Чтение онлайн

Вовка пробежался, натягивая на себя полузащиту и дожидаясь, когда Володька займёт место там, где ему никто не сможет помешать принять и обработать мяч. Коричневый круглый намок и стал тяжёлым, но ноги сами рассчитали силу удара, и мяч, пролетев метров двадцать, приземлился прямо против левого нападающего. Ишин спокойно принял мяч и стал потихоньку смещаться к центру. К нему бросились и центральный и правый защитник, тоже фамилия у товарищей запоминающаяся. Братья. А фамилия — Хорват. Неожиданно. Вовка же наддал по своему правому флангу. Никого нет, никто не мешает, беги не хочу, главное в офсайд не забежать. Остановился и руку поднял. Удар Ишина и мяч, пусть и в паре метров, но, как приклеенный, без всяких подскоков, приземлился. Есть плюсы в мокром тяжёлом мяче. И вообще никого перед воротами, и вратарь Монсидер ещё маячит у левой стойки. Он рванулся, поскользнулся, но не упал, выправился и побежал, чуть выбегая из ворот, к Вовке. Наивный албанский юноша, ну или хорватский, и не юноша, а взрослый мужик. И не наивный, а … Нет, так ничего от поговорки не останется. Вовка бежал к воротам, чуть провоцируя защитников, отпуская мяч. Все трое высунули языки и рванули к нему. В определённой точке оказались все вчетвером вместе с вратарём. А Фомин остановился и подал коричневого чуть назад и налево. И набегающий за спинами защитников Ишин спокойно вколотил мяч в пустые ворота.

Ничему не научил этот гол хорватов, они продолжили свой навал и бросились теперь уже совсем всей командой отыгрываться. Яшин мяч из кучи — малы выцарапал и отправил Вовке наискосок через половину поля. А у ворот только один Хорват и хорват тоже один. Фомин, как принято в этом времени, повёл мяч к воротам. Товарищи хорваты его своей игрой поразили. Они стали отступать оба к воротам и вратарь, и центральный защитник. Что-то новое в тактике. Интересно, на что надеются, это же не хоккейные ворота, а футбольные. Они побольше будут. Собой не закроешь. Стал Вовка чуть вправо забирать и два вратаря послушно оттянулись вправо. Удар кручёный, и мяч обогнув Хорвата и хорвата залетает в левую девятку. Монсидер даже не прыгнул, ему собственный защитник мешал.

В третий раз, начав с центра поля, динамовцы из Загреба пошли вперёд осторожно. Переправили мяч правому вингеру, и он почти по бровке побежал к флажку. Витька Васин потрусил навстречу, чуть сместился и второй защитник Виталий Костарев. Поняв, наверное, что дальнейший бег ничего не даст, хорват с очередной красивой фамилией Качан рванул вместе с мячом к штрафной. Васин его настиг и мяч выбил. Неудачно. Аут, вводят хорваты. Тот же Качан и побежал. Выпрыгнул Беда, и тут же потерял мяч, подоспел Костарев, он, как и учили, тут же отправил мяч на противоположный фланг. Левый полузащитник Володька Шабров круглого принял, и ни куда не понёсся, стал ждать попутчиков.

Хорваты, как дети. Всей толпой ломанулись. Устроили тотальный футбол. Шабров чуть помедлил и покатил тяжёлый мяч перед собой, обозначая атаку. Хозяева ускорились, от ворот навстречу поспешил один из братьев Хорватов и левый защитник Лойен. Пора, и Вовка понёсся по своему краю. Удар и мяч парашютиком через всё поле перелетает хорватскую бегущую толпу и приземляется перед Фоминым. Он в двадцати примерно метрах от ворот. Побежал, далеко круглого не отпуская. Наученный горьким опытом, Монсидер выбежал навстречу. И ещё второй Хорват к мячу спешит. Вовка продолжил сближаться, и когда оставалось метров пять до товарищей, применил финт Зидана, ах, да — «Русскую мельницу». Хорваты оказались позади и он спокойно, под рёв и свист трибун, завёл мяч в ворота, до самой невидимой черты довёл. Просчитал, когда Хорват прыгнет ногами вперёд, чтобы хоть на угловой выбить и подпрыгнул. Брат и впихнул мяч в ворота.

Три — один. А ведь ещё только полчаса прошло.

Теперь уже поймавшие когнитивный диссонанс динамовцы Загреба вообще не спешили. Им сказали, что они будут играть с семнадцати — восемнадцатилетними пацанами. Хоть и победившими в Белграде у сверстников в непонятном матче. Вышли и эти русские струсили и ушли вглухую защиту. И точно пацаны, даже усы ещё не растут. А потом как-то совершенно незаметно они ажнать три мяча пропустили. И все три раза не сработали, как надо, защитники. Тренер покричал, и инсайды больше в атаку не ходили. А русские опять оттянулись в защиту и ломали все их наработки. Даже до штрафной никто не добирался. Играть впятером против десятерых на скользком газоне бессмысленная трата сил. Ты носишься весь в мыле, а русские пацаны стоят на месте и спокойно мяч отбирают и при этом они вообще не скользят, словно у них бутсы волшебные.

Еле живые после свистка хорваты ушли в раздевалку. Русские тоже ушли, в прямом смысле этого слова. Пешком, чуть не вразвалочку, явно провоцируя стадион.

Вовка решил досчитать до ста. Должен же и работник ЦК прибежать и Василий Сталин. Он их видел. Они сидели на вип трибуне вместе с бывшим мэром Загреба Германом Загребским (Может в его честь и город назвали?) и нынешним первым секретарём компартии Хорватии Владимиром Бакаричем. Оба были вчера на квартирнике. До ста досчитал, а товарищей руководителей нет.

— Так, парни, легли на пол, помедитируем. Всё развивается нормально. Сейчас будет опять навал, а минут через двадцать они сдохнут. Тогда ещё пару мячей закатим. Ну, а если пропустим один в начале, так ничего страшного, по такому полю и погоде, они к концу второго тайма даже ходить будут не в состоянии, не то что бегать. Всё, легли. Глаза закрыли. Вы на берегу горного озера, поют малиновки …

— Фомин! — влетел Иосифович.

— Лев, продолжи за меня. Пойдёмте, товарищ Сталин, в коридор.

— Чего это они? Почему лежат? Устали? — оглядываясь, вышел Василий Иосифович за Фоминым. Маленький, щуплый, помятый, с душком перегара. Да, на детях природа отдыхает. А ведь был геройским лётчиком, что-то под тридцать боевых вылетов и шесть сбитых фрицев. Правда — геройский. Ещё бы пить бросил, и пользоваться начал головой, а не служебным положением.

— Медитируют. Восстанавливаются.

— Нда, крепко тебе досталось. Ну, молнией по голове. А разбор ошибок, а установка на второй тайм?

— Василий Иосифович, вы что-то хотели? — Соперник же, зачем все секреты выдавать.

— Хотел. Добей этих гадов. — Глаза горят, из ноздрей дым валит. С чего бы это?

— Что-то случилось, товарищ Сталин? — Вовка прокрутил в голове первый тайм, вроде всё нормально, стадион, правда, в конце свистел на своих, так за дело. Зажались, ошибок много стали допускать.

— Они вас всякими поносыми словами ругали. На немецком, думали, я не знаю. А у меня в школе по этому предмету всегда пятёрка была, да и на войне приходилось с немцами сталкиваться, — блин блинский, а ведь он пацан ещё совсем. Двадцать семь лет только исполнилось.

— Ах, они сволочи! — попробовал добавить пафоса в голос Фомин.

— Ты, что издеваешься? — точно пацан.

— Василий Иосифович, извините, не удержался. Вы вчера дали команду разгромить хорватов. Мы их разгромим, а ещё вы обещали накачек не устраивать. Мы получили приказ, мы его выполним. И мы понимаем, что вся страна за нами.

— Ну, ты Фомин и гусь. Тебя на опыты надо в Кащенко назад отправить. Мало тебя там продержали. А, вообще, молодцы. Голы просто красавцы. Приедем за твой последний гол премию тебе выпишу.