Чтение онлайн

Может быть, все дело было в том, что для подобных гостей у черта на стене прихожки охотничьего домика висел барометр глупости. Как только Катрина и Сабрина зашли в дом, он стал зашкаливать, когда они открыли рот – барометр угрожающе зазвенел. Черт попытался спасти барометр путем срочного выноса его из дома, но было уже поздно. Не выдержав такой перегрузки, уникальный аппарат сломался. Черт вздохнул, подавил искушение выгнать обеих кокетничающих с ним девиц куда подальше и соизволил высказаться.

– Я здесь не для того, чтобы крутить романы. А вы здесь только потому, что все приличные люди в другом месте. Моя цена вам известна. Кого надо убить?

Брызгая ядом и перебивая друг друга, девицы де Крус подсунули нечистому Варькин портрет, отдали половину денег и начали высказывать пожелания по поводу предпочтительного вида смерти. Однако черт заказ уже взял, деньги тоже, а потому начал неуклонно выставлять гостей за дверь. Разумеется, сестрам покидать интересного мужика (пусть даже нечисть) так быстро не захотелось, и они проронили, что заедут к нему в гости как-нибудь еще раз. Черт подумал над этим обещанием хорошенько и смотал из охотничьего домика удочки. Очевидно, столько свалившегося на него счастья сразу нечистый просто не вынес.

Вернувшись домой после встречи с наемным убийцей, сестры решили отметить благое начинание и упились в зюзю. После этого дела девицы де Крус расчувствовались, обнялись и решили, что Руальда с Дмитрием они себе обязательно вернут. (На свое счастье, ребята еще об этом не знали.) Затем Катрина и Сабрина, собравшись с духом, решили, что двоих мужиков им мало и они вполне в состоянии взять и охмурить еще человек пять. Или семь. Или даже одиннадцать. Но главное, после того, как с их дороги наконец уберут Варьку, можно будет действовать без всяких помех. Девицы де Крус друг другу кивнули, икнули и благополучно уснули, не вынимая из салата лиц. Их ждали великие дела!

Варька очнулась от того, что ее трясло. Было темно, душно и тесно. Смутно припоминался запах какой-то мерзости и чьи-то сильные руки, обращавшиеся с ней весьма бесцеремонно. Прислушавшись к своим ощущениям, Варька поняла, что ее куда-то несут. Причем, по всей видимости, в мешке. Осталось выяснить, кто, куда и зачем. Судя по тому, как ей было неудобно, кто-то нес ее на своем могучем плече. Почему могучем? А потому что хозяин хрупкого плечика взвалить на себя Варькин немалый вес, да еще и тащить его столько вряд ли смог бы. Наконец тряска прекратилась, до графини донесся противный скрип двери, а потом ее бесцеремонно вытряхнули из мешка на пыльный пол. Варька поднялась, потерла ушибленные места и, ругаясь на чем свет стоит, начала разглядывать похитителей.

– Нет, только не это! Нельзя же, в самом деле, так издеваться над беззащитной девушкой! – расстроилась она. – Меня уже похищали гоблины!

Однако зеленым лопоухим типам ее вопли были абсолютно по барабану. Совсем плохо Варьке стало, когда она увидела до боли знакомый затылок, без предупреждения переходящий в шею.

«Если это тот, о ком я думаю, мой жизненный путь прервется раньше, чем я надеялась», – посетила Варьку здравая, но от этого не менее скорбная мысль. Гоблин обернулся и оказался тем, кого Варьке хотелось видеть меньше всего – накрепко позабытым супругом – Болдани… Гоблин насладился произведенным эффектом и начал свою обвинительную речь.

– Я отомщу тебе за свой разрушенный замок! – сурово припечатал Болдани.

– Какой твой? – праведно возмутилась Варька. – Сам чужое имущество захапал, изгадил, как мог, дворец султана и еще претензии какие-то предъявляет!

– Я отомщу тебе за мое разбитое войско! – продолжил свою обвинительную тираду Болдани, изо всех сил стараясь не обращать на Варькины вопли никакого внимания.

– Какое войско? Ты этих лопоухих дегенератов называешь войском? Да мой Кеша их даже есть не захочет! – не прекращала свою оправдательную речь неразумная Варька.

– Я отомщу тебе за то, что ты изменила мне, своему супругу… – выдал наконец свое самое страшное обвинение Болдани, и тут Варьку понесло.

– Какому супругу? Нет, ты мне скажи, какому супругу? Ты, блин, гоблин зеленый, ты ври-ври, да не заговаривайся! Да я бы с тобой на одном гектаре не села, а не то что… супругу… Если ты подзабыл, чем мы с тобой занимались в первую брачную ночь, могу напомнить! У тебя что, зубы лишние во рту остались? Совсем забыл, в натуре, как бычки в глазах шипят? Или ты хочешь осчастливить всех еще оставшихся у тебя жен сразу? Вот погоди, прилетит за мной Кеша, как дохнет на тебя пару раз, вот тут-то мы и похохочем! – Болдани дал знак своим ушастым подданным, и Варьку куда-то потащили. – Ах ты слушать меня не хочешь? А я скажу! Я обязательно скажу! Я изобличу тебя в глазах твоих подданных! Гоблин зеленый! Козел… тьфу! Морк несчастный! Дегенерат лопоухий!

Варька начала крыть гоблина всеми знакомыми ей нехорошими словами в алфавитном порядке, но, дойдя до буквы «С», выдохлась. Воспользовавшись этим, ей наконец завязали рот и, взвалив на плечо, потащили в темнеющую неизвестность. Варьке было жестко, неудобно и до слез обидно, что она успела сказать Болдани не все. Несущий графиню гоблин ругал ее последними словами, обещал страшно отомстить ей за позор своего хозяина лично и клялся, что не видать ей старости, как собственных ушей. Варька опять услышала, как противно скрипнула дверь, а потом ее снова кинули в какую-то мрачную, сырую дыру.

– Завтра за тобой придут, – прошипел гоблин. – И когда ты познакомишься с посланником поближе, ты будешь мечтать о том, чтобы умереть.

Дверь захлопнулась, и Варька застонала от безысходности. Какой черт дернул ее за язык? С какой стати она полезла на рожон и нахамила пусть даже не очень горячо любимому мужу? Зачем ей эти проблемы и какого дьявола, в конце концов, делал Хай-Ри, уже второй раз позволивший ей похититься? И ладно еще первый раз, понять можно, Хай-Ри воевал, а Варька сама полезла не в ту степь. Но второй-то раз ее вынули из ее же собственной постели! И где, спрашивается, был Хай-Ри? Где он был, когда грязные лапы гоблинов протянулись к его любимой женщине? Почему именно в этот исторический момент он спал в другой постели? Из своего дурацкого рыцарского чистоплюйства? Ну вот теперь пусть и получает за все сполна! Варька похищена, находится неизвестно где, и спасать ее надо как можно быстрее. Потому что уже через несколько минут лежания на земле она почувствовала, что ей холодно, неуютно и затекли руки и ноги.

Варька нащупала пяткой стенку, подкатилась к ней и попыталась сесть. Не получилось. «Спортом надо было заниматься!» – зло подумала Варька и попробовала сесть еще раз. Надо отдать ей должное – у нее это получилось всего с пятой попытки. Только намного лучше графине от этого не стало. Глаза никак не могли привыкнуть к беспросветному мраку, воздуха не хватало, жутко хотелось пить, а Варька с завязанным ртом не могла издать даже звука. «Странно, – постучалась к ней в голову забавная и не совсем логичная мысль, – я вполне приличная девушка, безо всякого уголовного прошлого, а стоило мне стать графиней, так из тюрем не вылезаю. И ведь главное – за что? За что? Ведь я же была скромна, как полевая ромашка! Ну да. Ну била иногда морды гоблинам, ну так ведь со всеми бывает. И потом… я же не со зла их била, а от широты натуры… Что вообще гоблины понимают в загадочной русской душе? Эх, сидеть бы мне дома, вышивать бы крестиком коврики, а меня куда понесло? Хотя на сей раз не понесло. На сей раз понесли. И вот результат. Второй срок мотаю уже». И графиня с содроганием вспомнила свое первое заключение в замке гоблинов. «Н-да! Если так дело дальше пойдет, мне придется наколкой какой-нибудь обзаводиться. Типа „авторитет в законе“.»