Чтение онлайн

– Ой, ты кто?! – испуганно взвизгнула от неожиданности Света.

– Воструха сие, – успокоил ее Похвист. – Добрый домашний дух. Коли они вас привечают, я тут более не надобен. Тоже в свой город отправлюсь.

– Света-богиня! – нетерпеливо подергала девушку за юбку маленькая старушка. – Пойдем, дорогу тебе укажу!

– Хорошо, веди! – смирилась девушка.

Старуха тотчас исчезла и тут же возникла снова, но уже в нескольких шагах за троном. Глаза ее были черными, почти без белков, носик маленький, кожа белая, губы серые… И Светлана вдруг вспомнила емкое определение для всех подобных существ, и добрых, и злых: «нежить»!

Воструха довела гостью до сколоченной из полутеса лестницы с широкими ступенями, указала наверх, сгинула. А когда юная ведьма поднялась на пару этажей, возникла в середине коридора, что начинался за верхней ступенькой, указала на дальнюю левую створку:

– Тебе сюда! – и окончательно пропала.

Отведенная Свете комната оказалась размером примерно четыре на четыре метра, с единственным крохотным окном в углу потолка. Зато весь пол застилала кошма, в углу стояла сплетенная из толстой ивовой лозы прямоугольная корзина, рядом с ней возвышалась скамья из полутеса. У стены напротив имелось небольшое возвышение, тоже накрытое кошмой, но с набросанными сверху бараньими шкурами. Светлана подошла к ней, осторожно легла. Постель оказалась мягкой и приятно благоухала полынью. Девушка подползла к краю, приподняла шкуры… Так и есть! Внизу шуршало свежее сено.

– С новосельем, великая богиня, – усмехнулась юная ведьма. – Вот ты и дома!

Попади Светлана сюда еще вчера, подумала бы, что ее гнобят, как никчемную рабыню. Но после ночлега в Сарвоже она уже знала, что собственная спаленка в этом мире – невероятная роскошь. Почище личного вертолета в двадцать первом веке. Получается, им всем выдали огромнейший по здешним понятиям аванс! И теперь наверняка ждут от гостей достойной отдачи.

Не ударить бы в грязь лицом…

– Бабушка? – с надеждой на мудрый совет взмахнула рукой ведьма. Однако одного лишь тусклого взгляда возникшего морока хватило, чтобы тут же развеять иллюзию.

Души в созданном ею образе не имелось…

Девушка прошлась от стены к стене. Шесть шагов в одну сторону, шесть шагов в другую. Постель, скамья, корзина. Делать здесь было совершенно нечего. Одно слово – опочивальня. Кроме как спать, более ни на что не годится. Светлана провернулась на пятке, вышла за дверь и побежала по ступенькам вниз. После двух пролетов повернула налево, миновала сумрачный коридор, распахнула тесовую дверь и едва не споткнулась на пороге, увидев множество женщин, нескольких мужчин и десяток вострух. Все они почтительно внимали великой Макоши, восседающей на троне в свободном платье с горностаевой опушкой на плечах и подоле, украшенном множеством золотых колечек от ключиц до пояса.

– Прошу прощения… – поклонилась Светлана, собираясь отступить, однако властительница Вологды жестом пригласила ее войти и продолжила свою речь:

– По времени к причалам нашим вот-вот варяги должны со своею солью добраться. Уговор обычный все знают, набор из пяти иголок за мешок! Начнут мутить солевары, выгоду иную предлагать – даже слушать не думайте! Обманут северяне, навертят, обхитрят, и ищи их опосля средь рек бескрайних! Вода следов не хранит. Горчак! Караульных упреди, дабы с варягов глаз не спускали, покуда здесь бродить станут. Сии менялы безродные, где ограбить неспособны, так хотя бы украсть лишнего норовят. Будь моя воля, вообще бы на берег не пускала. Да уж очень славно они отдыхают после тяжелой дороги. Настойки хмельные пьют без счета, жрут от пуза, платят щедро. Лишняя соль нам завсегда пригодится. Посему гулять и веселиться им, Горчак, не мешай. Но за руками варяжскими следите внимательно, дабы ничего лишнего не прилипло!

– Будет исполнено, великая Макошь, – приложил ладонь к груди один из воинов.

– Ласта, как там дела с амбарами?

– Четыре освобождены и вычищены, великая. – Светлана со своего места не увидела, кто из служанок ответил хозяйке. – Еще один скоро опустеет. Коли нужда возникнет, еще из одного припасы по кладовым и прямо на кухню можно распихать.

– Славно… Карпера, а как твое хозяйство?

– Три ладьи с мехами за два дня прибыло, великая! Ныне переборкой занимаюсь.

– Я тебя сегодня навещу, – пообещала властительница: – Вострухи?

– На левом крыле крыша потекла, у рыжей башни мыши, под верхней кровлей рыба плесневеет, большой сеновал преет, кошма в горницах под ним тоже, слюда в пиршественной палате треснула… – наперебой зачастили крохотные старушки.

– Балуйка, слышала? – перевела взгляд влево повелительница Вологды.

– Дабы верхнее сено пересушить, руки нужны, великая Макошь! Хотя бы пять работников! Моим девкам одним не управиться.

– Ласта, сегодня Балуйке помогай, – решила богиня. – Амбары подождут.

– Да, великая.

– И выдели в дальние караулы два пуда солонины.

– Да, великая.

– Это все, сварожичи, – ударила ладонями по подлокотникам богиня. – Ступайте!

Старушки-крохотульки разом провалились сквозь пол; люди направились к дверям, и юная ведьма торопливо посторонилась. Когда обширный зал опустел, великая Макошь поднялась со своего кресла:

– Сказывай, богиня, зачем ты ко мне пришла?

– Я направлялась к зеркалу, великая Макошь, – приложила ладонь к груди девушка. – Я надеялась увидеть в нем свою бабушку.

Конец ознакомительного фрагмента.