Веришь?
Шрифт:
Вот всё и сказано...
Алекс "переваривал" услышанное. А Кору накрыла новая волна ужаса будущего... Неужели не будет ничего? Не будет их обоих? Никого не будет?..
Она сама потянулась к нему в поисках тепла и утешения. Мягко прижалась к его губам... Этого хватило, чтобы он полыхнул, как порох, и поцеловал её по-настоящему. Ненасытно. С тоской и горечью, что накопились за полтора года.
Звёзды светили на них... А им тоже казалось, что они звёзды. Так же сияют чем-то необъяснимым. Так же пытаются преодолеть узы гравитации и сорваться с того места, какое определила каждому из них судьба.
Они умирали от потребности нарушить установленный для них порядок вещей и выйти на новую орбиту, вместе... Им снова помешали... Где-то там, на периферии сознания, они услышали, как их зовут друзья...
Глава 32.
В первый день нового года у Коры состоялся разговор с отцом.
Не сразу, не с утра. Томас Блайз забрал их с Миллисент ночью со стоянки бара. Привёз домой. Порадовался, что девушки трезвые и адекватные. Он, наивный, хоть и видел "характеристики" дочери, что совали ему под нос биологи и врачи в бытность её в "карантине", но вообразить себе такую скорость метаболизма просто не мог.
Именно благодаря этому своему "волшебному" свойству Кора Блайз, выпив более чем прилично, домой явилась трезвая, как стёклышко. Скажете, отличная особенность? Как посмотреть... Особенно тогда, когда нужно обезболиться...
С утра, а скорее ближе к обеду, генерал Блайз заглянул в комнату Коры... И от всего сердца порадовался, что он в том своём сне имел счастье познакомиться с бесплотной подругой дочери. Что её существование было для него объективной реальностью. Иначе сомнения в собственной адекватности нашли бы его, без сомнения.
Дочь, в пижаме и без одеяла, наверняка, ей и так было тепло... Мирно спала и одновременно парила над собственной кроватью...
Томас Блайз мужественно поборол желание схватиться за сердце и негромко поздоровался:
– Привет, Деметра. Жутко выглядит, если хочешь знать моё мнение.
Ему послышалось или нет... Это было, как связь в глубоком космосе, когда твой передатчик умирает и пашет последние мгновения... В общем как-то он услышал, ушами, как положено?.. Или сразу в собственных мозгах?.. Деметра фыркнула у него в голове:
– Тебя, командующий, вообще-то и не свали сюда! Приватность! Знаешь, что это такое?
Чувствуя себя откровенно чокнутым, Блайз вежливо ответил:
– Прости!
И тут же спросил, не мог не спросить:
– Как я вообще слышу тебя? И как ты её держишь?
Богиня их мира милостиво ответила:
– У тебя отличный мозг, Блайз. Как у твоей дочери. Поэтому, если "орать во всю глотку", я могу докричаться до тебя. Что касается "левитации" Перси, так я могу менять свои характеристики. Я, знаешь ли, совершенствуюсь неустанно. Учусь.
– Похвально,- выродил Том, хотя подумал ещё кое-что...
То, что Деметра, конечно, услышала. И фыркнула в ответ:
– Не бойся, Блайз. Знания не сделают меня чокнутой и кровожадной. Я бы сказала, что такой я уже была на заре своего существования. Неприятный опыт... Ты и сам знаешь, что такое чувство вины...
– Знаю,- с болью вырвалось у Тома.
Он хотел бы поговорить об этом. Хоть с кем-нибудь. А с этой разумной сущностью, которая одновременно и личность, со всеми, присущими ей особенностями и моральными ориентирами, и супер компьютер с недоступной до сих пор человечеству скоростью поглощения и обработки информации...
Он размечтался уже, что сможет получить совет и, если повезёт, ответы на некоторые свои вопросы. А, если совсем повезёт, то и утешение... Когда сверхразум завернул его:
– Прости, Блайз, девочка просыпается. Не хочу сейчас воздействовать на неё. Она вчера выпила дозу алкоголя смертельную для обычного человека, поэтому лучше поберечься.
Бедный отец, обманутый в лучших своих ожиданиях!.. Блайз, однако, быстро собрался. И спросил:
– Ты ведь никогда не лжёшь?
И получил на диво высокомерный ответ:
– Только слабые души оскорбляют себя ложью!
– Понятно,- снова ошалел командующий космофлота, сообразив, как именно идентифицирует себя бывшее оружие.
Деметра фыркнула:
– Это твоя дочь объяснила мне, что раз я субъектна, чувствую и обладаю эмпатией, то могу по праву именовать себя личностью. Иногда мне нравится трактовать это несколько расширенно. Хотя бы потому, что звучит красиво. "Душа"... Как недостижимая мечта...
Снова фыркнула, считав новую волну потрясения Блайза:
– Хватит потрясаться. Потрясения в таких количествах могут быть небезопасны для твоего сердца. Уходи. В качестве утешения и подарка на Новый год, обещаю тебе, что мы поговорим с тобой ещё не раз. Ты смешной и интересный. И тоже порядочный, и благородный, как твоя дочка. С тобой приятно.
– Спасибо,- прошептал Том и вышел за дверь.
В ответ прилетело:
– Пожалуйста! И, да. Ты не ошибаешься. Она "залезла" в твою память. Вам стоит поговорить, Томас Блайз.
***
Они поговорили. Не сразу...
Сначала девушки проснулись, умылись и неспешно сползли вниз, где их уже заждался Блайз и домашний робот.
Доктор психиатрии снова была в какой-то хламиде Перси, которая делала её похожей на девочку-подростка. Особенно когда она была такой спокойной и расслабленной. Она приветливо поздоровалась сначала с роботом, потом с хозяином дома. В таком вот порядке. МУР расцвёл и, кажется, раздулся от ощущения собственной значимости. Был у него такой грешок, хотя и считалось до сих пор, что роботы на это не способны.