Варламов
Шрифт:
становке «Гуленши», как дружески называли француженку Фе-
лициту Гюллен-Сор (1837).
Широко исполнялись хоровые произведения Варламова, в ко¬
торых он воссоздавал своеобразие русского многоголосия.
Редактировал и издавал нотный журнал «Эолова арфа», пе¬
чатая в нем сочинения молодых русских композиторов наравне
с опусами европейских знаменитостей. Это было предприятие
смелое и, конечно, недоходное.
Музыканты следующих поколений (и до наших дней) всегда
высоко ценили и часто пользовались сборником «Русский певец»,
составленным Варламовым. В этот сборник вошли народные пес¬
ни, записанные на деревенских посиделках и праздниках, свадь¬
бах и тризнах. Иные из этих созданных народом и записанных
Варламовым мелодий зазвенели потом в великом искусстве Му¬
соргского, Римского-Корсакова, Чайковского...
Варламов написал первый на русском языке учебник вокаль¬
ного исполнения — «Полная школа пения». В заметке, напеча¬
танной в «Современнике» (1842, кн. 1), сказано о Варламове
и этом учебнике:
«Он более других вправе развить теорию того, что он оправ¬
дал на практике так блистательно».
Здесь речь идет об особой его манере пения, не салонной и
изысканной, а народной, «от души русской». Ведь он хорошо был
известен и как певец, часто выступал на концертах. В воспоми¬
наниях современников говорится о его пении — «проникновенном
и трогательном», «не то чтобы исполнительском, а более того, как
бы сочиняющем в минуту пения, глубоко переживающем содер¬
жание и настроение песни», о голосе — «небольшом, чуть над¬
треснутом, но трепетном, взволнованном и волнующем».
Словом, был Александр Егорович Варламов музыкальным де¬
ятелем широких и разносторонних интересов.
Но имя его более всего осталось в истории русской культуры
как имя автора песен — «дивных вдохновений, народным горем
и народной жизнью пропитанных».
Известный своей сварливой строгостью и недоброжелатель¬
ством музыкальный критик А. С. Фаминцыы и тот не удержался,
признался, что «мелодии его по большей части замечательные на¬
родностью, ясностью, легкодоступные, быстро расходились по
всей России. Имя Варламова принадлежит к числу имен, поль¬
зовавшихся не только народной известностью, но и народной
любовью».
Их ждали с нетерпением — новых песен Варламова.
В журнале «Галатея» (1839, кн. 4) было напечатано воз¬
звание к композитору. Иначе не назовешь эти строки — именно
воззвание:
«Русский наш певец Варламов готовит к печати музыкальный
альбом. Ради бога, Александр Егорович, не мешкайте, не отда¬
ляйте нашего наслаждения, мы так любим слушать, заслушивать¬
ся обольстительными вашими напевами».
Как раз в ту пору, когда песни Варламова получили такое
повсеместное распространение, Белинский писал о народной ок¬
раске, простоте, наивности и искренности стихотворений Алек¬
сея Кольцова. «Вот этакую народность мы высоко ценим: у Коль¬
цова она благородна... и в то же время она у него неподдельна,
не натянута и истинна». Слова эти в полной мере и по заслугам
могли быть сказаны и о мелодиях Варламова.
И крылатые, наперегонки облетали они бескрайную русскую
землю.
«Своды храмов, залы дворцов, арки театров, гостиные вель¬
мож, мансарды чиновников, дощатые потолки убогих хат и ши¬
рокие поля оглашались его дивной и задушевной мелодией». Так
было сказано на страницах журнала «Орел» — издания «учено-
литературно-иллюстрироваиного» (1859, июль).
В начале 40-х годов, оставив службу при московских казен¬
ных театрах, Варламов переехал в Петербург, жил без должно¬
сти, как «вольный сочинитель песен».
Александр Егорович был связан добрыми дружескими отно¬
шениями со многими передовыми людьми своего времени. Умел
не только приобретать друзей, но и сохранять их. Охотно писал
стихи для его песен П. С. Мочалов и другой актер Малого театра
Н. Г. Цыганов. Композитор А. Л. Гурилев правил нотные его
рукописи, часто набросанные небрежно и наскоро. Бывал Алек¬
сандр Егорович на собраниях «кружка Станкевича», где завязы¬
вались весьма вольнодумные споры на литературные и полити¬
ческие темы. Участвовал в домашних концертах у М. И. Глинки
и М. Ю. Виельгорского.
Полюбился всем романс Гурилева, посвященный Варламову
(на слова Д. T. Ленского):
Ах, давно ль, душа-соловушко,
Ты нам песни распевал...
А виртуозные фортепьянные вариации на темы романса «На
заре ты ее не буди», сделанные тем же Гурилевым, исполнялись
знаменитыми европейскими пианистами; играл их на своих кон¬
цертах в столицах мира великий Ференц Лист.
Долгие годы продолжалась дружба Варламова с критиком и
поэтом Аполлоном Григорьевым.
Опять они... Звучат напевы снова
Безрадостной тоской.