Вечерник, Дорофеев Владислав Юрьевич

Вечерник

на обложку

Дорофеев Владислав Юрьевич

Шрифт:

Находка

Отягощенная теплом морей,безудержна, как коленвал прибоя,стремится вон, как петли из дверей,лукава, как энергия разбоя.Вцепившись в землю, как простой репей,мерцая черным глянцем из забоя,закованная цепью кораблей,вкруг сопки собралась призывом Ноя.Рожденные из света и теней,здесь звезды, словно стая голубей,парят в порту, не ведая покоя.Дорога пахнет западом степей,к востоку становясь всегда длинней,себя глотая, словно с кем-то споря.2004

Версаль

Все короли французские оральны,распутство их возведено в уют,правление всегда сентиментально,врагов на казнь уводят, как в приют.Пастушки с гобеленов виртуальныхв обнимку с кавалерами поют,Людовики всегда маниакальны,спят сидя – мученической смерти ждут.Куплю платок зеленый, пасторальный,в подвале выберу обед буквальный,я в заговор ввергаюсь, будто Брут.Версальский мерзкий свальный грех моральныймонархию постельную астральноизжил, и короли здесь не живут.2004

Париж

Я эшафот не трогал никогда,и отвратительна мне гильотина,к ним «рэ», гарцующее навсегда, —в мозгу встает манерная куртина.Над Сеной башня Эйфеля видна,вполне двусмысленна, как Общий рынок, —издалека громадна и стройна,вблизи пуста, перст из нелепых линий.Великая гражданская войнас подачи Франции распространилась,и вместе с Робеспьером в мир вошла.С Наполеоном нация едина,на караул вся гвардия застыла —надменны водянистые глаза.2003

Николаевск-на-Амуре

Амур Охотское таранит море,всей массой облаков прижат к земле,и вытекая из страны продольно,флот иноземный потопил в себе.Я знаю, месть и ненависть безвольны,но Севастополь в Крымской пал войне,здесь, вопреки Европе длинноствольной,наш Николаевск устоял зане.С кристальной осенью прощаться больно,и на защиту русского раздолья,святой Георгий скачет по волне.Грызут врага амурские редуты,идут на дно английские каюты,помянем души павших в октябре.2003

Биробиджан

Евреи шумною толпой приплыли:надменные красавицы в чулках,колючие красавцы в сюртуках,и редкие из них тогда молились.Обычай и язык не сохранили,но в чувственных видениях и снах,вне синагоги, и в глухих лесах,переселенцы с Богом говорили.В Йом Кипур вдруг окна растворились,сняв белое, все жители постились,и каялись четырежды в грехах.С приемным домом, наконец, простились,оставив сердце в русских городах,и небо унося с собой в крестах.2003

Уфа

Мой дед Семен скакал в ночной степи,мечтая здесь про юную красотку,с ней в мягкие кидался ковыли,и о любви орал во всю он глотку.Хрипели волки от его руки,и кони дикие шли смирно к ковке,хлеба фамильные легко росли,с войны вернулся, раненный на сопке.Отца здесь моего макал в дожди,надеялся он сделать чистый слепок,держа конец ахилловой кости.До самого конца плечист и крепок,плевал на Сталина, и верил в греков,дед образ свой в меня успел внести.2003

Тирасполь

Мать родила меня здесь в семь утра,когда Иродиада наслаждалась,Крестителя упала голова,вся жизнь моя в потерях исчислялась.В воздушной эскадрилии отца,что родины просторы охраняла,был повод выпить красного вина,так служба моя небу состоялась.Увидела мать в сыне Владислава,о святцах ничего она не знала,и в русском князе сербского нашла.А осень теплая лишь начиналась,и русская словесность состоялась,литературная взошла звезда.2003

Брюссель

Не входит в НАТО русский человек,но я туда приехал журналистом,чтоб пиво пить с утра и на обед,и освещать визит премьер-министра.Фламандцами он принят, как клеврет,там Черномырдин слыл большим артистом,справлять нужду в Брюсселе в туалет,он указал всем русским интуристам.Вошел в ЕЭС он, будто катерпиллар,сточив Чечню с России, как напильник,он королем Альбертом был согрет.По эспланаде мокрых лестниц стильных,спустился я к фонтанам многожильныморлице молодой нарвать букет.2003

Суздаль

Так трепетно восходят купола,и кажется, что небо к ним кренится,в притворе спит прекрасная черница,пока вознесена ее душа.Здесь время выковано из стекла,как титаническая колесница,пронизывая горизонт, как спица,воспоминания влекут меня.Где обнаженная лежит земля,и где трава, как будто чешуя,Россия православная приснится.Сидит на берегу моя семья,и обтекают Суздаль облака,лишь трепетают в воздухе ресницы.2004

Ялта

Когда поднимется девятый вал,зависнет в небе надо мной, как крыша,дрожь ярую Вселенной я услышу,и вспомню ялтинский ночной вокал.Сцепились море и земля в один хорал,вода сгибает плоть мою, что дышло,мерещится, что пальмы, будто уши,последний луч следит за мной, как ствол.Тот воздух пьешь – как утренний рассол,всяк новый день заглатывает души,и забываешь наш обрядческий раскол.Свисает солнце, как гнилая груша,кусками падает на круглый стол,и я слегка грущу и даже трушу.2003