и испачканный кровью халат, и казалось, ее совсем не интересовало, что говорит ее брат. Вид у нее был усталый. Когда Нельсон Берлин хотел дотронуться до нее, она его оттолкнула. Сестра презирает брата, подумал Линь Пао. Интересное дело.

Пао докурил сигарету, раздавил ее о стенку машины и закурил новую. Капитан Берлин и еще примерно дюжина американцев, что приехали с ним, были ужасными глупцами. Прожили в Чунцине две недели и ничему не научились. По-прежнему думают, что можно сделать невозможное, что океан можно вычерпать решетом.

Американская миссия в Чунцине была обречена. Янки, может быть, и не знали об этом, зато Линь Пао знал. Они приехали сюда, чтобы уговорить генерала Чана пойти на сотрудничество с коммунистами, чтобы нанести поражение японцам. Еще одна нереальная мечта. Чан был поглощен уничтожением красных, чья растущая популярность угрожала его власти. Коммунисты, говорил он, это опасная болезнь. Японцы – лишь чепуха, царапина на коже.

Расположенные на северо-западе и юге войска коммунистов составляли самую мощную боевую силу Китая, но Чан препятствовал получению ими оружия и снаряжения. Американская помощь проходила через него, и коммунистам ничего не доставалось. Маленький генерал смотрел вперед. После поражения Японии неизбежна всеобщая гражданская война. Чан пользовался возможностью ослабить своего главного противника.

Хотя красным не хватало оружия и медикаментов, армия их обладала высоким боевым духом, исключительной дисциплиной и пользовалась поддержкой миллионов китайцев. Напротив, правительство Чана было коррумпированным, неумелым и непопулярным. Мужчин в его армию забирали насильно и в дороге связывали, чтобы они не разбежались прежде, чем доедут до пункта назначения. Начиная с 1938 года, армия Чана не представляла серьезной угрозы для японцев.

Некоторые американцы считали, что хорошо снаряженная армия коммунистов сумеет добить японцев. Дать им, что они хотят, – и они быстренько завершат войну. Американская миссия, в которую входил Берлин, хотела вооружить красных, но она не могла сделать этого без того, чтобы не оскорбить Чана. Когда речь шла о коммунистах, маленький генерал становился чрезвычайно обидчивым.

Расположенный на крутых холмах Чунцин стал во время войны столицей Гоминьдана. В результате притока беженцев его население увеличилось до двух миллионов человек. В начале войны японские летчики подвергали город жесткой бомбардировке, нанося бомбовые удары по ночам, когда река Янцзы превращалась в длинный серебристый палец, указывающий на город. В конце концов бомбардировки прекратились, но остались разрушенные взрывами дома, постройки и дороги, которые нужно было восстанавливать.

Основанный миссионерами чунцинский госпиталь работал круглые сутки, в нем лечили беженцев и раненых бойцов сопротивления. Линь Пао и Сон Суй снабжали госпиталь необходимым для раненых морфием, заламывая за него непомерную цену. Прибыль, независимо от источника, всегда сладка.

Последняя перевозка морфия в Чунцин закончилась для Пао и Сон Суя длительной остановкой в этом городе. Триада приказала им остаться в этом городе и войти в подчинение Гоминьдану до дальнейших распоряжений. Линь Пао нашел Чунцин невыносимо жарким и вонючим. Сильные и продолжительные дожди тоже действовали ему на нервы.

Пао и Сон Суй говорили на английском и были знакомы с Роудой Берлин. Благодаря этому знакомству они были назначены к Нельсону Берлину в качестве переводчиков, шоферов и проводников. Люди Чана велели им также шпионить за Берлином и его сестрой и все сведения передавать секретной полиции Чана.

Роуда Берлин откровенно критиковала Чана, который, как она считала, был не многим лучше вора или убийцы. Она была невысокого мнения о нем как о боевом командире: в каждом бою он повторял те же ошибки и использовал людей как пушечное мясо. Как политик Чан не мог устоять против того, чтобы набить карманы американской помощью. Америка должна очнуться, говорила она, и перестать верить бредням, которые несет пропагандистская машина Чана.

Секретная полиция желала знать, пыталась ли Роуда Берлин заставить брата принять ее точку зрения.

Сидя в джипе, Линь Пао и Сон Суй сделали свои выводы относительно брата и сестры. Он охвачен собственническим инстинктом, сказал Пао. Очень, очень обеспокоен, добавил Сон Суй. Капитан ведет себя, как ревнивый любовник, заметил Пао. Сон Суй согласился, прибавив, что с ним следует быть осторожным, поскольку ревность часто убивает.

На инструктаже Пао узнал от агентов секретной полиции Чана кое-какие сведения о капитане Берлине. У него была очень удобная работа в государственном департаменте в Вашингтоне – без пуль, бомб и вони гниющих трупов, и все-таки он попросил назначить его в это представительство. Секретная полиция, как всегда хорошо информированная, знала, что главная цель его приезда в Китай – отнюдь не желание ускорить завершение войны. Он приехал сюда, чтобы помешать своей сестре выйти замуж за миссионера. Капитал Берлин, сказал агент секретной полиции, очень любит свою сестру. Возможно, слишком любит.