Чтение онлайн

Проснулся он через несколько часов. За окнами было уже светло. В доме раздавались громкие голоса. Он вышел на балкон, взглянул вниз. Перед домом стояло несколько человек, они громко разговаривали и смеялись. Он узнал всех – визажиста, который рассказывал какую-то смешную историю. Громче всех хохотал Юрий Горлач, очевидно, хуже всех знающий английский язык. Алиса томно улыбалась. Рядом стоял высокий парень, неуловимо похожий на Кристин. Очевидно, это и был Юхан. Мимо прошел озабоченный доктор. Свой чемодан он нес сам. Остальной багаж перетаскивали в дом сотрудники охраны под руководством Рауля. Дронго посмотрел на часы. Уже половина восьмого утра. Судя по настроению прибывших, полет прошел нормально.

Он быстро оделся и вышел из своей комнаты. В коридоре он тут же увидел Барнарда, который собирался входить в соседнюю комнату.

– Доброе утро, – вежливо поздоровался Дронго. – Как вы долетели?

– Здравствуйте, – любезно ответил обернувшийся Барнард. Он был в легком светлом костюме. – Мы долетели неплохо. Чуть задержались в Кингстоне. Поэтому и прилетели так поздно.

– Все прилетели?

– Да, все.

– Как себя чувствует миссис Линдегрен?

– Хорошо, – несколько озадаченно ответил Барнард, – а почему вы спрашиваете?

– Ну, такой долгий перелет. Я с трудом перенес его.

– У нас было все хорошо, – сообщил Барнард. – Между прочим, вы заняли мою комнату.

– Вы хотите, чтобы я ее освободил?

– Нет. Конечно, нет. Я займу комнату рядом. Они обе находятся над спальными комнатами Кристин.

Барнард вошел в соседнюю комнату. Дронго спустился по лестнице. Увидел поднимавшихся Агнессу и Юрия Горлача. Оба сделали вид, что не заметили спускавшегося эксперта, и даже не поздоровались с ним. Он усмехнулся. Наверное, Агнесса сильно комплексует, ведь Горлач мог выбрать себе подругу и помоложе. Нужно будет позвонить Эдгару и узнать подробности об этом украинском бизнесмене.

Перед домом все еще стояли Линдси, Юхан и Алиса. Увидев Дронго, Алиса мрачно кивнула ему в знак приветствия.

«Кажется, в этом доме не все мне рады», – подумал он, подходя ближе.

– Доброе утро, – радушно приветствовал его Линдси, протягивая руку.

– Здравствуйте. – Он пожал руку визажисту и повернулся к Юхану. Сын Кристин был похож на свою мать. Такие же красивые глаза, резкие, четкие линии породистого лица. Мужественный подбородок. Он первый протянул руку Дронго.

– Вы тот самый эксперт, – догадался Юхан. – Мне говорила о вас Алиса. Здравствуйте. Вы прилетели раньше нас?

– Да, еще вчера ночью. А как вы долетели?

– Вполне сносно. Если бы не задержка в Кингстоне из-за нашей Агнессы.

– А что с ней случилось?

– Ей стало плохо, и пришлось ждать врача. Она, по-моему, вообще не хотела сюда лететь. Не понимаю, зачем она повсюду таскает с собой этого русского друга.

– Он украинец, – вмешалась Алиса.

– Какая разница? Он на нее плохо действует, – убежденно сказал Юхан, – я бы его вообще выбросил из самолета. Такой наглый и самодовольный тип. К тому же он говорит по-английски с чудовищным акцентом.

– Я тоже говорю с акцентом, – недовольно заметила Алиса.

– У тебя нет акцента, – улыбнулся Юхан, – ты просто неправильно выговариваешь некоторые слова. Но это можно исправить.

Алиса улыбнулась. Линдси пожал плечами.

– Наши влюбленные сейчас начнут говорить друг другу комплименты.

Юхан взял Алису за руку и пошел с ней в дом.

– Что у вас случилось в Кингстоне? – уточнил Дронго.

– По-моему, Агнесса сошла с ума, – пожал плечами Линдси, – она хандрила всю дорогу, переживала, даже один раз заплакала. Не понимаю, что на нее нашло. Но она явно не хотела лететь сюда. Тем не менее все-таки полетела. И всю дорогу была не в настроении.

– Женскую логику иногда трудно понять, – машинально заметил Дронго.

– Не так трудно, как вам кажется, – несколько обиженно заявил Эдуардо Линдси, воспринявший подобное замечание почти как личное оскорбление, – мужчины бывают более непредсказуемыми и самовлюбленными индюками. Наш врач Моргунас тоже весь полет был чем-то недоволен. Такое ощущение, что он вообще не любит летать. Я все время боялся, что его стошнит прямо мне на колени, такое кислое выражение лица было у него.

– А как вела себя сама Кристин?

– Она всегда ведет себя безупречно. Отдыхала в своем салоне, почти ничего не ела. Зато у ее мужа отменный аппетит, он всю дорогу беспрерывно ел и пил.

– У вас в самолете был салон для Кристин?

– Конечно. Она всегда заказывает эту модель. Просторный салон для нас и личный отсек для Кристин. Туда обычно никого не пускают, даже ее мужа. Никого, кроме этого противного Барнарда.

– Почему он противный? – усмехнулся Дронго.

– Он всегда все знает и, даже если не знает, делает вид, что знает абсолютно все. Этакий всезнающий умник, который не хочет делить свое влияние с другими. Мне кажется, что он с удовольствием уволил бы нас обоих – меня и врача, чтобы заменить нас собой. Но у него нет опыта работы визажистом и врачом. Иначе он бы выбросил нас из самолета еще в Лос-Анджелесе. Извините, но я должен посмотреть, как доставили мой багаж. Барнард всегда считает, что я везу слишком много чемоданов. Можете себе представить, что Кристин взяла только два чемодана. Я был в ужасе, когда увидел, что весь ее багаж состоит всего из двух чемоданов.

– А сколько бывает обычно?

– Восемь или десять, – пожал плечами Линдси. – Нужно понимать, что мы прилетели сюда работать, а не лежать у бассейна.

Линдси поспешил в дом. Дронго обернулся и увидел за своей спиной Барнарда. Тот молча смотрел на эксперта.

– Не всегда обращайте внимание на глупости, которые будут вам говорить, – холодно посоветовал Барнард, блеснув стеклами очков, – так будет лучше для вас и для вашей работы. И для нас всех. Обед будет в два часа дня. Не опаздывайте.

Он повернулся и пошел в дом. Дронго проводил его задумчивым взглядом.

Дронго вернулся в свою комнату. Взглянув на часы, он решил, что уже можно позвонить Эдгару. Прошло почти два дня с тех пор, как он попросил своего напарника уточнить данные на обоих бизнесменов. Он набрал номер Эдгара.

– Добрый день, – начал Дронго, – или добрый вечер. Эти часовые пояса меня уже окончательно запутали. Я только помню, что ваше время начинается раньше моего и у вас должен быть вечер, когда у меня утро или день.