Веер
Шрифт:
Граф. Ваше сиятельство!
Джаннина. Пусть даже "ваша светлость", если вы того желаете.
Граф. Подойдите ко мне поближе.
Джаннина. Я и так вас хорошо слышу.
Граф. Замуж вам хочется?
Джаннина. Да, синьор.
Граф. Молодчина! Вот это мне нравится.
Джаннина. У меня что на уме, то на языке.
Граф. Хотите, я вас выдам замуж?
Джаннина. Нет, синьор.
Граф. Почему нет?
Джаннина. Почему нет? А вот нет — и все тут. Для моего замужества вы мне совершенно не нужны.
Граф. Вы не нуждаетесь в моем покровительстве?
Джаннина. Уверяю вас, нисколько не нуждаюсь.
Граф. Да знаете ли вы, что здесь я всего могу добиться?
Джаннина. Здесь-то вы, может быть, всего сумеете добиться, а вот в моем замужестве ровным счетом ничего.
Граф. Вы считаете, ничего?
Джаннина (тихо, смеясь). Уверяю вас, ничего, решительно ничего.
Граф. Вы влюблены в Креспино?
Джаннина. О, для меня он достаточно хорош.
Граф. И вы предпочитаете его такому порядочному, такому богатому, такому симпатичному человеку, как Коронато?
Джаннина. О, я предпочла бы его не только Коронато.
Граф. Вы предпочли бы его и другим?
Джаннина (смеется, показывая жестами, что намекает на графа). О, вы не представляете себе, кому бы я его предпочла!
Граф. Ну, скажите скорее, кому?
Джаннина. Ну, зачем это? Не заставляйте меня говорить!
Граф. И не собираюсь, вы же обязательно скажете какую-нибудь дерзость.
Джаннина. Что же вам угодно?
Граф. Дело в том, что я взял под свое покровительство вашего брата. Он дал слово выдать вас за Коронато, и вы должны стать женой Коронато.
Джаннина. Ваша милость…
Граф. Сиятельство!
Джаннина (напыщенно). Ваше сиятельство покровительствует моему брату?
Граф. Совершенно верно.
Джаннина. А мой брат дал слово Коронато?
Граф. Разумеется.
Джаннина. Ну, если это так…
Граф. Тогда что?
Джаннина. Пусть мой брат сам женится на Коронато,
Граф. Клянусь небом, вам не бывать за Креспино!
Джаннина. Нет? Почему же?
Граф. Я заставлю его уехать из этих мест.
Джаннина. А я пойду за ним куда угодно.
Граф. Я велю его выдрать как следует.
Джаннина. Он сумеет за себя постоять.
Граф. Я прикажу его убить.
Джаннина. Вот это, пожалуй, мне было бы неприятно.
Граф. А если бы он в самом деле умер, что бы вы сделали?
Джаннина. Право, не знаю.
Граф. Вышли бы за другого?
Джаннина. Возможно, что вышла бы.
Граф. Так считайте, что он уже умер.
Джаннина. Синьор, я не умею ни считать, ни писать и даже не умею читать.
Граф. Ну и язычок!
Джаннина. Прикажете еще что-нибудь?
Граф. Пошли вы к черту!
Джаннина. Если укажете туда дорогу.
Граф. Клянусь небом, не будь вы женщиной…
Джаннина. Что бы вы со мной сделали?
Граф. Убирайтесь вон!
Джаннина. Слушаюсь, а вы еще говорите, что я не знаю приличий. (Направляется к вилле.)
Граф (сердито, вслед Джаннине). Тоже, о приличиях говорит, а уходит, даже не поклонившись.
Джаннина. О, простите, слуга вашей милости…
Граф (зло). Сиятельства!
Джаннина. Ну, пусть будет сиятельство. (Смеясь, убегает в виллу.)
Граф (сердито). Не знаю, как быть. Если она не желает выйти за Коронато, не могу же я ее заставить! Я тут ни при чем. И что это ему взбрело в голову — взять жену, которая его не любит? Мало, что ли, женщин на свете? Я ему найду, да еще получше этой. Увидит он, что значит мое покровительство.
Явление седьмое
Граф; Джертруда и Кандида, вышедшие из галантерейной лавки.
Граф. Итак, синьора Джертруда?
Джертруда. Синьор, моя племянница — девушка разумная и осмотрительная.
Граф. Стало быть… Нельзя ли покороче?
Джертруда. Но, граф, вы меня, право же, замучили.
Граф. Прошу простить. Если бы вы знали, чего я только не натерпелся сейчас от одной особы! Правда, она не похожа на вас. (В сторону.) Все женщины на один лад. (Громко.) Итак, что же говорит разумная и осмотрительная синьора Кандида?