Викинг
Шрифт:
Внезапно он увидел Рейну в маленькой бухте, скрытой высокими утесами. Она сидела, положив под себя ноги, положив на колени руки и закрыв глаза. Огромные волны прибоя разбивались о берег у ее ног и окатывали Рейну мириадами сверкающих на солнце брызг. Даже с того места, где стоял Виктор, было видно, что Рейна вымокла до нитки. О боже, неужели эта девчонка сошла с ума! Она что – решила заболеть и умереть?! Ярдах в двадцати от жены Виктор спешился и бросился к ней. Рейна даже голову не повернула при его приближении, и это еще сильнее обеспокоило конунга. Когда он добежал до нее, на берег вновь обрушилась волна и окатила его с ног до головы ледяной водой. Передернувшись всем телом от такого душа, он схватил жену, рывком поставил на ноги и потащил к Слейпниру.
– Ты что, совсем рехнулась!? – закричал он, но его голос был заглушен ревом прибоя.
Они остановились под нависшей скалой. Вид Рейны был страшен. Она ужасно дрожала, ее губы посинели, все тело покрылось гусиной кожей. Но страшнее всего было то, что она не узнавала мужа.
– Рейна, скажи хоть что-нибудь! – встряхивая ее за плечи закричал Виктор.
Наконец, она посмотрела на него и, кажется, узнала. Стуча зубами от холода, она ответила дрожащим, рвущимся голосом:
– Я смотрела вслед кораблю Рагара, пока он не скрылся из виду. А потом… потеряла счет времени. Мне казалось, что я плыву вместе с ними.
– Ты что, хочешь помереть?! – растирая ей руки, закричал сердито Виктор. – Какие дьяволы вселились в тебя, Рейна?! Неужели ты меня так ненавидишь, что даже умереть хочешь?! Только бы не жить со мной, да?!
Глаза Рейны сверкнули, и она гневно воскликнула:
– Пелагиус иногда часами сидит на берегу океана, смотрит на волны, стараясь достичь состояния просветления души! – Она всхлипнула, передернула плечами и закончила: – Однажды ты говорил мне, что я могу извлечь из этого пользу и достигну такого же состояния.
Виктор в ярости махнул в сторону прибоя:
– Такие волны не принесут тебе просветления, они тебя прямиком сведут в могилу!
– Может быть они отнесут меня в Луару! – с отчаянием воскликнула Рейна.
– Выбрось из головы подобную ерунду! – яростно рявкнул Виктор. – Иначе эти самые волны занесут тебя в самую мрачную дыру, которая только найдется на нашем острове! И по моему приказу тебя там будут держать до тех пор, пока ты не научишься уважать своего мужа!
Очевидно не совсем понимая, о чем он говорит, но все-таки уловив общий смысл его слов, Рейна с презрением ответила ему:
– Почему бы тебе просто не оставить меня в покое!? Он крепче обхватил ее дрожащие от холода тело и воскликнул:
– Да люблю же я тебя просто, дура! А сейчас поехали домой, пока ты не замерзла окончательно!
Он быстро отыскал ее пони, пасущегося невдалеке за скалами, усадил ее в седло. И они двинулись домой.
Когда они въехали в поселок, Виктор увидел возле конюшни юношу, работавшего вместе с Невином. Он сделал ему знак рукой и юноша быстро подбежал к конунгу. С удивлением работник заметил, что конунг и его жена мокры до нитки. Он принял из рук Виктора поводья Слейпнира и помог Рейне слезть с пони. Подхватив жену на руки Виктор приказал юноше:
– Проследи, чтобы животных накормили!
И направился к дому вместе со своей драгоценной ношей. Навстречу Виктору из терема выбежала Сибил. Ахая и глядя с ужасом на дрожащую Рейну, ирландка воскликнула:
– Ярл, что случилось с госпожой?!
– Просветления ей, видишь ли, захотелось, – хмуро бросил Виктор, проходя мимо служанки в опочивальню. – Принеси все одеяла, какие только найдешь!
– Слушаю, ярл!
Виктор поставил Рейну на ноги, наклонившись взялся за подол ее платья и потянул его вверх.
– Нет! – закричала она, яростно одергивая подол и отступая назад. Виктор решительно притянул ее к себе и сердито сказал:
– Рейна, с тебя ручьем течет вода! Я раздену тебя и уложу в кровать.
– Нет! – закричала она. – Я не ребенок! Я и сама могу раздеться!
Мужчина насмешливо улыбнулся:
– Й это говорит та самая вздорная девица, которая полчаса назад чисто по-детски пыталась убить себя!
– Я не хотела никого видеть!
– Ну-ну, долго бы ты была там одна, пока не оказалась бы подружкой крабов и акул! – сердито хмыкнул он и снова потянулся к ее платью. Рейна оттолкнула его. Терпенье Виктора лопнуло. Он погрозил пальцем жене и заявил, еле сдерживаясь от гнева:
– Только попробуй еще раз от меня отпрыгнуть! Клянусь, я тебя отколошмачу!
Она посмотрела на него более заинтересованно:
– Что значит «отколошмачу»! Он прорычал в ответ:
– Поверь, дорогуша, ответ тебе вовсе не понравится!
Что-то в его тоне или взгляде убедило Рейну больше с ним не спорить. Она опустила голову и мрачно посмотрела на пол.
– Ну так-то лучше! – с облегчением вздохнув, Виктор с трудом стянул мокрое платье с Рейны, взял чистое льняное полотенце и начал энергично растирать ее тело и волосы. Затем, обмотав полотенце вокруг головы, он сердито сказал:
– Господи, Рейна, ты же вся синяя. Давай, быстро сунь свою упрямую задницу в постель!
Рейна только легла и укрылась покрывалом, как в комнату ворвалась Сибил с огромной кипой шерстяных одеял.
– Ярл! – обеспокоенно спросила женщина, – как себя чувствует госпожа?
– Спасибо, Сибил! Теперь уже значительно лучше. – Виктор взял у нее из рук одеяла и кивком отпустил ее.
– Благодарю тебя. Теперь я сам позабочусь о ней!
– Слушаюсь, ярл, – бросив беспокойный взгляд на Рейну, сказала Сибил и вышла.
Виктор развернул несколько одеял и укрыл жену сверху. Затем он начал раздеваться сам, стаскивая с себя мокрую холодную одежду.
– Зачем ты-то раздеваешься? – сердито спросила она.
– А ты не заметила, что я тоже мокрый?! И тоже жутко замерз, извлекая тебя из твоей просветительности! Поэтому сейчас я лягу в постель, чтобы самому согреться и согреть тебя!
– Нет! Не хочу! – закричала она с ненавистью. Виктор скинул рубаху и желчно хмыкнул:
– Это почему же нет?! Я бы посоветовал тебе сейчас заткнуться!