Чтение онлайн

Кот завёл автомобиль, и машина, вминая траву, мягко тронулась.

«М-да, она может убить меня быстрее, чем мухобойка муху. Но никому из своих не приносит вреда. Разве что в целях защиты или на редких заданиях, где без её помощи не обойтись. Внешне кремень, а внутри ранима, как дитя. Она и есть дитя. Дитя с большими возможностями. И ей не хватает чувства плеча. Скорее нам подставит плечо, чем сама попросит помощи… Юля, хватит лыбу давить… Дай спокойно подумать. У меня пока есть на это право. И вообще ты обещала научить меня от тебя защищаться. И не хихикай… Почему с вами так сложно? Одну разозлишь, автомобиль, как в прошлый раз, по небу полетит. Второго – всех в салоне начнёт бить током. Третьего – обязательно что-нибудь загорится. Эх, детки мои, детки».

* * *

Скорпион.

Россия. Дальневосточная тайга.

Вечер неспешно усыплял солнце. Багряница неба медленно серела, тухла, теряя силу. Ночь готовилась к победоносному маршу, спеша зажечь небосвод молочными каплями.

– Научишь так же прыгать скачками по миру - дам погонять на летающей тарелке, - не растерялся Сёма, оказавшись во дворе после Легкоступа.

– Освою Дальноступ, и не нужна мне будет никакая тарелка, - просто ответил Сергей.

Леопард неторопливо осмотрелся, подмечая все детали. Знакомая местность. Гостил пару раз. Всё то же, всё так же. Тот же дом, только рядом вырос второй, побольше. Брёвна светлые – недавно построен. Тот же колодец, только поодаль стоит вездеход. Надоело видать, Скорпиону пешком передвигаться. Та же баня, только по каменной дорожке бродит медведь и на холке у него сидит ребёнок!

– Эээ, - протянул Сёма, разглядывая мальчугана на медведе.

Собаки, волки были. Медведей не помнил.

– А, это? – обернулся на взгляд Сёмёна Скорпион.
– Это Ёруш. Сын Рыся.

– Ёруш? Но почему «Ёруш»? – Почему-то спросил Сёма, хотя хотел спросить, почему он на медведе.

Логика после полёта на летающей тарелке и перемещения в пространстве нарушилась, покорёжилась.

– Звук «ё» самый сильный из существующих гласных. Считай, что Рысь наделил сына оберегом при рождении. – Скорпион подмигнул.
– Заботливый.

– Сколько ему?

– Четвёртый год.

– И давно он так…эээ… передвигается?

– С начала весны, - засмеялся Скорпион, видя большие, расширившиеся зрачки брата. – Да ты не бойся. Это белогрудый, гималайский медведь. Он как Бурый мяса не ест. Травоядный практически. Ну, разве что гнездо разорить, насекомых пожрать маленько. А так в основном корешки, ягода, травки. А по силе и росту Бурому уступает совсем немного. На людей не нападает. Только если детёнышей защищает.

«Зоолог, блин», - подумал Сёма, а вслух сказал. – Скорп, ты бы своего ребёнка на медведя посадил?

– Сам бы залез. Это же высший тотем Рыси. Первый тотем, рысь, быстро устаёт катать Ёруша, а мишка с утра до вечера готов. Косолапому в радость.

«Ну, хоть что-то прояснилось, а то прямо Эдем какой-то», - вздохнул про себя Сёма.

Рядом возник Рысь. По-хозяйски положил Сёме руку на плечо.

– А, блондинчик. Пойду, что ли чая поставлю, раз гости пришли. Я же тебя целых три дня с момента последнего заседания Совета не видел, страсть как соскучился по твоим вопросам и манере общения.

Сёма даже не успел подумать, готовится ли к бою. Просто Рысь оказался возле ребёнка, пересадил на плечо. И медведь, облегчённо разогнув спину, исчез. Названный брат Скорпиона неспешно пошёл к крыльцу, не проявляя признаков агрессии за порванный купол.

– А наказание за купол? – Брякнул для отчистки совести Сёма, надеясь, что с ребёнком на плече Рысь будет бить не так сильно.

– Тебя уже наказали, - хмыкнул Андрей, не поворачиваясь. Рысь поднялся по крыльцу и исчез на веранде.

– О чём это он? – Повернулся к Сёме Скорпион. – Я снова пропустил чей-то ход?

Сёма ощутил резко накатившую головную боль, из носа пошла кровь, затем блондин вовсе согнулся пополам. Кровь пошла и изо рта. Сплюнув сгустки, приподнялся на локтях, слабо обронив:

– Он прав, извини, брат. Умираю я.

– За что извини? Что с тобой? – В голосе Скорпиона появились нотки тревоги.

– Да вот, пиратов топил. Не того задел, - буркнул Леопард, пытаясь подняться. – Не всех оказывается можно топить, на некоторых у Провидения свои планы.

– Пираты бывают особыми?

– Всякое в жизни бывает. Этот был с проклятьем племени Тахепо.

– Куда ты меня послал?

– Эй, это мои слова!

– И кто же его проклял?

– Братец твой. Один из. У тебя нас много… Погоди, так он и мне брат получается? Как-то я не задумывался – времени не было.

Скорпион посуровел. Глаза потемнели. Голос зазвенел, как металл.

– Дай-ка угадаю. Тот, кого нельзя запомнить?

– Ну, глаза-то снятся. Значит не всё потеряно при составлении фоторобота.

– И надолго?

– Хочешь, спросить, сколько мне осталось? Не знаю. Но тебя к маме отведу. Успею, чего бы то мне ни стоило.

– Мы были с Владленой у матери вчера.

– И ты мне не позвонил?!
– Сёма снова попытался подняться, но очередной приступ кашля подкосил. Упал на траву, распластавшись, как медуза.

– Так… Что-то мне это не нравится, - обронил Скорпион, поднимая брата за локоть. – Стой прямо. А лучше закрой глаза. – А про себя подумал: «Какого чёрта Сёму-то, Меченый?»

– А последнее желание? – Буркнул Сёма.
– Покурить там или вина. Расстреливаемым положено. Было, по крайней мере. Сейчас войны полный отстой.

– Не боись, пулю тебе ещё рано. Откройся.

– Чернявый, я от тебя никогда и не закрывался.

В словах Сёмы звучал плохо скрываемый укор и обида.

Глаза Скорпиона, как и при встрече, загорелись зелёным. Он выставил вперёд правую руку, согнув пальцы на манер когтей. Левой рукой схватился за запястье. Мышцы напряглись. На лбу вздулись вены, словно ворочал огромные валуны.