Вернуть невесту. Ловушка для попаданки 2
Шрифт:
По словам Озаса, вчера днем он встретился с одним из Фениксов, живущих сейчас в этом доме. Тот пригласил торговца выпить и между делом поведал о моей горестной судьбе. Дескать, в столицу я не хочу, потому что ничего хорошего, кроме разрыва помолвки, меня там не ждет. Предложение Граэма тоже всерьез не рассматриваю. Кто ж позволит сыну главы на лишенке жениться? А вот с ним, с Ралдом, с удовольствием связала бы свою жизнь. Тем более, он согласился на все мои условия.
Поначалу Озас собеседнику не поверил. Но Феникс все говорил и говорил, все подливал и подливал вино из бутылки, что принес с собой, и в один прекрасный момент торговец вдруг осознал, что полностью доверяет этому чудесному, честнейшему человеку. И когда тот предложил ночью тайно провести его в поместье, сразу согласился.
– Ради вас, госпожа Эннари…. Но я все равно не стал бы, не думайте… Небольшой скандал и все. Чтобы вас точно уж здесь оставили. Он сказал, вы сами желали бы… Я ведь мечтал, чтобы семья, детишки. Тхот попутал, простите…
Озас в отчаянии затряс головой. Посмотрел на Фарна.
– Не понимаю, как я согласился… Все словно в тумане...
– Опоили, – подал голос Хобб. – Я проверил.
– Да-да, так и есть, – снова с надеждой запричитал Озас. – Все этот Феникс и его проклятое вино. Иначе я бы никогда… Да вы сами у него спросите.
– Спросим. Обязательно, – сухо пообещал Фарн. – Сразу же, как только его приведут.
Но слугу не привели. Ни через пять минут, ни через полчаса, ни через час. Обыскали все поместье, но так и не нашли – как в воду канул.
Кайден с каждой минутой мрачнел все больше и больше, и, когда стало ясно, что искать больше не имеет смысла, объявил:
– Я увожу Эннари в столицу. Как можно скорее. В доме, где неспособны обеспечить ее безопасность, она не останется. Уверен, в этих обстоятельствах повелитель позволит нам немедленно покинуть Блодж. Мои люди задержатся и продолжат расследование.
– Конечно, эйрэ, – энергично закивал Видан. – Не беспокойтесь. В Твердыне Эннари выделят…
– Нет. Она будет жить во дворце Дракона.
– Но как же… – опекун даже отшатнулся. – Это невозможно. Не положено…
– Возможно. И вы не хуже меня знаете, в каком случае, – Кайден холодно усмехнулся и закончил в оглушительной, почти звенящей тишине: – Я, Кайден Фарн, признанный наследник Драконов, объявляю о своем недоверии клану Фениксов.
Немая сцена.
Я наконец-то в полной мере осознала, что это значит. Оценила. Вернее, увидела собственными глазами.
Все буквально остолбенели. Никс, Видан, Хобб, Озас, округливший рот в немом изумлении, съежившиеся в углу Эндер с Кетрой… На лицах кузенов крупными буквами было написано, что они с удовольствием испарились бы отсюда или провалились… желательно быстрее и глубже.
Недоверие…
Не смертельно, но очень неприятно. Не война, не вызов, скорее предупреждение: Правящий род недоволен, случившееся так просто замять не удастся, предстоит официальное разбирательство.
– Но, эйрэ… – первым вышел из стопора Видан. – Я не виноват. Не виноват… Я ничего не…
– Вы не обеспечили должное содержание дочери Зеона Янта, отданной на ваше попечение. Хотя обязаны это делать. Не поддерживали магией родовое поместье. Хотя тоже обязаны это делать. Посылали недостоверные отчеты. Допустили нападение на члена клана в доме, который защищен силой Фениксов. Вашей силой, Янт.
По мере того, как Фарн перечислял – холодно, отстраненно, – опекун сникал все больше и больше, но, когда речь зашла о ночном происшествии, вдруг вскинулся. Забормотал невнятно:
– Это не я, не я… Поверьте.
И я почему-то поверила. Ему, и правда, невыгодна эта история с Озасом, особенно сейчас, в присутствии наследника. Он мог бы и в столичной резиденции мне напакостить. С меньшим риском. Дядюшка, конечно, тот еще мерзавец, но не совсем же дурак. Его или вынудили, или подставили. Только вот кто и зачем? Кому нужно непременно задержать меня в Блодже, рассорить с Кайденом, пошатнуть его репутацию?
Фарн, похоже, задавался теми же вопросами. На его лице мелькнуло странное выражение – на секунду, не больше, потом оно снова стало бесстрастным, но мне хватило, чтобы понять: он думает так же, как я.
– Дорогой племянник… – мягко вмешался Никс, будто уговаривал неразумного ребенка. Глаза наследника предупреждающе сузились, и Химер, откашлявшись, исправился: – Гхм… Эйрэ, зачем же сразу так кардинально? Не спорю, расследовать нужно. Лорд Янт совершил много… э-э-э… ошибок, но и заслуг у него немало. Стоит все взвесить, вникнуть, изучить. Доложить правителю. Уверен, он во всем разберется. Но недоверие… как-то слишком. И Эннари забирать из клана…Ты же представляешь, племян… Кайден, чем это может закончиться?
– Прекрасно представляю.
Еще бы. Даже я это понимала. Вот так, демонстративно, забрать незамужнюю девушку из родового дома – значит обвинить в неспособности ее защитить не только главу, но и старейшин. Это удар по их репутации. Совет клана никогда Видану такой «подлянки» не простит, он мгновенно лишится их поддержки.
Опекун это тоже осознал. Побледнел еще больше, практически до синевы. Кинул на меня тоскливо-злобный взгляд, точно я была змеей, готовой вот-вот укусить. Просипел:
– Эйрэ, я… Клянусь, сделаю все. Если вы позволите Эннари жить в Твердыне… С ее головы волос не упадет. Обещаю. И недоверие…
– Не отзову, – Фарн вскинул ладонь, останавливая Янта. – Что касается остального… Если Эннари пожелает все же жить в клановой резиденции, противиться не буду. Но при одном условии. Совет Фениксов гарантирует ее безопасность во время пребывания в Твердыне, поклянется мне в этом и наложит на мою невесту «щит клана».
Щит? Никогда о нем не слышала.
Недоуменно вскинула голову.