Шрифт:
Никанор Иванович выглядел великолепно. Он по киношному стряхнул с плеча невидимую пылинку и отразившись в тонированных стеклах огромного лимузина, улыбнулся сам себе. «Эта должность будет моей!» – уверенно сказал он и шагнул на белую полосу пешеходного перехода.
Неожиданно какой-то самокатчик обдал его с ног до головы водой из лужи и скрылся за поворотом. Никанор Иванович вздрогнул и проснулся. Сон явно был вещим. Провидение в ярких красках намекало ему, что идти на сегодняшнее собеседование бесполезно. Лишь через минуту, по назойливому жужжанию маленького моторчика он понял, что автоматический освежитель воздуха, поставил крест на его карьере.
– Маша, сколько раз тебе говорить, убери эту дрянь с моей тумбочки.
– Я б на свою ставила, но кто-то поставил мне жесткие условия: либо тумбочка, либо столик. –ответила собирающаяся на работу жена.
– Пять тысяч на дороге не валяются, а мы в режиме экономии? – парировал он.
– Так вот в чем дело! –взвизгнула она и выскочила из комнаты.
«Пять тысяч он пожалел»! И кому? Мне, работающей женщине, единственной кормилице в семье. Говорила мне мама, что он скупердяй, а я не верила. Открылись наконец-то глазоньки, – рвала и метала Марья Никитишна. – Поживет пару дней в впроголодь, призадумается о выгодах семейного бюджета». Тридцать лет он экономил ради детей, и она соглашалась, но сейчас, когда отпрыски уже выросли, Марья Никитишна могла бы пожить для себя. Как бы не так! Муж с каждым годом становился все скупее и ворчливее, пока в один прекрасный момент не оказался без работы, умудрившись разругаться в пух и прах с каждым членом огромного коллектива, заявившего ультиматум: «Либо он, либо мы!».
Конец ознакомительного фрагмента.