Венец Хеопса
Шрифт:
Мать номарха Абигаиль, дочь знатного гикса, одного из умерших князей шасу, была недовольна покорностью сына. Покойный номарх был вынужден на ней жениться по желанию великого гика. Она родила наследника, и другие сыновья номарха от наложниц были отправлены подальше от столицы нома.
Абигаиль видела в своем отпрыске нового владыку Солнечного Ока и приближенного царя в Аваре. И вот армии великого гика разбиты. Египтяне снова возвращают себе страну. Её сын унижается перед египтянином! А ведь еще несколько лет назад, и он, и принц Камос, сын фиванского князя Секененра, были равны по своему положению.
После того как номарх вернулся из дворца, где ныне обитал фараон, она отчитала его:
— Ты не забыл, сын мой, что ты всё ещё здесь хозяин? — спросила она.
— Хозяин?
— Этот ном и эти люди твои! Ты владыка Солнечного Ока!
— Отныне хозяин этой страны — фараон. Запомните это, матушка.
— Но этот ном твой, сын мой!
— Я считаюсь номархом Солнечного Ока, пока я верен Камосу. Что я могу против него?
— Ты сын своего отца и своей матери!
— И что? У меня есть верная мне большая армия? Нет. У меня есть сотни боевых колесниц? Нет. У меня есть верные придворные? Нет. Все они лижут сандалии фараону! Даже жрецы Солнечного Ока не за меня. Они за фараона!
— У тебя есть поддержка других номархов Фаюма. Они все бояться усиления власти Камоса.
— Что они могут, матушка? Только шипеть как змеи. Нет. Народ в моем городе целиком на стороне фараона. И он может одним словом лишить меня и тебя всего!
— В этом ты прав, сын мой. И в иных номах происходит похожее. У меня послание из Крокодилополя. Себекхотеп пишет, что в его столице жители ликуют и поют славу Камосу.
— И что он предлагает? Этот толстый князек слишком самолюбив.
— Заключить союз номархов Фаюма.
— Союз? С какой целью, матушка?
— С целью защиты наследственных прав номархов.
— Защиты от фараона?
— Он фараон, но не смеет посягать на древние права правителей номов!
— Тебе стоит воздержаться от подобных заявлений, матушка.
— Ты боишься, сын мой?
— Боюсь, матушка. И я думаю привязать к себе нового фараона Юга и Севера.
— Привязать? — на этот раз ничего не поняла Абигаиль.
— Моя дочь Нитокрис.
— Это самая благородная из твоих дочерей. Она и по отцу, и по матери благородной крови.
— Именно, матушка. И Нитокрис красива.
— Что ты задумал?
— Фараон должен обратить на Нитокрис внимание, матушка. И тогда мне не станут вспоминать кто моя мать.
— Что? — вскипела Абигаиль. — Я дочь знатнейшего князя…
— Но твой отец гикс, матушка. И получается, что и я наполовину гикс. А это повредит мне при новом царствовании. Гикса приходит конец, матушка. И нам нужно устраиваться в новой жизни.
— У фараона уже есть первая женщина! Это сирийка Зара, в прошлом простая рабыня. Неужели наша Нитокрис станет второй?
— При новом царствовании всё в этой стране будет зависеть от фараона. И любой раб сможет стать князем, или князь рабом.
— Этого нельзя допустить! — вскричала Абигайль.
— Это уже случилось, матушка! Это — будущее Египта. Мы вернемся ко временам фараона Хуфу! Главное, чтобы Нитокрис ему понравилась! А потом Нитокрис вытеснит Зару из сердца фараона!
* * *
Фараон Камос решил, что время владычества гиксов минуло окончательно. Многие придворные во всем с ним соглашались и охотно именовали его царем Верхнего и Нижнего Египтов. Во дворце был установлен церемониал, положенный владыке стран. Камос-Кен не желал слушать тех, кто твердил что борьба далеко не завершена.
Он призвал в свои покои Миноса, главного надсмотрщика над войском.
— Государь желал меня видеть?
— Да. У меня для тебя новость.
— Новость, государь?
— Я дарую тебе пост наместника священного города Но-Амон (Фивы)!
— Мне, государь? Но это пост для знатного египетского вельможи!
— Ты и есть отныне знатный египетский вельможа! Твоей женой станет одна из лучших дочерей Египта.
— Кто, государь?
— У моего отца Секененра были дочери от наложниц. Ты знаешь это?
— Знаю, государь.
— Я даю тебе право выбрать ту, что тебе понравиться, из пяти дочерей фараона Секененра.
Минос пал на колени.
— Поднимись, Минос. Сейчас не время. Ты уже завтра отправишься в Фивы и объявишь мою волю в столице Юга. И все должны склонить голову пред моим решением!
— Слово и воля фараона! — произнес в ответ Минос.
— Именно такой ответ должны давать все мои подданные! Слово и воля фараона! Пора показать всем, кто хозяин в этой стране именем бога Амона-Ра!
Минос не был согласен с такими решением владыки, но возражать Камосу не посмел. Фараон поднимал его на небывалую высоту в этой стране. Ведь дочерей покойного Секененра добивались многие знатные люди в Фивах. Но Камос пока не отдал ни одной. Хотя старшей уже было около 25 лет.
— И моя женщина Зара получает титул госпожи земли от края до края! — торжественно сказал фараон.
— Это титул царицы, государь.
— Да. И объявишь это в Фивах при стечении всех придворных в большом зале моего дворца!
— Но разве государь именно Зару желает видеть царицей?
— Нет. Признаюсь тебе что Зара наскучила мне. Но сейчас я желаю всем показать, что такое воля фараона! А затем я сам разберусь со своими женщинами.
— Слово и воля фараона!
Фивы, столица Верхнего Египта. Княгиня Яхх и царица Зара.
Зара наряженная как царица с золотым обручем на голове прибыла в большой дворец в роскошных носилках. Её сопровождали двадцать девушек из лучших семейств города Фивы, глашатаи и сорок воинов царской охраны.