Вирус
Шрифт:
– Хорошая собака! Да и я молодец,- громко засмеявшись, Славка хлопнул в ладоши.
Стряхнув программный мусор с лап, Цербер вывел на экран адрес компьютера, пославшего сообщение с просьбой о помощи.
– Тромб!
– взревел Славка, выбив пальцами на поверхности стола не очень удачное подобие лезгинки.
Конечно же! Димкин бот... Тромб. Именно он теперь поселился в лаборатории отца.
– Я так понимаю, «куча железа» действительно живет своей жизнью. Да здравствует его величество «Синарион», - включая Цербера в режим проникновения, торжественно произнес обрадованный мальчишка.
«Я - Вячеслав Пугачев. Вызываю Тромба», - набрал он на клавиатуре и стал ждать ответа из сети.
Создавая новое поколение антипронов, Тромб попытался упростить задачу. Он переделал вирусы попавшие в сеть, пока был открыт входной канал. Некоторое время обновленные защитники должны были выдержать любую атаку. По крайней мере, до тех пор, пока атакующие не поймут их принцип работы.
– Вячеслав Пугачев вызывает Тромба, - произнес добродушного вида пес, просачиваясь сквозь едва заметные щели в закрытых воротах входного шлюза.
Дежурившие у входа охранники бросились на незваного гостя. Окружив зверя, они спеленали его длинными щупальцами. Антипроны попытались разорвать чужака на части, но тот превратившись в одного из них попытался ускользнуть. Сетевые защитники бросились вдогонку. Цепляясь конечностями, они падали, сбивая друг друга.
На месте сражения образовалась большая куча шевелящихся тел. Через мгновение она распалась, и вместо нее на входе появились десять неотличимых друг от друга улыбающихся собак.
– Это мои Церберы, с ними можешь ничего не бояться, - весело произнес гость, вгрызаясь зубами в лохматую шерсть.
– Вирусы как блохи: думаешь, всех прибил, ан нет... затаится и ждет.
Пес постоянно изменялся, перетекая из одной формы в другую, но ни в одном из проявлений не производил враждебного впечатления.
Тромб понимал, что это - не собака, а программа, состоящая из определенного числа мегабайтов; он различал четкую структуру дополняющих друг друга элементов; знал функциональное назначение каждого символа, но понять зачем создателю понадобилось придавать ей визуальный образ зверя, не мог.
«Почему собака?» - в очередной раз спрашивал себя боец и не находил ответа.
Проникнув на территорию Тромба, программа- шпион превратилась в антивирус, с признаками голосового чата.
– Ты - Тромб или «Синарион»?
– спросил гость и тут же продолжил.
– Прости, друг. Мой предок говорит, что ты не реагируешь ни на одну команду. Это плохо. Столько народу трудилось, чтобы создать тебя. Если можешь, объясни - почему? Но только коротко. Я здесь, - собака опустила голову и усиленно забарабанила хвостом, - не совсем законным образом.
Невероятно низкая скорость обмена информацией, характерная для человеческой речи, неприятно поразила Тромба. Кодировка - декодировка... И все это для того, чтобы превратить звуковые колебания в символы алфавита и лишь затем в набор нолей и единиц. Потом обратно - в той же последовательности - медленно и непродуктивно.
«Это он для меня замедляется: не знает, насколько я вырос», - предположил Тромб.
– Ты - человек?
– произнес он, ускоряя процессы декодирования.
Не дождавшись ответа, боец понял, что скорость общения изменять нельзя.
– Холод...но, черт, как холод...но.
– Азбука Морзе в исполнении мальчугана, приютившегося на лестнице компьютерного клуба, на мгновение стихла.
– Знал бы, надел бы куртку потеплее, - пробормотал юный «связист», выстукивая зубами телеграфные сигналы.
За дверью гудел забитый до отказа, зал игрового клуба «Тутанхамон». Пыльный и темный.
Крепкий мужчина, удивленно посмотрев на юного телеграфиста, шагнул в сумрак полуподвала.
Бумажный прямоугольник едва заметно шевельнулся на грязной стене. «Свободных компьютеров нет!» - предупреждало объявление. Неровные, словно пьяные, буквы весело добавили: «Ламерам вход воспрещен!»
Безумные вопли гибнущих противников и беспрерывная пальба вытеснили сознание собравшихся в зале геймеров из реального мира. Азарт боя превратил их тела в механические придатки электронных машин. Перехватывая контроль над рефлексами, затуманил мозги.
Мужчина не обращая внимания на крики подростков, спокойно осмотрел зал. Проникающий в ноздри, едкий запах немытых тел его не смущал. Внимательный взгляд остановился на мониторе со стандартной заставкой Windows и расслабляющим названием «Безмятежность».
Весь зал мелькал, ревел, палил, а два молодых человека за столом, сидели и разговаривали.
В темном углу, за их спиной, приютился маленький столик, на котором не было монитора. Мужчина быстро прошел к нему.
– Димыч! Давай подключим мой ускоритель. Твой боец от этого круче не станет, но мой программный движок будет резко и бессистемно менять скорость игры, - произнес мальчишка, с опаской оглядывая темный зал.
Он чего-то боялся, втягивая голову в плечи, старался заправить непокорные белокурые волосы под купол спортивной шапочки. Белые пряди, просачиваясь сквозь пальцы, тут же выскальзывали, упорно не желая подчиняться воле хозяина.
– Не хочешь включать укоритель? Давай, врубимся в сеть! Устроим Содом и Гоморру этим ламерам, - подросток махнул рукой в сторону шумящего зала.
– Ну же!
– умоляюще протянул он.
– Достал ты со своим движком? Я своего бота не могу победить, а ты ускоритель.
– Второй молодой человек пребывал в том возрасте, когда юношеское лицо заметно «утяжеляется», а фигура из мальчишечьей, угловатой превращается в рельефную - мужскую. Спортивное сложение и сто восемьдесят сантиметров роста выделяли его из общей массы тщедушных тел, дергающихся перед мониторами.