Шрифт:
Вера вдруг поняла, что хочет замуж. Осознала четко, окончательно и бесповоротно. Раньше-то некогда было, времени хватало только на учебу, кружки, коллоквиумы, затем рефераты, зачеты, сессии. А там уж практика, диплом, уставала так, что на нее гормоны рукой махнули, затаились в ожидании и надежде когда-нибудь отыграться. Потом любимая работа. И тоже с головой.
Одежда у Веры была только удобная, брюки-блузы, джинсы-футболки, обувь исключительно для быстрой ходьбы.
Родители недоумевали, как у них, кондитера и инженера-электрика, мог родиться такой ребенок. Дочь они, конечно, любили и гордились ею, но последнее время сначала вскользь, ненавязчиво, а затем все чаще говорили о том, что хотели бы понянчить внуков, пока есть силы, время, а, главное, желание.
А у подруги самой близкой дочка родилась в счастливом браке, и из орущего бессознательного, не успела Вера проникнуться сложностью Машкиного бытия, быстро выкуклилась в симпатичного, розовощекого, любознательного ребенка Янку. Причем, Янка Веру, почему-то, очень любила, радовалась при встрече по-детски искренне, бежала к ней с счастливым криком:
– Мама, Вера пришла! Папа, посмотри, кто к нам пришел! – и с разбегу запрыгивала к ней на руки, крепко потом обняв за шею.
Вера такому Янкиному обожанию себя поначалу дивилась, хотя, тут ничего удивительного и не было, обладая аналитическим складом ума она никогда с девочкой не сюсюкала, всегда разговаривала с ней, как с равной, с интересом выслушивала, подробно отвечала на бесконечные детские расспросы, внимательно рассматривала рисунки и поделки не из видимости интереса, а потому, что ей действительно было интересно. А потом поймала себя на мысли, что тоже Янку любит, что выбирается к ним в гости раз в месяц-другой не только пообщаться с Машкой, с мужем её Серегой, но и с их дочкой. Ну и дальше вдруг осознала, что тоже хочет такую, с пухлыми щечками, с бантиками, громко хохочущую, или сосредоточенно серьезную, нахмуренную, завязывающую в бантик непослушный шнурок.
А для этого нужен муж. А где его взять? А где вообще берут мужей? Те, кто проявлял интерес в университете, потом на работе уже давно женаты, а знакомиться где-то… А где, кстати, знакомятся с будущими мужьями?
– Ты в отпуск собираешься? А? – грозно вопрошала Маша, – Или микроскоп сам в себя не посмотрит, да, Вер?
– Собираюсь, – вздыхала Вера, – у нас госучреждение, не захочешь, пойдешь.
– Вот горе-то, как же твой ягель с его микстурой, переживет ли тяготы расставания?
– Вообще, каждый мох обладает антисептическими свойствами, и знаешь…
– На море тебе надо! Вот!
– На море? В начале июня? Ну, нет, – Вера покрутила головой, – жара, люди. Нет.
– Ну, знаешь, моря разные бывают! На Белое езжай, ни жары, ни людей особо. А то опять с папой по грибы в ближайшем лесу. Иголки сосновые пожевать, все, как ты любишь. С папой хорошо, конечно, но не каждый же отпуск.
– На Белое? Ух ты. А точно! Там такие мхи…
Маша уставилась на Веру:
– Ты вот серьезно сейчас? А я, вообще-то, пошутила.
– А я нет, хорошая идея-то, мне и правда отдохнуть надо, только без жары и толпы. Посмотрю сегодня, куда можно поехать.
– Не надо никуда смотреть, – сказала Машка, посерьезнев лицом, – у меня, вообще-то, Серёжка из Кандалакши, чего я про море-то вспомнила Белое, просто так, что ли? – бурчала, беря телефон, – Были мы там, гостили у свекров, теперь уж лучше они к нам, я теплые моря люблю, и жару, представь себе.
Конец ознакомительного фрагмента.