Вектор Пути
Шрифт:
– Это его выбор, чем питаться. Сам должен дойти до понимания.
Рысь хмыкнул:
– В одном этом дело?
– Нет. Я ощутил в нём вторую душу. Она бездействует, но иногда мне кажется, что временами она пробуждается. Понимаешь, иногда Сёма ведёт себя странно. Знает больше, чем должен. Действует нелогично, но правильно. Вначале я думал, что это просто последствия «шаровой молнии» Меченого. Но восстановление энергетических тел прошло слишком быстро. Он бессознательно использовал дополнительный резерв, ему не принадлежащий. И этот резерв сильнее его.
– Это не совсем душа. Это слепок присутствия.
– Я не знаком с такой терминологией.
Рысь сверкнул глазами и исчез. Появился спустя минуту, с ходу обронив:
– Я должен научить тебя сегодня дару пяти человеческих внешних чувств.
– Двадцать шестая ступень? Я близок к её пониманию.
– Придётся ускорить. Василий созывает Совет в течение нескольких дней. Если я понимаю всё правильно, то там будут присутствовать члены твоей семьи. Ты должен стать сильнее. И… забери, наконец, своего орла с базы, не то Гений станет орнитологом.
– Не могу. Он выполняет важную функцию сдерживания.
– Контролирует Ладу?
– Фактически да. Предупреждает всплески мозговой активности.
Сёма с Лерой наперебой закричали:
– Вот!
– Сейчас!
– Сейчас появится!
– Идёт!
– Вот оно!
– Солнце!
– Ура!!!
Рысь посмотрел на Скорпиона, улыбнулся:
– Ты уверен, что тренируешь тех, кого надо?
– Лада будет третьей. Рысь, позаботься о безопасности семей.
– Хорошо, но тебе придётся отправить Сёму добираться одного.
– Мешает тарелка?
– Над лесом начинает летать что-то странное. Оно и сейчас летает. Хочешь увидеть?
Сергей кивнул.
Рысь обхватил его голову ладонями, от рук пошло тепло, воздух перед глазами поплыл.
– Ускорься.
Скорпион разогнал тело. Время потянулось. До слуха донёсся долгий, протяжный вскрик одинокой птицы в лесу. В быстром многоголосье птичьих стай он должен был пролететь моментально, но тянулся и тянулся.
И Сергей увидел.
Над лесом с огромной скоростью летали два продолговатых предмета размером не больше локтя. Они походили на карандаши с небольшим утолщением у основания. И полёт их казался хаотичным, не подчинялся логике и физическим законам. Словно тот же самый карандаш в руке ребёнка. Ни чётких линий, ни разворотов. Нелепые серые грифели на фоне родного неба, слишком чужие и бессмысленные, чтобы понять. Слишком быстрые, чтобы заметить человеческим глазом.
Рысь убрал ладони. Птичий вскрик прервался. Шум леса вновь ворвался в голову привычным многоголосьем. Время взяло привычный темп.
Скорпион немного пришёл в себя, понизил голос:
– Думаешь, это связано с Сёминым «слепком»?
Рысь немного помолчал, углубляясь в мысли. Нехотя ответил:
– Вскрытие покажет.
* * *
Сутки спустя.
Двое брели по лесу, перепрыгивая поросшие мхом валежины, плутая среди деревьев, пробиваясь сквозь кусты. Тяжёлая дорога. Душный полуденный лес выматывал последние после череды тренировок силы. Сильно пахло травой. Но ветра не было – застрял среди мириад плотно стоящих деревьев.
Сёма прервал себя в желании сорваться на бег. Добежать до искомой точки, преодолевая себя и быстрее выбраться из этого леса – самое то. Но спутница без сил, да и солнечный удар не слишком хорошая штука.
«Почему он послал лететь сразу после кросса и обеда?»
– Лера, полетели со мной. На тарелке покатаешься. Ничего не ощущаешь, правда, гравитация действует даже, если вверх ногами. Но всё равно прикольно. Особенно в космосе. Окно открывается, звезды видно. Все. Красота.
Лера смахнула пот со лба, остановившись передохнуть.
– Я не могу. Ты же знаешь, по условию контракта я не могу отходить от Скорпиона.
Сёма снял майку, закинул на плечо.
– Почему же он тебя не проводил?
– А тебя? – переспросила Лера, улыбнувшись по-доброму, по-свойски.
«Совсем как раньше. До той чёртовой командировки».
Вновь побрели по лесу, волоча от усталости ноги. Лера запнулась и растянулась по траве, устало прошептав:
– Ай… Есть пистолет? Пристрели по старой дружбе.
Сёма подошёл и рывком за пояс подхватил, положил на плечо.
– Зачем тогда ты вызвалась меня провожать?
Лера не стала протестовать против транспортировки на плече. Всё равно ещё обратно топать – силы нужны.
– Сёма, с тех пор как я попала сюда, они ни разу не были наедине. Сечёшь?
Блондин не ответил, продолжая шагать. Вес спутницы много хлопот не доставлял. Просто рюкзак, просто полный рюкзак, просто полная боевая выкладка. Просто… С каждым десятым шагом на ум приходило новое сравнение.
– А ещё неизвестно, сколько я с ним пробуду. Сколько мне лет тренироваться, чтобы его обогнать?
«Лет? Оптимистка», - подумал блондин.
– Чего молчишь? – Лера ущипнула товарища по тренировкам за зад, требуя внимания.
– Не, не, не. Не щипай. Мне кровь в ногах нужна.
– Соскучился ты… по Маше.
– Ну, дык на таком воздухе. С таким питанием… Мяса бы ещё… Со специями… Тогда всё…
– Ты понимаешь, что ты балбес! Не понимаешь?
– А? – Пот стал заливать лоб, слепить глаза. Сёма не припоминал такой усталости с момента путешествия по пустыне.
– Овощи! Фрукты! Злаки! Молоко! Легко переваривается и быстро даёт энергию!
– И что?
– Мясо долго даёт, а потом её же забирает на выведение своих же ядов. Тогда смысл какой?
– Белок.
– Белочка у тебя, хищник. Отпусти, я сама пойду.
Сёма поправил ношу на плече, буркнул:
– Слушай, ты можешь транспортироваться молча?
Лера всё же сползла с плеча и бодро зашагала впереди.
– Да чего тебе молча и молча? Вон уже тарелка твоя. Зверьё скоро под гнезда преобразует.
Сёма смахнул прядь со лба и действительно увидел среди деревьев широкую полосу разрушений после посадки тарелки и сам серебристый аппарат.