Чтение онлайн

В это время начинается второй куплет песни. И там, узнав от матери парня про похоронку, девушка идёт в военкомат и записывается в санитарки. Потом медсанбат показан, и она тащит с поля боя бойца. И в это время взрыв снаряда. И фильм опять становится цветной. И похожие на них мальчик и девочка слушают под столбом о капитуляции Германии.

— Боже мой, — всплеснула руками мама Тоня. И все женщины за столом опять заплакали.

— Нда, молодой человек, это жёстко. Да меня расстреляют за такой фильм. Но мысль я уловил. Надо парня и девушку оставить живыми и именно они, обнявшись, слушают в Берлине о капитуляции Германии. А потом вальс и они кружатся где-то перед разрушенным рейхстагом. Вот это уже другое дело.

— Альберт, немедленно начинай снимать этот фильм, — стукнула кулачком пухленьким по столу Дита.

— И, правда, Бертик, нужно это снять, — Елена Иосифовна Утёсова кулачком не стукала, а посмотрела почти просительно, но и с нажимом. Как на непослушного мальчика. «Бертик, иди, делай уроки».

— Кхм. Это ведь не моя частная студия. Я на «Моснаучфильме» работаю.

— Ты вашему редактору все расскажи. Уверена, он человек разумный и всё сразу поймёт, — отринула возражения Дита. — Альберт, я на тебя обижусь.

— Кхм. Мне нужна запись песни. Наташа очень хорошо спела. Только ей учиться надо. В Консерваторию поступить. Всё, всё, — видя, что жена начинает вставать и в руке у неё ложка, — замахал режиссёр руками. Я попробую. Ничего не обещаю. Да, Наташа, я тебе выпишу пропуск на киностудию. Мы ведь военные фильмы снимали, там всё строго у нас на киностудии. Я попробую тебя снять в небольшом эпизодике. Нужно понять, как ты держишься, как выглядишь на экране.

— Твою мать! — сказал Аполлонов.

— Мать же ж, твою же ж!!! — подумал Фомин.

Вот, теперь Наташу сняли, шла она куда-то по лесной тропинке. Хорошо хоть лицо снимали, а не … ну понятно, вобщем. Не со спины.

На даче скосили ревень весь и забабахали вот это пироговое чудо.

— Так, поэт, даун, да … Володька. Позвонили мне с киностудии «Моснаучфильм». Берут они твою идею в разработку. От тебя. Да, хотел пошутить, но за столом. Нет. Ты мне столько уже нервов вытянул, что всё одно пошучу. От тебя только анализы. Ха-ха. Придёшь, передашь слова и споёшь песню. Там люди будут с музыкальным образованием, всё запишут и оранжировку или оранжеровку, им виднее, сделают.

— Аранжировка.

— Не интересно с вами. Злые вы. Уйду я от вас, — послышалось.

— Вот как отца звать не помнит, а такую хрень знает! Всё, завтра в девять за тобой к общаге подъедет моя Эмка.

— К общаге? Аркадий Николаевич, тут такое дело, я за канарейками у Льва Кассиля в квартире присматриваю, там живу.

— За канарейками? А Третьяков?

— Что Третьяков?

— Он тоже у Льва Кассиля живёт?

— Ну, ладно, меня как не имеющего отношения к МВД выселил из общежития генерал какой-то.

— В милиции нет генералов, Там комиссары. А я всё жду, когда ты мне расскажешь, мне Мироныч ещё пять дней назад позвонил. А ты?

— Ну, я подумал, что вы теперь не в МВД работаете. Потом …

— Потом суп с котом. Но тебя понимаю. Молодец. К тому же — огромная квартира, канарейки опять же, девочек можно водить.

— Девочек? — глаза стали жёлтыми как у рыси.

— Тихо, тихо. Шучу. Что вы за люди, даже пошутить нельзя.

— Папа, пусть его вернут в общежитие!!! — бросится сейчас.

— Я лучше нашёл выход. Тут товарища одного отправляют в Германию налаживать … Ну, вам знать не нужно. Так у него квартира двухкомнатная почти в центре. Поживёте с Третьяковым два годика там. Там ещё комнатка для прислуги. Сможешь оплачивать женщине? Больше меня денег зарабатываешь.

— А она такие пироги печь умеет? — Газпром, мечты сбываются.

— Мужики, я вам одну умную вещь скажу, только вы не обижайтесь, — Вовка собрал Молодёжку, чтобы объявить о предполагаемом турне в Югославию.

Собрал-то Молодёжку, но решило поприсутствовать всё «Динамо». А это куча народа. Просто — куча. Основной состав, дубль, хоккеисты во главе с Чернышёвым, ну и своих уже двадцать три человека. Потихоньку Челенков вспоминает перспективных футболистов и заманивает их калачами. Пока не много заманил, троих всего. Но это плюс три, а не минус. Так хотелось ему сходить и перетащить к себе Игоря Нетто. Прямо до зубовного скрежета. Даже уже слово себе давал, что вот, завтра точно съездит и попытается хоть познакомиться по новой, ну, а там как карта ляжет. Может, Игоря там притесняют?

И останавливался. Как может существовать Спартак без Игоря Нетто? Или потом без Бескова? Никак. Представлял, что вот удастся ему залучить Игоря, и это будет уже совсем другой «Спартак» и другая сборная. Нет. Разрушить легко, нужно самому готовить профессионалов уровня Нетто. Ну, без сопливых скользко. Есть такая хрень как ТАЛАНТ. Нетто, Бобров. Месхи, Стрельцов, Метревели. Хватает. Только у всех у них кроме таланта было и зашкаливающее трудолюбие и фанатизм футбольный. Они не могли без игры, не могли без футбола.

А что у него сейчас в команде четверо игроков того же уровня. Есть Яшин, Есть, мать его, Фомин. Ишин просто замечательный игрок. Володя Ильин. Чуть бы ему роста ещё, и был бы золото, а не нападающий. 173 сантиметра сейчас это средний рост. Но там, в будущем, в сборной нужно будет бороться у ворот за верховые мячи с рослыми противниками, и пяток сантиметров не помешает. Фомин для него специальную систему тренировок разработал, тянуться на турниках, плавать и всё время прыгать за каждым листочком. Это его Ринат Дасаев научил. Чёрт его знает, вдруг и сработает. Вырос же сам Дасаев.