Чтение онлайн

— И что дальше? Заберут твою Ваську хозяева, и закончится вся ваша любовь.

Тут Вовка обозлился по-настоящему.

— Хрен им, а не Васька! Эти гады знаешь, что с ней сделали?! У неё же и ноги больные, и спина! А ей всего пять лет!

— Сын, это всё эмоции. Тебе уже пора начать сначала думать, а потом говорить, а уж тем более — делать. Допустим, что Ваську твою не заберут. Ты думаешь, её на конюшне бесплатно кормить будут?

— Пап, а если я тебя попрошу мне помочь деньгами на содержание Васьки?

— Володя, я не знаю, сколько это стоит. Но подумаю, если речь идёт о разумных суммах… — неожиданно смягчился Сергей Иванович.

Вовка решил ковать железо, пока горячо, и набрал телефон Марины.

— Марин, привет, это я. Извини, что поздно. Сколько стоит содержать у вас в клубе лошадь?

Ответ Марины заставил Вовку окаменеть.

— Спасибо, Марина. Спокойной ночи.

Отец, не заметив изменений в настроении сына, спросил:

— Узнал?

— Узнал.

— Ну и сколько?

— Восемьсот долларов.

— В год?

— В месяц.

Теперь вытянулась лицо у Сергея Ивановича.

— И ты думаешь, что я буду давать тебе восемьсот баксов в месяц на эту доходягу? Да по ней мясокомбинат плачет!

Вовка вскочил, грохнул со всего размаха чашку с недопитым чаем об пол и вылетел из кухни. Он вбежал в свою комнату и запер за собой дверь. Потом с порога бросился на кровать и стал кусать губы, чтобы сдержать слёзы злости. Отец так и не появился, что было на него не похоже. Раньше и за менее значительные Вовкины закидоны Сергей Иванович устраивал ему разбор полётов по полной программе. Вовка повалялся ещё немного, потом разделся, забрался под одеяло и уснул.

Володю разбудила мать.

— Сынок, вставай, к тебе пришли.

— Который час, ма?

— Восемь утра.

— И кому я нужен в такую рань?

— Марина пришла, дочка Николая Петровича. Сон как рукой сняло. Вовка соскочил с кровати, пулей пролетел в ванную, а потом с такой же скоростью обратно в комнату. Одевшись, он вышел в коридор.

— Привет, — поздоровалась Марина. — Я тебе на трубу звонила три раза.

— Привет, — ответил Вовка. — Спал как убитый, поэтому и не слышал.

— Вовка, у нас проблемы.

— С чем?

— Не с чем, а с кем. С Васькой. Мне позвонил охранник из клуба, говорит, заявились какие-то сомнительные личности, требуют вернуть украденную лошадь. Он их, конечно, никуда не пустил, но надо ехать решать вопрос.

Марина и Вовка вышли из дома и сели в машину. На этот раз за рулём была Марина.

— Какого им надо? — спросил Вовка.

— Ваську хотят забрать обратно в покатушки. Судя по всему, приехала хозяйка. Или хозяин. По сути, они правы. Но у меня есть огромное желание не отдавать им лошадь.

— А у меня есть огромное желание дать им в морду, — угрожающе изрёк Вовка.

— Вовка, не вздумай. Только драки нам в клубе не хватало. Приедем, поговорим, а там решим, что дальше делать. Кстати, Ирина Николаевна тоже там. Она туда по вызову к другой лошади приехала.

Добрались, на удивление, быстро. Пробок практически не было. У ворот клуба стоял джип с тонированными стёклами и одноместным коневозом-прицепом. Возле него нервно курила дама средних лет. Про внешность таких людей говорят «никакая».

То есть увидишь — и тут же забудешь. Ничего запоминающегося.

Вовка и Марина вышли из машины. Дама оказалась проницательной — сразу направилась к ним, с ходу определив, что приехали те, кого она ожидала. Разговор начался на повышенных тонах.

— Ну наконец-то. Я вас уже час дожидаюсь. Собственно, разговаривать нам не о чем. Выводите лошадь, грузите в коневоз. Расстанемся по-хорошему.

Марина перед таким напором не спасовала:

— А вы, простите, кто?

— Я-то? Девочка моя, да меня полгорода знает.

— Значит, мы относимся к другой половине, — холодно ответила Марина.

— Мне не до шуток, девушка. Шутите со своим ухажёром.

— А можно без хамства? — встрял Вовка.

— Однако вы наглец, молодой человек. Вместе со своей подружкой украли у меня лошадь, а я ещё и хамка, значит?

— Вам не то что лошадь, хомячка доверять нельзя, — раздался голос от ворот клуба. Все повернулись к новому участнику беседы, которым оказалась Журавлёва.

— Ирина Николаевна, доброе утро, — сквозь зубы поздоровалась дама.

— Кому доброе, а кому и нет, — в тон ей ответила ветврач.

— Надеюсь, вы не станете потакать прихотям этих недорослей?

— Потакать не стану, но и лошадь не дам увезти.

— Это, простите, на каком основании?

— Начнём с того, что у вас, Людмила Георгиевна, нет с собой никаких документов на эту лошадь, и вы это прекрасно знаете. Далее, лошадь поступила в этот клуб вчера, без ветсвидетельства, а посему отправлена в карантин, да ещё с подозрением на грипп. В соответствии с ветеринарными правилами она останется здесь на три недели. А может, и дольше, в зависимости от диагноза. Не забудьте также, что заместитель главврача районной ветстанции — моя очень хорошая знакомая. Даже если бы лошадь была здорова, чтобы её увезти, вам понадобится её подпись на справке.

— И что?

— А то, что она эту подпись не поставит, будьте уверены.

— Не слишком ли много вы на себя берёте, Ирина Николаевна?

— Ровно столько, сколько могу унести. Извините, разговор окончен. Всего хорошего.

Журавлёва повернулась и пошла к конюшне.

Дама покрылась красными пятнами и, подойдя к Марине с Вовкой, прошипела Марине в лицо:

— Ну ладно, я найду на тебя управу. У тебя ведь здесь лошадка стоит, не так ли?

Повернувшись к Вовке, она добавила: