Власть

Погода в доминионе Седьмое небо менялась лишь по воле хозяев. Как таковых тут не существовало дня и ночи, а так же времен года. Если Владыка Клауд, или ответственные за это его последователи, никак не вмешивались в окружавшую их действительность, то по умолчанию всегда светило весеннее солнце. Находясь постоянно в зените, оно приносило максимум света и тепла для того, чтобы ботаники могли проводить свои эксперименты с растениями, а ученные, занятые на разработке методов получения новых видов энергии, ни в чем себе не отказывали.

У этого правила было лишь одно исключение. Являясь искусственной расой, ксорнцы не могли возрождаться так же, как и обычные дримеры. Многое Творец наук дал этим бывшим жертвам Падших, но не все…

После своего путешествия по Серым землям, все ксорнцы оказывались в Храме возрождения. Внутри он имел круглую многоярусную структуру. На каждом из ярусов располагались сотни саркофагов, в которых хранились подключенные к общей системе пустые физические оболочки. Как только сущность погибшего последователя Творца наук проходила Врата между мирами, она мгновенно попадала в Храм возрождения. Система находила для нее соответствующую оболочку и помещала в нее сущность.

После, между старой и новой оболочками, устанавливалась межпростраснтвенная связь, благодаря которой осуществлялась телепортация всех утерянных вещей, хранящихся в инвентаре последователя Клауда. Так как пространственная магия хранилища привязывалась непосредственно к физической оболочке ксорнца, украсть у него что-либо даже после смерти, считалось практически невозможным.

Смерти последователей Клауда случались крайне редко, потому как сами ксорнцы очень неохотно, и только по приказу Владыки покидали свой родной доминион. Исключения случались, когда отряды воинов, патрулирующие Пограничье доминиона, сталкивался с легионами вторжения Мастера проклятий. Больше дураков злить кристальных последователей Творца наук не было. По этим причинам смерть ксорнца являлась целым событием для всего доминиона. Как только сущность погибшего собрата появлялась в Храме возрождения, об этом узнавал весь доминион. Так получалось, потому что система управления храмом подавала специфический сигнал, создавая кратковременное искусственное затмение солнца.

Вот и сейчас, стоило только висевшему высоко в небе желтому диску почернеть, как тут же мобилизовались все ответственные службы. Дежуривший за панелью управления ксорнец-ученый, быстро определил личность попавшей в храм сущности:

Раса: Ксорнец-гуманоид

Имя: Табор

Уровень: 155

Класс: Кристальный паладин

Статус негативных эффектов: Возвращение из Серых земель 1; Коррозия источника (У); Смятение (У); Стихийное помешательство 2й степени.

Получив необходимые данные, ответственный за возрождение собратьев дежурный тут же направил сущность Табора в соответствующую ей физическую оболочку, запустив процесс ассимиляции. После этого он быстро связался со своими коллегами из отдела по борьбе с негативными статусными эффектами и вызвал в Храм дежурную группу.

Не успел еще Табор прийти в себя, а саркофаг с его новым телом уже отсоединили от общей системы Храма возрождения и увезли на гравитационной платформе в специальную лабораторию, где совсем недавно побывал его новый друг Кай, вместе с главой Отдела разработок средств противодействия негативным эффектам.

— Ох-хо-хо, Владыка Кай, а с вами должно быть действительно весело! — Осматривая тело введенного в искусственную кому Табора, удивленно причитал Арктурус. — Похоже, что мне снова предстоит кропотливая работенка.

Просканировав сущность паладина своими собственными приборами, Арктурус быстро составил карту проклятий, и не прекращая бормотать себе под нос о том, как же наверно весело путешествовать со Звездным дитя, стал аккуратно распутывать тугой узел энергии скверны, плотным коконом обвивавший источник Табора.

— Надо же! И где вы милейший умудрились подхватить сразу два уникальных статусных эффекта?!

— Нет, это просто уму непостижимо. Стихийное помешательство является продолжением Смятения! По сути это один статусный эффект!

— Благодаря Владыке Каю я напишу десятки новых научных трудов, касающихся этого направления магии Сумрака!

Тихие причитания Арктуруса разносились по лаборатории еще несколько часов к ряду, пока последний узелок проклятья не был уничтожен магией артефактов ученого. Потом саркофаг поместили обратно на гравитационную платформу и вернули в Храм возрождения.

После пробуждения дежурный храма рассказал Табору обо всех манипуляциях, проведенных с его сущностью. А так же сообщил, что его с отчетом уже ждет у себя в покоях Владыка Клауд. Заглянув по дороге в исследовательский отдел, паладин поблагодарил за хлопоты Арктуруса, подарив ему несколько энергетических карт, снятых его приборами в Темных землях. На них была запечатлена структура распространявшегося по локации проклятья. Увидев эти карты, Арктурус пришел в неописуемый восторг, сказав, что будет просить Владыку именно его отправить в следующее путешествие с Каем.

Улыбнувшись ученому, Табор пожелал ему удачи и направился в Храм истоков. Владыка Клауд ждал его в своих приемных покоях. Тепло поприветствовав друг друга, они расположились в специально принесенных туда глубоких креслах, после чего Табор сразу же начал свой доклад.

Рассказав Клауду обо всех приключениях, которые их группа пережила после того как они последний раз побывали в Храме истоков, паладин так же передал через меню обмена все файлы с исследованиями Темных земель и непосредственно Забытой столицы. В эти отчеты входили не только карты энергетической структуры. А так же характеристики дримеров из других великих гильдий, монстры, зиккураты проклятий. В отдельный файл были выделены Поля смерти с созревающими «эмбрионами», и структурой управляющего артефакта.

— Ты проделал очень большую работу Табор. Братья будут в восторге от добытой тобой информации. — Внимательно изучив записи, удовлетворенным тоном произнес Творец наук.

— Ваша похвала — честь для меня Владыка! — Склонив голову, сердечно отозвался паладин.

— Раз твоя миссия подошла к концу, то чего бы ты хотел в награду?

Услышав вопрос владыки, Табор глубоко задумался, а на его лице появилось смятение. Словно бы паладин стеснялся своей просьбы.

— Не стоит волноваться о своих желаниях. Вы все мои дети, и как ваш отец, я буду только рад их исполнить. — Улыбнулся Клауд.