Чтение онлайн

Сначала засмеялся Уилсон, а потом и все остальные. Смехом наполнился весь зал, и каждый, не упуская момента, спешил указать в меня пальцем. Вместо невидимки, без дела слонявшейся по коридорам школы, я вдруг превратилась в сенсацию, о которой теперь будут знать все.

Радует только лишь то, что это выпускной класс. И я больше никогда не увижу тысячи этих мерзких лиц, что смеют смеяться надо мной.

Унижение и злость разливаются по моим венам, опаляя изнутри. Еще никогда я не чувствовала себя настолько оскорбленной. Кейд же уже спокойно сидел за своим столиком, поджав подмышкой баскетбольный мяч. Джессика, обнимая его за талию, бросила на меня взгляд и рассмеялась вновь – наверное, заметила остатки риса, которые мне не удавалось смахнуть с лица.

– Ну, ничего, ребятки. Хотите войны? Вы ее получите, – тихо прошептала я, набирая знакомый номер телефона. Майкл ответил мне спящим голосом – день начинался у него в девять часов вечера. И, кажется, этой ночью нашу банду ждут новые несанкционированные приключения. Я позабочусь о том, чтобы они выбили всю дурь из этого ублюдка.

Кейд

Пятью годами ранее

– Ну что, теперь ты довольна? – я беру Джессику за подбородок и притягиваю к себе. Каштановые волосы щекочут мои пальцы в тот миг, когда наши взгляды переплетаются. Не то чтобы мне было особо важно ее настроение, но я не хотел портить нам сегодняшний вечер.

Джесс весь день жаловалась мне на выскочку, которая якобы избила ее, и половину этого рассказа я, как всегда, пропустил мимо ушей. К полудню, когда нытье Джессики достигло пика, я, наконец, решился на небольшое показательное выступление перед всей школой и надеялся, что это удовлетворит Джесс.

Она же все-таки моя официальная девушка. У нее должны быть хоть какие – то привилегии. Пусть моя защита греет ее от слухов и сплетен о том, что я делаю с Сарой, Мили и даже с ее подругой Тесс в кинобудке за спортзалом.

– Надеюсь, она теперь знает свое место, – закрыв глаза, Джесс крепко поцеловала меня. Я тем временем подмигнул Тессе, и она облизнула свои полные губки, предвкушая нашу очередную тайную встречу.

– И это тебя избило? Уверен, ты преувеличиваешь. Я, кажется, вспомнил кто это. На литературе вечно читает свои мрачные стихи перед всем классом, а мистер Пэрриш нахваливает ее за них. Ты бы слышала эту жуть… – непонятный образ всплывает в моей памяти, но я отгоняю от себя эти картины прочь. Не стоит уделять время тому, что не имеет смысла.

Сейчас все мои мысли заняты только баскетболом и поступлением в колледж. Мой средний балл немного не дотягивает до необходимого, а это значит, что сегодня будет последний день, когда я позволяю себе тратить время впустую. С завтрашнего дня придется готовиться к куче тестов по математике, а иначе – прощай приличный колледж, и даже деньги моей семьи вряд ли помогут мне поступить в университет «Лиги плюща».

– Хватит о ней, или тебе понравились ее мешковатые штаны и толстовка? – поддразнила Джесс, продолжая липнуть ко мне всем телом. Даже баскетбольный мяч полетел вниз, потому что мне пришлось ответить на ее объятия.

– Ну что, сегодня у нас вечеринка в честь окончания уроков. Поверить не могу. Больше. Никаких. Уроков! Всего несколько тестов, и мы на свободе! – немного оторвавшись от Джессики, я услышал голос Томаса – моей правой руки в команде и лучшего друга, который был мне почти как брат. Мы были с ним настолько близки, что могли даже одну девушку разделить на дв… А, впрочем, не важно.

– Колледж, брат. Колледж. Ты забыл об этом?

– Да насрать мне на колледж. И на экзамены – как-нибудь прорвусь, родителям все равно придется платить за обучение. Мне главное – чтобы мы с тобой поступили в один и жили в одной общаге. – Томас потер руки, в то время как Джессика смерила нас обоих недовольным взглядом.

– Ребят…? Я вам не мешаю? – она возвела глаза к потолку и тяжело вздохнула.

– Детка, ты вынуждена делить такого, как я, со всеми. Не забывай об этом, – я опустил голос до шепота и приблизился к ее уху. Джессика только крепче обняла меня и опустила голову на мою грудь.

Я попытался дотянуться через нее до протеинового коктейля, мгновенно забывая о том, что произошло еще десять минут назад. О девушке, с которой, возможно, поступил не очень красиво. Какая, к черту, разница?

Она действительно никто. И она даже не пытается это изменить. Слоняется по школе, словно тень, до которой никому нет дела.

Моя жизнь была прекрасна, и с малых лет я обладал всем, о чем другие могли только мечтать. Желания исполнялись как по мановению волшебной палочки, и мне даже не приходилось стараться. Единственное, что я умел делать, – это играть в баскетбол и трахаться.

Я погладил Джессику по спине, непроизвольно ухмыльнувшись. Что ж, надеюсь, что она не догадывается о том, что она действительно делит меня со всеми.

Роксана

– Да. Да. Да, Майкл, да… – я разглядываю грязь на потолке, пока Майкл все глубже и глубже впечатывается в мое тело. Он трахает меня грубо и монотонно – на скорую руку. Так происходит всегда, когда он под кайфом.

А еще он никогда не издает никаких звуков во время секса. О нашей близости свидетельствует только тихое постукивание спинки кровати о стену и скрип металлического дна под матрацем.

Ну и мои «фееричные» вздохи, по которым плачет сам Голливуд. Может быть, я могла бы стать неплохой актрисой, если бы не была такой жалкой воришкой, которая всю жизнь перебиралась из стаи в стаю. Пока, наконец, не нашла Майкла и его банду.

Здесь было неплохо по сравнению с другими группировками, в которых мне приходилось состоять. Многие заставляли меня участвовать в грабежах, а потом смывались, не заплатив мне ни цента. Майклу же я могла доверять – он всегда отстегивал мне несколько пачек «зеленых», и, к тому же, я ему нравилась. Не думаю, что нашу связь можно назвать отношениями двух влюбленных друг в друга людей, но, по крайней мере, здесь мне не так одиноко.

Мерзко, противно. Но я чувствую, что не одна.

Чувствую лишь то, что таких, как я, много. Единственное, что отличало меня от остальных членов банды, – это то, что мне не нравилось воровать. Моя рука каждый раз дрожала, когда я направляла пистолет на людей: будь то продавец в придорожной лавке или владелец своего ювелирного магазинчика, который задержался в нем допоздна.

Мне не нравилось этим заниматься. Но другого выхода, как прокормить Дилана и себя, я не видела. Даже если бы я устроилась уборщицей или официанткой на полную ставку, денег бы не хватало со всеми чаевыми, не говоря о том, что на таком месте мне бы пришлось жить, а не работать.