Чтение онлайн

Сильная рука рванула дверь кабины.

— Ты почему не подаешь? Мы там внизу ждем, замерзли совсем. Кричим тебе, а ты притворяешься, что не слышишь.

Девушка смотрела испуганно. Этот человек имел полное право ее бранить. Как это она поддалась слабости? Что она раздумывает и медлит?

Таня подпоясала ватник, подвернула отвороты брюк, чтоб не мешали, и вылезла из кабины.

Железные перекладины стрелы покрылись льдом, и ноги девушки скользили. Ветер опять растрепал ее волосы, они застилали глаза, мешали видеть. Но она не могла подобрать их. С трудом отнимала то одну, то другую руку от заледеневшей балки и засовывала в карман ватника, чтобы хоть немного погреть. Наконец она достигла верха. Стрелу слегка покачивало под напором ветра. Смотреть вниз Таня не решалась. Она протянула руку, приподняла трос и перекинула его через блок.

Спускалась Таня уже спокойнее. Даже решилась посмотреть вниз, где ее ждали такелажники. Она попыталась помахать им рукой, но в этот миг услышала какой-то шум, похожий на удар о железо, сильный свист и жужжание, как будто огромный жук закружился вокруг ее головы.

Девушка онемела. Свист доносился со стороны кабель-крана. Порвался стальной трос и закрутился серебряным обручем, а кошка медленно ползла вниз вместе с грузом.

— Стойте, стойте, — крикнула девушка, но ее никто не слышал.

Таня не заметила, как соскользнула со стрелы, которая всегда вселяла в нее такой страх, как добралась до лестницы, спустилась по ней и, не заходя в кабину, очутилась на рабочей площадке. Такелажники удивленно глядели на нее. Таня показала рукой и крикнула дрожащим голосом:

— Кабель-кран… тросы…

Больше она ничего не успела сказать. Она побежала дальше, перескакивая через балки, и наконец влетела в диспетчерскую.

В кабине дежурила девушка-диспетчер. Не понимая, что случилось, она с тревогой повторяла в телефонную трубку:

— Что вы делаете? Почему не поднимаете? Почему бросили кошку?

Таня перехватила у нее трубку:

— Остановите, остановите! Тросы у кабель-крана! Несчастье! Оборвались! Спутались! Тросы! Остановите!

Щеки ее пылали, уши пощипывало, но она не замечала холода и повторяла:

— Машинист! Машинист! Эй, кто там?

Вместо ответа в трубке раздался встревоженный голос:

— Посмотрите, не видно внизу инженера Зарева? Сообщите и инженеру сектора. Позовите кого-нибудь из механиков. Хоть Ивана Ушева. Повреждение очень серьезное. Спускаюсь.

Таня отошла от телефона и только теперь взглянула на изумленного диспетчера.

— Могут опять позвонить. Не уходи.

Таня убежала. У бетонного блока увидела Мирко, бросилась к нему. Они кинулись на поиски Младена. На площадке, над которой был спущен ковш, стояли строители, глядели вверх, где перепутались тросы, ворчали:

— Глаза б не смотрели! Нашли время оборваться!..

— Эх! Плакали наши денежки. Раз кабель-кран остановился, значит, и работе конец.

— На руках мы, что ли, бетон таскать будем? Ведь тут тонны…

— Да, дело нешуточное. Кто знает, когда исправят.

— А ну, пойдем погреемся. И откуда такая стужа нагрянула?

— Придет главный механик — все наладят. Он, верно, на другой объект ушел.

— Как же, ушел! Будет он тебе в такой холод тут торчать!

Со всех сторон стекались люди. Поглядывали наверх, качали головами, пожимали плечами. Ведь надо же! Только молодым инженерам наконец-то удалось пустить кабель-кран на полную мощность, как случилась эта беда. Провода соскочили, перепутались с крепильными тросами и зацепились за верхние ролики кошки. Случалось и раньше, что они соскакивали, но ни разу так не перепутывались.

Машинисты собрались на строительной площадке. Обсуждали, прикидывали, что делать. Весо Русев, ответственный за механизмы, внимательно слушал. Выход был только один, но выполнить это было нелегко.

— Товарищи, иначе нельзя. Один из вас, кто посмелей да помоложе, должен забраться наверх, к самым проводам, и там отцепить провода от крепильных тросов. Ну, кто согласен?

Рабочие молчали, жались, вглядываясь в вышину, где в опаловой мгле терялись очертания троса. Высота — сто метров, а от одного ската котлована до другого больше двухсот. И ветер набрасывается с такой силой, вонзает тысячи ледяных игл. Внизу и то невозможно долго находиться, а каково-то там наверху висеть на тросе?

Светлые глаза парторга потемнели. Неужели нельзя найти другой способ? Как же подвергать людей такой опасности? Нужно еще подумать.

— Можно, — предложил Весо, — перерезать провода — минутное дело. Но тогда нужно будет привозить новые из-за границы, а это означает остановку кабель-крана более чем на месяц.

— Только этого еще нам недоставало! — сердился главный инженер. — Оборвем одно звено, распадется вся цепь. Нечем будет подавать бетон и другие материалы. Поглядите, как все приуныли без работы. Представляете себе, что такое остановить строительство плотины на целый месяц?

Машинист спустился из кабины кабель-крана. Он попытался привести в движение блок, чтобы хоть спустить трос. Но блок не действовал.

— Если у нас нет нужного человека, то надо вызвать с другого объекта, — предложил главный инженер. — Или попросим прислать нам специалиста с прокатной базы.

Многие с облегчением вздохнули. Вот и решение проблемы. Но Младен Зарев стал возражать. Это значит опять ждать дни и недели. У них ведь уже есть опыт: прежде чем создали ремонтную мастерскую, из-за самой незначительной поломки их заставляли ждать месяцами. Божинов подошел к машинистам. В его голосе было тепло, но слова заставляли холодеть.

— Видите, товарищи, другого выхода нет. Нужно, чтоб кто-нибудь, кто полегче и половчее, поднялся и устранил аварию. Посмотрим, кто самый смелый.

— Я не берусь, мне не по силам, — отозвался рыжеватый парень с приплюснутым носом. — Сам признаюсь. Повиснуть на ветру на стометровой высоте! Мороз по коже подирает!

— Я бы поднялся, — послышался низкий неуверенный голос, — но я ничего не понимаю в этом деле. Если мне объяснят…

Глаза Дурхана горели, как в ту ночь, когда перекрывали реку.