Чтение онлайн

Впрочем, до Руяна еще необходимо добраться, а сделать это совсем непросто, как мне казалось раньше. В лесах и поселках вдоль дорог княжеские воины, наемники, обозленные на весь белый свет рядовичи и смерды, да и простых разбойников хватает. И хотя золотой пояс Сивера и белую одежду Ждана видно издалека, уверенности в том, что это даст нам возможность без проблем добраться из пункта А в пункт Б нет, и мы все время настороже. Вот и сейчас остановились не просто так, а для того чтобы осмотреться и, кажется, витязь Триглава определился в том, куда направить своих лошадей и не грозит ли нам опасность.

Сивер взмахнул ладонью и указал в сторону реки:

– Надо вплавь переправляться. На той стороне дозор редарей, а на этой укряне сидят. Но нас они не тронут.

– Ты слышал их?
– спросил витязя Ждан.

Я сразу же навострил уши, поскольку речь зашла о способности Сивера ощущать присутствие людей и их эмоции. Мой талант схож с его, но он не развит, и когда витязь демонстрировал нечто экстраординарное, то я старался перенять у него хоть что-то полезное.

– Нет, - воин Триглава усмехнулся и покачал головой.
– Обошелся без этого. В дозорах местные жители, их и так видно. Были бы воины, разговор иной, а с поселянами все просто.

– Где они?

Витязь качнул головой и его потный чуб оторвался от бритой головы и вновь упал на затылок. Забавно.

– Лощина справа, кустами заросла. Видишь?

– Да, - без поворота головы краем глаза Ждан посмотрел в ту сторону.

– Там пять бойцов, переправу стерегут.

– Ага! Вижу.

Что увидел Ждан, совершенно непонятно, лично я ничего не заметил, зеленка сплошняком и все, хотя, было какое-то шевеление, и птички там не летали, и это знак возможной засады.

– А редари у самого берега сидят, - продолжил Сивер.
– Бывший паромный сарай, там сруб не до конца выгорел, и они в нем, человека три, может четыре. Угрозы ни от кого нет.

– Теперь заметил, - произнес жрец, разглядывая противоположный берег, и согласился с воином: - Да, рядовичи в нас стрелять не станут. Можно переправляться. Если все сделаем быстро и не задержимся, то к ночи будем в Роске. Я там бывал пару раз, хороший городок и постоялый двор справный. Но просто так я уехать не могу, так что с местными пообщаюсь, и только тогда дальше двинемся.

Ждан направил своего жеребчика к лощине, где прятались укры, а Сивер его окликнул:

– Тебя сопроводить?

– Не стоит. Я сам.

– Ну, как знаешь.

Витязь опустил голову в плечи и нахохлился, словно птица на морозе, а я спросил храмовника:

– Сивер, а чего Ждан с селянами обсудить хочет.

– Будет их склонять с соседями с другого берега замириться. Жрец ведь не только хранитель знаний, чародей и проводник божественной воли, но и судья, который вершит свое правосудие не по законам князей, а по совести. Жаль, мы торопимся, а то бы ты увидел, как Ждан людей примиряет. Красиво это делает, где словом, а где-то и примером. Умный человек, сам по законам Прави живет, и других за собой ведет. Не зря его Лучеврат своим преемником видит, хотя есть более старые жрецы Триглава.

– Ясно.

Я замолчал и скопировал позу Сивера. И так мы простояли на одном месте минут десять. Ждан за это время успел перекинуться несколькими словами с украми, которых выкликнул из чащобы, что-то с ними обсудить и вернуться к нам. На лице волхва сияла улыбка, он явно был доволен и кивнул нам в сторону реки:

– Поехали.

Мы стронулись с места и спустились вниз. На берегу спешились и разделись. Одежду и припасы упаковали в непромокаемые кожаные мешки и, взяв лошадей в повод, повели их в реку. Вода еще была холодная, месяц травень (май) в самом конце, и до наступления лета еще целых два дня. Однако ничего, река на переправе не очень широкая, течение не быстрое, а лошади у нас обычные степные лошадки, низкорослые, сильные и неприхотливые, так что Укру мы форсировали за пятнадцать минут. Правда, нас снесло в сторону от пепелища и дороги, но не слишком далеко.

Перешучиваясь, мы обтерлись, оделись и дождались, пока лошади обсохнут, а затем направились к дозорным, которые, конечно же, заметили, что с нами жрец, и без опасения вышли на грунтовку. Ну, а дальше, как и везде, обмен приветствиями и новостями. Ничего интересного, за исключением концовки, когда Ждан коснулся местных дел.

– А что же вы, люди, - спросил волхв, - с соседями на ножах? У них деревня в пепел обращена, и ваша такая же. Нельзя было договориться?

Дозорные, все три человека, словно на подбор, бородатые русоволосые мужики в длинных серого цвета рубахах и таких же портках, замялись. Рогатины, которые они держали в руках, качнулись, а лапти зашоркали по земле. Было видно - эта тема им неприятна, а моя способность чувствовать внутренний мир людей говорила о том, что они в легком замешательстве. Но, наконец, старший над дозорными, которого звали Голяш, кстати сказать, по совместительству он являлся старостой деревни редарей, ответил:

– Волхв, ты первый человек, кто за минувший год нас об этом спросил. Мы и сами понимаем, что надо мириться, а как? Князья дрались и продолжают враждовать, деревни наши сгорели, но пролитой крови между нами нет. Может останешься на денек и поможешь нам? Ты человек мудрый, с богами общаешься, и с тобой воин знатный. Съездите на тот берег и с укрянами поговорите, а мы в долгу не останемся. У нас даже лодка найдется, чтобы вам мокнуть не пришлось.

– Нет, - Ждан усмехнулся.
– Мы торопимся, а отношения наладить вы и сами сможете. Надо только через гордость свою переступить, и вспомнить о том, что на другом берегу не чужаки, а свои люди.

– Свои-то они, конечно, свои.
– Голяш невесело вздохнул.
– А что если завтра Прибыслав или Вартислав прикажут в бой идти? Что тогда?

– А ничего. Пусть дружина рубится, а ваше дело сторона. Вот немцы, даны или лехиты, эти враги, а своих соседей обижать не след. Приказывать вам не могу, не в моей вы власти. Но если хотите моего совета, то сегодня же с правым берегом замиритесь, и не откладывайте это на завтрашний день. Времена нынче смутные и лихие, и кто знает, возможно, вскоре вы будете искать помощи, а кто кроме соседей поможет? Никто, ибо наши племена сами по себе.

– Мы подумаем над твоими словами жрец.

– Нечего тут думать. Укры хоть сейчас готовы про обиды забыть и вновь жить как добрые соседи. Только вашего шага ждут. Ну же! Решайся! Сейчас выйдешь к реке, вызовешь старосту правобережного, который тебе свояк, поговорите, обсудите все и уже к вечеру будете вместе за одним столом сидеть и медовуху пить.

В словах жреца была такая сила и уверенность в своей правоте, что у местных жителей загорелись глаза. Прав Сивер, есть у Ждана талант людей убеждать, и не просто умение, а специально развитое мастерство, и значит, при желании такой человек сможет уговорить практически любого.