Чтение онлайн

– А что я-то?

– Что-нибудь странное с тобой происходило в последнее время?
– ну, точь-в-точь фашист на допросе.
– Все рассказывай, важна каждая мелочь.

Я мог бы послать ее к черту, но, если Акварель волнуется, дело серьезное.

Я задумался.

– Самое необычное, что Красов всучил мне ученика…

– Нет, - перебила Кристина, - не события, предчувствия, сны, странные желания?

– Сон. Будто я бегу по старому замку, прибегаю в башню, а там человек в плаще мага целится на меня из мушкета, старого такого, потрескавшегося.

– А ты?

Я скривился, но ответил:

– Гордо заявляю: "Не доставлю тебе такого удовольствия", - и кидаюсь вниз через витражи.

Акварель выругалась.

– Да что с тобой?
– не понимал я.

Но вместо ответа она продолжила допрос с пристрастием:

– Сколько раз? Сколько раз ты видел этот сон.

Я пожал плечами:

– Два.

– Черт!
– Акварель даже зашипела.
– Для такого сна и этого много.

– Да объясни же!!!

– Это пророческий сон, - сказала она то, что я знал и без нее.
– Мне тоже кое-что снилось в последние дни, - а вот это было новостью.
– Я не новичок в таких делах, я хорошо разбираюсь в снах и их значениях. Я видела три разных сна, указывающих на одно событие. Знаешь, что это значит?

Уж это-то я знал.

– То, что это событие неминуемо.

– Верно. И это связано с тобой.

– И что же?
– поинтересовался я.
– Я свихнусь, как дедушка, только не от власти, а от своего ученичка?

Лицо Акварели было пугающе серьезным.

– Нет, Денис, - она покачала головой, - ты не сойдешь с ума. Ты умрешь…

Я смотрел на нее бесконечно долгую минуту прежде, чем спросил:

– Как это - умру? Ты серьезно?

На счет серьезности можно было не спрашивать, лицо Акварели говорило само за себя, но я так растерялся, что просто не придумал, что сказать. Все-таки не каждый день тебе сообщают, что твои дни сочтены.

– Серьезно, - отрезала Кристина.
– С тобой шутить на такую тему я бы не стала. Ты умрешь, все указывает на это, причем очень скоро, и это не предотвратишь и не отсрочишь, скорее весь мир перевернется, чем ты останешься жив.

– Ой, - вот и все, что я мог сказать, если честно, меня больше пугал ее тон, чем то, что она говорила.

– Вот именно что "ой", - Акварель нервно провела рукой по черным волосам, вздохнула и села на диван рядом со мной.
– Покажи мне свою ладонь.

Я безропотно протянул ей левую руку.

– Там ничего не изменилось, - сказал я.
– Я бы заметил, смерть должна быть не скоро, до посвящения в маги она была ранней, потом ее четкие очертания исчезли, и с тех пор ничего не менялось.

Она пробежала глазами по моей линии жизни.

– Действительно, - признала Акварель.
– Видимо что-то произошло совсем недавно и неожиданно, что-то, что приведет тебя к смерти…

– Аква, может, ты преувеличиваешь? Все мы умрем и…

– Денис, прекрати этот лепет тупоголового оптимиста, - резко перебила меня Кристина.
– Ты не доживешь до июня!

А это уже было интересно, при учете, что сегодня второе мая - до июня двадцать девять дней. И это целая жизнь?!

Я молчал. А что мне было сказать? Разрыдаться, закатить истерику, что мне еще нет двадцати пяти и я дико хочу жить? Кому это поможет? Ни мне, ни другим. Лучше уж быть тупоголовым оптимистом, как сказала Акварель, чем превратиться в стонущую лужу.

– Денис, я не знаю, что делать, - тихо, уже без злости произнесла она.

– Да ничего со мной не случится!
– вспыхнул я, Темный Властелин, готовый заплакать от жалости - то еще зрелище.
– Я мог погибнуть уже тысячи раз за эти бешеные пять лет, но ничего, живу, цвету и пахну, как говорится. Не надо меня хоронить. Говорят же, что человек сильнее обстоятельств!

– Ты не человек, ты маг.

– Это одно и то же.

– Нет. Если мои и твои сны говорят, что ты умрешь, значит, это неизбежно.

Теперь я окончательно обиделся.

– Это что же получается? Я что должен лечь и сложить лапки? Черта с два, не выйдет. Если кто-то ждет смерти, то он точно умрет, а я умирать не собираюсь!

– Я так и знала, что ты это скажешь, - она отвернулась от меня.

Надо же, а я-то думал, что видел Акварель во всех ее проявлениях.

– Кристина, - не знаю даже, почему я ее так назвал, я всегда обращался к ней Акварель, а сейчас язык сам вдруг назвал ее настоящим именем, - все нормально. Спасибо, конечно, что предупредила, но это ничего не меняет, ты же знаешь, я всегда буду бороться до конца…

– Ты-то будешь, - она печально хмыкнула.
– Знаешь, до встречи с тобой, я беспощадно убивала людей и магов, умирали мои приближенные, те, кого я видела ежедневно, но мне было безразлично, а ты… Мой враг изначально… Мой друг, ты действительно мой друг, и я не знаю, как смогу пережить твою смерть…

Я невольно усмехнулся, похоже, она меня уже не только похоронила, но и памятник на могилке поставила.

– Вообще-то, я еще жив, - напомнил я.

– Не надолго.

В ответ я возмущенно хмыкнул.

Она, наконец, посмотрела на меня.

– Ты обещаешь позвать меня, если понадобится помощь?

– Да я буду орать, как резанный.

Кристина покачала головой.

– Что-то надвигается, - произнесла она.
– Что-то страшное. И белые темнят, мне кажется, Красов что-то знает.

– Я его спрошу, - пообещал я.

Не скажу, что разговор с Акварелью меня так уж напугал. Ну, умру я, по ее словам, ну и что? Посмотрим еще, кто там умрет и когда. А вот то, что Красов что-то скрывает, меня обеспокоило, в этом Акварель была полностью права. Не зря же он сбагрил мне Стаса, будь он неладен, вернее они оба.

И я не утерпел и немедленно переместился в офис.

– Где Красов?
– спросил я у Федора, как всегда усердно дравивщего пол.

Слесарев заулыбался мне.

– Привет, привет. А у него переговоры, подожди чуток.