Чтение онлайн

Али прокричал:

– Цель на одиннадцать часов!

Я развернул винтовку, но бородавочник уже скрылся за камнем, следом появился его напарник. Этой доли секунды мне хватило, чтобы попасть и в него. Пуля вошла в основание передней лапы и оторвала её. Это было хорошо видно, так как кентавра в фонтане крови отбросило на несколько шагов, а вот его конечность осталась на месте. Затем я выстрелили еще два раза, но мое везение закончилось. Бородавочники стали еще осторожнее, а группа на ховерах получила драгоценные мгновения, чтобы зайти за скалу. Где-то сзади застрочил пулемет. Глухие громкие удары были явно земного оружия. Я зарядил второй магазин и продолжил медленно стрелять по бородавочникам. Больше попасть мне не довелось, хотя несколько раз я был очень близок к этому.

 На пятом магазине Али крикнул:

– Нас обошли! Они слева! С ховера нас прикрывают, но нам нужно спускаться. Быстрее!

Мне все-таки удалось, на последних секундах, сковырнуть еще одного настырного бородавочника уже в метрах трехстах от скалы. У этого лопнула голова, он даже какое-то время продолжил стоять, но досмотреть чем закончится его история мне не дали его собратья. В бруствер гулко ударили мощные пули, а мелкий осколок камня кольнул в щёку. Быстро сложив сошки, я последовал за Али.

Как раз вовремя. В наш импровизированный бруствер ударил уже целый град крупных пуль, некоторые из них прожужжали в опасной близости над головой. Раздался негромкий взрыв гранаты. Застучали каменные крошки, одной из которых меня вновь садануло в голову. С тяжелой винтовкой было очень не удобно спускаться. Али внизу нервничал, крича, что нужно быстрее, но я и так делал все возможное. Подняться удалось гораздо легче.

Я уже был почти внизу, когда справа от меня в скалу ударило несколько пуль. Опять брызнули осколки камней, что-то противно просвистело за спиной, я чуть не сорвался. Когда последние метры были пройдены и мои ноги оказались на более мене пологом склоне, Али нигде рядом не было. А подомной, в метрах пятидесяти стоял здоровенный бородавочник и целился из оружия, напоминавшего на палено. Мгновения показались вечностью. Мне даже страшно было представить, чем заряжена его чудовищная пушка. Но у него что-то не срослось, выстрела не последовало и я, что было сил, кувыркнулся в небольшую ложбинку. Удар, кувырок, и вновь удар, но уже о что-то мягкое, острая боль полоснула по ушибленным накануне ребрам.

 Али лежал здесь. Пуля из чудовищного ручного оружия разорвала его пополам. Из страшной раны наружу торчали розоватые осколки ребер и грудной клетки. Всю небольшую ложбинку залило алой кровью, как на бойне. Но на удивление, жизнь в теле моего напарника ещё теплилось, а лицо несмотря на невыносимые страдания выражало спокойствие.

Губы еле слышно прошептали:

 - Это я тебя толкнул. Прости. Всё Меченый… - и Али умер, его винтовка лежала в сторонке, я схватил ее и выглянул.

Бородавочник уже исчез, но обзор был очень плохой. Он мог прятаться за уступом, со своей ручной гаубицей. Где то рядом загрохотал пулемет, обернувшись, я увидел внизу знакомый ховер, и обрадовался ему как ребенок деду морозу на новогоднюю ночь. Выждав момент, я выскочил из укрытия и побежал к машине. Над плечом прожужжало что-то очень серьезное, волна хорошенько впечатал в плечо, и мне оставалось только радоваться бесконечному везению. Пулемет был короткими очередями куда-то правее.

 Из-за турели мне махнул рукой Дик. Мол, быстрей, хотя я и так бежал что было силы. Ховер уже разворачивался, когда я запрыгнул на аппарель, откинутую на манер балкона. Африка спросил:

– Что с Али? Африка видел, как в него попали.

Я покачал головой, еле выдавил пересохшим горлом:

– Его пополам!

Негр понимающе кивнул, и махнул куда-то вглубь машины. Ховер рванула с места.

Когда я оказался внутри, меня начало трясти. В грудной клетке что-то за пульсировало с невообразимой частотой. Захотелось заорать, но я сдержался. Смерть была рядом, в каких-то миллиметрах от меня. И в этот раз я от неё ушёл. Но не всё было ещё кончено, мы не зря так улепетывали что было сил. Дик проорал в открытый люк:

– За нами погоня мать их! Два ховера мать их, слева, захотели нас обойти, мать их?
– и следом послышали скупые короткие очереди, даже через этот грохот я слышал упоминание всевозможных родственников бородавочников и особенности их интимной жизни.

 «Зря!» - сказал я самому себе. Ховер так бросало, что попасть, скорее всего, ни в кого было невозможно. Но я оказался неправ.

Вдруг по машине, как будто ударило молотом. Ховер подпрыгнул, но покатил дольше. Сидевший справа от меня боец, просто лопнул. Его кровь забрызгала меня с ног до головы. Когда я все же вытер глаза тыльной стороной ладони, то увидел на противоположной стороне здоровенной входное отверстие размером чуть поменьше кулака. Машину прошило на вылет, а с оказавшегося на пути чудовищного снаряда человека, постигла судьба Али.

Минут через двадцать дикой тряски внутрь спустился Дик, уступив место Африке. Переступив через останки погибшего, он пригнулся ко мне и прокричал на ухо:

– Оторвались, мать их! Не достанут, ублюдки! – затем он еще что-то принялся объяснять, но я его не расслышал. Мое внимание привлекла пустота в ховере, считая водителя с напарником погибшего, нас внутри было лишь шесть человек. Я прокричал Дику:

– Где остальные? – я вдруг испугался, что все погибли.

Но Дик меня понял лишь с третий попытки:

– Там!
– махнул он куда-то вперед. Стало понял, что сейчас в передней машине немного тесновато.

Мы ехали без остановки еще несколько часов. На коротком привале завернули в плащ погибшего, разгрузили впереди идущую машину и вновь рванули без лишних разговоров. На этот раз ночёвки практически не было, ехали до упора, затем потоптались у ховеров до рассвета и вновь отправились в путь. Уходя от погони мы сделали крюк, поэтому приехали лишь поздно ночью. От сидения в ховере затекли ноги, а у меня разболелись все полученные травмы. Мы выкарабкались из машин в ангаре «Диких камней». Настроение у всех было мрачное, потери не ограничились Али и моим соседом. Еще двое погибло в перестрелке у скалы. Суету с разгрузкой машины я пропустил, сев у одного из шести гигантских колес.

Меня бил озноб, ноги пульсировали, колено нестерпимо ныло. Хуже всего было с ребрами, когда я падал в ложбину с Али, то сильно ударился боком. Мне туго перебинтовали тело, но это не помогало, при каждом вдохе правый бок пронзала саднящая боль. В голову лезли мысли, что если такое занятие с перестрелками и погибшими товарищами считается неплохой работой то, что происходит на аренах? Бойни в чистом виде? От тяжелых мыслей меня отвлек Дик.

– Молодец, русский. Я видел как ты по крайней мере одного гада срубил, мать его. У него её богу клешню оторвало.

– Четыре.
– хрипло вырвалось у меня.

– Нормально для первого раза. Они шустрые гады, хрен попадешь, да и ублюка у скалы не забывай. Давай вставай русский! – и он протянул мне руку, но это было не очень просто. Я смог подняться лишь с третьей попытки, и то только с помощью Дика, навалилась какая-то тяжесть, бок болел все сильнее.

– У-у-у, брат, да тебе надо к доктору, мать его! – протараторил Дик, добавив, о различных видах сношения, которых достойны, по его мнению бородавочники и чья-то мать.