Чтение онлайн

– Так-так, и чего же крестоносцы будут добиваться?

– Главный девиз этого Крестового похода прост и понятен: "Крещение или смерть!"

– И каковы были результаты в твоем времени?

"Можно подумать, что Ждан и Огнеяр тебе об этом не рассказали. Но если спрашиваешь, то я отвечу".

– Бои будут идти два года подряд. Крестоносцы понесут большие потери и отступят. Однако не просто так. Поляки еще раз разорят города поморян, и то, что в этих землях уже находится Камминская епархия, а князь и вся верхушка племени христианизированы, их не остановит. Датчане понесут большие потери от действий варяжского флота и вернутся домой. Лютичи и бодричи потеряют до трети своих соплеменников, а так же почти все свои войска, и будут вынуждены пойти на уступки. Князь Никлот станет немецким данником и, для вида, вместе со всем своим народом примет новую веру. Однако ненадолго. Через пару лет он снова выступит против врагов, и будет крушить их и уничтожать без всякой жалости. Вот только силы будут неравны, и Никлот погибнет в бою под замком Верле. После этого сыновья князя продолжат борьбу и, в конце концов, потерпят поражение. Младший сын Никлота попадет в плен, будет ослеплен и убит, а другой окончательно и бесповоротно примет власть немцев. Столица бодричей - Зверин станет Шверином, а потомки храбреца Никлота, династия Никлотингов, князьями Мекленбургскими.

– А князь лютичей Прибыслав и Вартислав Грифин?

– Насчет Прибыслава ничего точно неизвестно. Вроде бы он погибнет в бою за Ретру, и больше князей у лютичей не будет. А Вартислава Грифина перед самым Крестовым походом поймают поморянские лесовики, которые некогда избрали его правителем, и после пыток убьют. Ему будет наследовать брат Ратибор, который станет герцогом Померании и продолжателем династии Грифинов.

– Вот как...
– жрец осуждающе покачал головой, словно мудрый дедушка, который недоволен действиями расшалившихся внучат, и продолжил: - Ну, а про Руян что скажешь?

– После официального окончания Крестового похода против вендов и разгрома датчан Руян продолжит сражаться. Один остров против всего мира, без какой либо помощи со стороны. Будут попытки замириться с данами, и инициатором этого станет князь Тетыслав, который поможет викингам при осаде Волегоща. Но это ни к чему не приведет и в одна тысяча сто шестьдесят восьмом году на остров высадится армия христиан. Датчане короля Вальдемара и отряды епископа Абсалона пойдут в первой волне, а следом за ними появятся полки Генриха Льва, войска изменника Прибыслава Никлотинга и куча проходимцев со всей Европы. И мало того, на сторону захватчиков переметнется князь Тетыслав со своим сыном Яромиром. Аркона будет держаться несколько месяцев и много крестоносцев падет под ее валами. Но конец один - поражение, после которого произойдет уничтожение города и храмов, и продвижение врагов вглубь острова. Тетыслав в это время умрет или будет убит, а его место займет Яромир, который признает себя вассалом датчан. Так все было в моей истории.

Векомир помедлил и задумчиво произнес:

– Злые слова ты говоришь Вадим. Очень злые.

– Однако это правда.

– Хм! Что ты, человек из будущего, можешь знать о правде? Она ведь разная бывает, тем более та, которая узнается из книг. Листы пергамента и бумаги могут лгать, ибо на них писали люди, которые преследовали свои интересы, да и ты, насколько я понимаю, не историк, а любитель.

– Так вы мне не верите?

– Верю, насчет этого не переживай. Однако не все, что ты говоришь, может быть истиной.
– Жрец обернулся к мальцу у костра и повысил голос: - Яромир, подойди!

Босоногий мальчишка подскочил, рукавом запачканной рубахи вытер мокрый нос и поклонился:

– Я здесь учитель.

Жрец, лицо которого по-прежнему было на удивление спокойным и равнодушным, вновь кинул на меня взгляд, и сказал:

– Посмотри на этого мальчика Вадим. Он чист, честен и будет хорошим воином. Разве может такой предать?

– Так это...
– уже догадываясь, кого вижу перед собой, начал я.

– Да-да, - жрец меня остановил, - это Яромир старший сын князя Тетыслава и лучший ученик нашего храма.

Паренек опасливо посмотрел на меня и выпалил:

– Что-то не так, учитель?

– Все хорошо Яромир, - старик кивнул.
– Продолжай следить за огнем.

Сын князя убежал к костру, а я, проводив его взглядом, сказал:

– Жизнь такова, уважаемый Векомир, что и добряк может стать злодеем. Вам ли этого не знать? И то, что сейчас Яромир чудный мальчик и прилежный ученик меня ни в чем не убеждает.

– Возможно, что ты прав, Вадим, и хроники, которые тебе довелось листать, не лгут. Время покажет, кто ближе к истине, тем более что есть возможность изменить весь ход событий. Верно?

– Да, вне всякого сомнения, - подтвердил я очевидную истину.

– Тогда движемся далее. Ждан и Лучеврат о тебе самого наилучшего мнения и оба сказали, что ты готов нам помочь.

– Так и есть.

– В таком случае сейчас мне хотелось бы узнать твое мнение о причинах нашего поражения. Не стесняйся и ничего не опасайся. Как думаешь, так и говори, здесь тебе опасность не грозит.

"Хочешь знать причины своего поражения без прикрас? Что же... Изволь. Сейчас я тебе про них расскажу, а то ты старик, чего-то совсем берега потерял, сидишь тут на скале, в темную даль смотришь, философствуешь и каменное лицо делаешь. Э-э-э, нет! Так не пойдет. За Родину необходимо душой болеть. Впрочем, начинаю".

– Причин вашего поражения много, уважаемый Векомир, но основных четыре. Первая, славянские племена не имеют единого военного лидера и разобщены. Вторая, насколько я успел заметить, волхвы совершенно не агрессивны и в большинстве своем очень медлительны в принятии решений, в то время как их соперники христиане и мусульмане не стесняются отдавать приказы, которые касаются не только простолюдинов, но и королей. Третья, у венедов нет союзников, а они жизненно необходимы. Ну и четвертая, может быть, самая главная. Венеды обороняются, а не наступают, хотя иногда отвечают ударом на удар. И выходит, что вы ждете шагов противника, упускаете инициативу, и враги имеют возможность выбрать направление для нового наступления и собрать в кулак силы, которым вы противопоставляете сборную солянку из княжеских дружин, варягов и ополченцев. Таковы первопричины.

– Ты прав и в то же самое время не прав Вадим. Но это и понятно. Между нами несколько веков и ты слабо представляешь себе кто такие волхвы. Мы наставники, учителя, хранители знаний, лекари и проводники божественной воли. И мы стараемся не заставлять людей нашего племени делать то, что кажется нам правильным, ибо каждый волхв это свободный человек, который признает свободу другого человека.

– А как же Аркона? Это город, который живет по вашим законам, и установленные здесь правила распространяются по всему острову и дальше.

– Аркона - исключение. Да и не настолько велика наша сила, как может показаться. Лучеврат ведь говорил тебе о том, что мы утеряли связь с богами?

– Да. Но еще жрец Триглава сказал, что помимо божественных имеются силы природы, которые всегда доступны людям, пока живет мир вокруг нас.

– Это так и мы их используем, - обернувшись ко мне, каким-то монотонно-скучным будничным речитативом забубнил жрец.
– Однако этих сил недостаточно, чтобы противостоять темным магам. И все, что мы можем, это держать оборону.